Сергей Куликов – Академия телепатии (страница 4)

– И тебе привет, дружище! – ответил я.– Как сам, как семья?

– Полный порядок, – заверил Эгбо. – Главное, что семьи у нас есть. В столь смутные времена-то. Как там Юлий Августович?

– Шлёт привет тебе и твоим близким. Занят только в последнее время: коллеги из Бхарата и Чжунго насели. Всё колдуют и колдуют над новыми роботами.

Эгбо кивнул и заметил:

– Да, эти могут.

Он на миг умолк, внимательнее взглянул на меня и проговорил:

– Твой вызов родил интригу. Мы тут даже поспорили малость: может, надоело тебе заниматься аналитикой обменов, вот ты и решил податься к нам, на конструирование прогнозов?

Я удивленно взглянул него:

– А что, мой опыт обменов вам был бы полезен?

– Мы умеем строить прогнозные модели, – пояснил Эгбо. – И они хороши, пока не заходит речь о бытовых делах. Слишком много переменных! И желаний «мыслить сердцем».

Я кивнул и заметил:

– Да, разумного в обменах немного. Дело случая, что и кому понадобится. Приходится импровизировать.

Эгбо покивал:

– Вот и поделился бы опытом. А мы бы в долгу не остались. Хотя, это дело будущего. Тебе же что-то конкретное нужно?

Я прикинул, что моя просьба попроще будет, чем «поделиться опытом». Могли бы без меня – давно справились. Надо добавить к своему запросу.

Вечная страсть держать баланс!

– Интересное у тебя предложение, дружище, – проговорил я. – Рад помочь. Но хотелось бы сперва получить парочку пустяков: данные центра спутникового мониторинга и пример работы ваших прогнозов на деле.

Эгбо присвистнул:

– Ого! Тебе палец в рот не клади. Явно же собирался поменьше просить. Но ладно, я сам заговорил. Пошли в моё скромное жилище – обсудим.

Он махнул рукой в сторону пальм. Тут же умиротворяющая картина вечернего берега растаяла. Мы стояли перед высоким зданием. Его стеклянные стены искрились в лучах заката.

Создатели сцен в сно-сети могли бы вообще не имитировать перемещения в пространстве. Но нужно же время для обработки данных, которыми обменивались системы Уктуса и Аррики.

Мелькнула мысль: «А можем ли мы с Эгбо уверенно сказать, что реально знаем жилища друг друга?» Мы общались раз в два-три месяца. И не всегда причиной служила работа. Кое-что друг о друге знали. Но это не помогало судить о реальности Эгбо и его окружения. Нынче вообще трудно находить «реальных» знакомых.

«Да ладно ты! – прикрикнул я мысленно на себя. – Разве маги могут дать киберсистемам реальную независимость?» И верно: домашние киберы, те же Аня и Ваня, вон много чего умели, но были лишь продолжением своих хозяев. То же и со сно-сетью.

Откуда взялись бы по-настоящему выдуманные собеседники? А чего уж говорить про реальные с ними отношения! «Нет, нет Эгбо вряд ли плод моей фантазии, рождённый в сети».

Мы вошли в дом Эгбо и поднялись по лестнице. Поразило, что клетки этажей походили на кубы с прозрачными гранями, а то и без них. Из-за этого прямо с первого этажа я мог видеть практически всё, что происходило наверху.

Вон детская комната в дальнем углу здания. Её заполняли маленькие радостные существа, которые играли в непонятную мне арриканскую игру. Они кружились в хороводе, сцепляли и расцепляли руки, перебегали с одного места на другое.

Аррика пострадала в войне меньше Содружества Полисов. Детей у них было побольше, чем у нас.

Эгбо перехватил мой взгляд, направленный на прозрачные или даже отсутствующие стены (хорошо бы их потрогать!), и пояснил:

– Вот такие они здесь – эти силовые поля.

Я понимающе кивнул. Любопытно, что арриканцы пошли дальше нас. Из силовых полей делают не мебель и домашнюю утварь, а целые здания. А как же образ стекла и бетона снаружи?

– Сплошная подсветка, – заметил Эгбо.

Неужели я задал вопрос вслух? Бросил взгляд на друга с удивлением, если не сказать, подозрением. Иной раз казалось, что он читает мои мысли. У меня же хватало внимания следить, открываю я рот и говорю или молчу. Или я уже в Академии?

– Никакой телепатии, только прогностические модели, – проговорил Эгбо и подмигнул: – Сам же хотел увидеть их в действии.

«Ну-ну, – подумал я. – Хорошо иметь лишние мощности. Можно настроить компьютеры на работу на опережение. И всегда будет готов совет, что ответить. Даже если вопрос ещё не задан. А что если…»

Мне вдруг захотелось солёной селедки. С мучительным наслаждением представил, как нарезаю рыбу, снимаю кожицу, разворачиваю кусочки и убираю мелкие косточки. Я даже зажмурил глаза, так хорошо представил вкус соленой рыбы во рту.

Через миг открыл глаза и увидел улыбающегося Эгбо.

– Это тоже мне прямо сейчас предсказали, – проговорил он. – Не в точности, конечно. Я не знаю, что конкретно пришло тебе на ум. Но ты явно хотел вывести нас на чистую воду. Так ведь говорят у вас в Содружестве?

Ой, как по-детски вышло. Я густо покраснел.

Тут же мне вдруг представилось, что все генераторы отключились, и силовые поля в стенах пропали. Я оказался прямо в центре здания, в прозрачном квадрате, а вокруг пустота на многие метры. И я не падаю лишь потому, что под ногами ещё есть поле. Но сделаю шаг и окажусь без опоры. И полечу вниз.

Я закрыл глаза, чтобы прогнать наваждение. Потом открыл их и огляделся. Всё вроде бы встало на место.

Эгбо пояснил:

– Ты попал в стык двух симуляций. Мир вокруг не успел обновиться. Плата за наши «роскошные» технологии. Зря ты про нас столь хорошо подумал. Но мы почти пришли.

Я посмотрел на него, затем перевел взгляд на ноги. Оказалось, всё время, пока подсматривал и фантазировал, мы продолжали идти по этажам фантастического здания. Или здание перемещалось вокруг нас? Со сно-сетью и её образами не угадаешь.

– Жду внутри! – Голос Эгбо доносился из просторной комнаты, куда он уже успел зайти.

Почти всё пространство комнаты заполняли точки подключения к подсистемам сно-сети. Вот он – центр спутникового мониторинга. «Он меньше, чем помню», – подумал я, и снова услышал ответ друга:

– Нет, центр не уменьшился. А вот ты подрос.

И правда, ведь я был здесь три или четыре года назад. Меня водили на экскурсию, а не по делу. