Сергей Кусков – Фрилансер. Повелитель ареала (страница 32)
Вышли наружу, на несколько секунд зависли над внешней створкой шлюза — забортные камеры показали купол под нами, и огромный шпиль дворца в полукилометре севернее. Темно, вечный венерианский сумрак, помноженный на сумерки венерианского длинного утра. Впервые я увидел подобный сумрак живьём двое с половиной суток назад, находясь как раз вон в том шпиле, примерно на середине его высоты. Венерианских суток, конечно. (1) Тогда был вечер, сейчас утро — как-то символично получается; вечером поступил в учебное заведение, полный радужных надежд, а теперь, к утру послеследующего дня, решаю вопросы, начисто лишённый розовых очков того времени. А именно, что я — человек команды, и команда даст мне возможность что-то изменить на планете. Не даст! Пока не возьму всё сам… Скажем так, вопреки воли команды. Именно этим сейчас и занимаюсь — строю будущее — и своё, и династии, и всей Венеры. Бэль, умничка, всё поняла и готова даже отказаться от меня, уступив сестре… Она ведь тоже любит свою планету, и понимает, что так просто мальчику со спичками резвиться не дадут. Ладно, далеко не буду загадывать, вначале нужно разбить врага.
Сигнал от Фрейи — сеньора встретили, всё хорошо, без эксцессов. А главный эксцесс — сеньор мог быть подставным, не настоящим. Сейчас его поведут в зал для переговоров, где они с высочеством будут разговаривать. Долго и о многом. А когда сеньору надоест и захочет уйти, его скрутят, и они снова будут разговаривать, долго и о многом, но теперь уже без вариантов развития событий, пока я не вернусь. Но первые часы переговоры будут официальные, и прилетевшая с сеньором съёмочная группа уже сейчас транслирует мятежникам запись этого лощённого пухлика, что он жив, с ним всё хорошо, идёт по коридору в переговорную для встречи с высочеством и превосходительством. А раз так, мой конвертоплан им сбивать нельзя! Сейчас — уже нельзя. Взрогнули?
— Центральный, линию Флавия, — отдал я команду девчонкам в штаб по общедворцовой системе безопасности. — Птица-три, курс на указанный в полётном плане купол, ждём возможной корректировки маршрута. — Это по внутренней.
— Есть! — Первым ответил пилот.
— Хуан, держи. — А это Чупакабра, занявшая в штабе главное место в моё отсутсвие. Что объяснимо, ибо это её девочки сейчас единственная боевая сила, проводящая операции в тылу врага.
Флавий не отвечал долго, с две минуты. Я терпеливо ждал. Альфа огромная, и в её стенах под куполами напичкано столько кабелей и систем коммуникации, что даже захватив мэрию и все районные ЦПУ, ты не сможешь поставить тут под контроль всё. Мы имели множество доступов к камерам по всему городу, под всеми куполами, знали очень много о происходящем (хотя, к сожалению, меньше, чем хотелось), и в данный момент догадывались, где находится требуемый журналист. Но вот внутри конкретного купола уже были бессильны. А ещё именно в этом куполе были сложности с представителями банд, но, к счастью, инопланетная нечисть тут не задержалась и ушла, хулиганили свои. А «своих» мы распугаем взятым с собой арсеналом — высадки я не боялся. Однако затихариться сеньор мог так, что фиг его с наскока найдёшь! Перерыть же купол тремя взводами номер не просто дохлый, а с учётом возможного противодействия бессмысленный.
К счастью, абонент ответил:
— Слушаю? — Голос дрожит. Страх и волнение. Но понимание — абы кто сейчас ему звонить не будет. Я звонил на рабочих номер, а рабочий сервер их во избежание отключен, и по работе ему мало кто может позвонить в принципе. Сервер же отключен так как в куполе, где располагается студия, хозяйничают «красные» — в душе не знаю, кто именно. На интерактивной карте всего два цвета, «зелёные» — условно наши, городские ополчения (сюда включили и «Братство»), и «красные» — погромщики любых видов и национальностей. Веласкесы и мятежники не считаются, на каждой из карт у них свои цветовые раскраски (которые из-за мобильности мятежников почти всегда не соответствуют действительности), но эти два цвета по всему городу чётко определены и доступны на любом паблике, координирующем зоны безопасности.
— Привет, морда римская! — с задором бросил я.
Пауза. Узнавание, но неверие. Затем просто узнавание. Затем принятие.
— Шимановский?
— А тебя так кто-то ещё называет?
Голос сеньора повеселел.
— Рад, что ты жив.
— Жив? — Я показно разозлился. — Да что мне сделается-то!
— Вы в осаде, — парировал он. — Вокруг вас тяжёлая техника. И в городе все говорят, вам немного осталось… Если решитесь драться, конечно, и имперский корабль не за вами.
То есть настоящий политолог предполагает, что имперский крейсер может быть для отвода глаз. Что не есть хорошо — не всех можно обмануть.
— Ну, немного напрягает эта техника вокруг нас, — честно признался я, — но не смертельно, переживём. Ты лучше скажи, где тебя подобрать?
— Подобрать? Меня? — Непонимание.
— Мы сейчас зависнем над куполом, где ты находишься. У меня небольшая армия с собой. Это ангелы. С переносной, но тяжёлой техникой — быкующей у вас шантропы не боимся, всех положим. Планирую вытащить твою задницу из опасного места и снять с тобой передачу, интервью.
— Интервью у тебя? — Снова неверие. — В смысле, типа сам у себя будешь брать через меня?
— А что, такой финт вызывает у тебя отторжение? Религиозное неприятии? Ах да, это будет прямой эфир. Причём на всё планету. — Это подсластить пилюлю.
— Хуан, наша студия… Того… — Отчаяние в голосе. Он любил свою студию, свою передачу и свою работу.
— Сальвадор, за моей спиной самая совершенная система связи человечества. Посмотри на любую картинку дворца из атмосферы — она больше километра вышиной. К чёрту студию! Можем снять хоть в твоём логове, хоть в моём конвертоплане, а смотреть и слушать нас будет вся планета. Так где тебя подобрать в куполе?
— Так-так… В смысле, над моим куполом? Ты что, знаешь, где я? — Снова непонимание.
— Сальвадор, ты тупой! — констатировал я.
Снимать в конвертоплане он отказался. Как и лететь во дворец — я предложил, дескать, там крутая студия.
— Ты не понимаешь, я — нейтрал! В этом гадюшнике осталось всего два нейтрала, наш канал и Селена Маршалл. А с Селенной мне не по пути — разные весовые категории. Если ступлю на твой борт — стану в глазах всех предвзятым. Давай лучше сюда спускайтесь. У нас безопасно — горожане объединились в дружину, мы контролируем две трети купола.
— А почему зелёным на карте не светитесь?
— А чтоб лихих людей не провоцировать. У нас нет тяжёлого оружия, только гражданские стрелковки-пукалки…
Хорошо, что он понял про нейтралов. Вообще-то у их канала во владельцах ох-какие люди, которые точно не будут нейтральными в отношении Веласкесов. Но, видимо, и сам Веспасиан, и его редактор смогли убедить сеньоров не ерепениться и держать дистанцию ото всех. Мои ангелы в их студии во время последнего интервью, а также воинственные заявления дали лаг по времени на подумать, а БОВы над домами четверых олигархов-основателей убедили, что лучше и дальше «думать», не принимая ничью сторону. Потому, собственно, о римской морде и вспомнил — план «Б» был вылететь в проблемный купол к захваченной школе и дать интервью окопавшейся там с семьёй (родителей перевезла) Лоран. Но тут работает уже вышеозвученная причина — Лоран не воспримут, как нейтрала. Вообще для мятежников она чистая, ибо работала не на Веласкесов в принципе, а конкретно над проблемой террористов, с нею официально заключён сезонный (разовый) контракт… Но возьмёт прямое пропагандистское интервью у меня, как глашатая delСаурона/del Веласкесов, и не отмоется.
— Птица-три, в доступе отказано! — отрезал диспетчер после совсем неприличной паузы на «подумать». Ответ был выдан почти без паузы. Летели мы с транспондерами, но нас не запрашивали — видно на той стороне сеньоры сами офигели и не знали, как к нашему полёту относиться. Ибо ничья смерть, кроме её высочества, сейчас не будет равноценной смерти Адальберто Торреса, а высочество совершенно точно не будет лететь в конвертоплане над столицой во время собственных переговоров. Можно, конечно, вызвать нас, поругать, словить «пшнх»… Но без возможности на нас надавить это унижение как в собственных глазах, так и перед начальством. Конечно, если будем шкодить — вышлют дроны-истребители, их два полка к нам перекинули, если не больше, но мы ж не шкодим. Но вот насчёт блокировки палуб можно было не ходить к гадалке; наверняка все купола, где нет уж совсем анархии, под контролем диспетчерской столичного округа, и даже если их напрямую не охраняют бойцы мятежников, то попытаются затруднить нам посадку удалённо автоматикой.
— Сеньор, я настаиваю. — Я был сама холодность, чего-то подобного как раз ждал.
— Птица-три, посадку не разрешаю! — повысил паренёк голос. — При попытке высадиться силой, вы будете сбиты средствами ПВО.
Ага, если б они у вас были! Именно ВАШИ, коммунальщиков-горожан, а разговариваю я с диспетчерской гражданской атмосферной службы. Меня уже ведут их офицеры и не скрывают этого.
— Сеньор, дайте главного, — попросил я.
— Сеньор, в доступе отказано… — попытался морозить меня диспетчер, и я понял, что он тоже считает себя кабальеро. Ибо использует англосаксонскую логику… А, я пока про это не написал? Ну да, сейчас напишу. —…Разворачивайте машину и следуйте назад, к месту старта! — с нотками победы в интонации командовал он. Синдром Большого Начальника, понимаю.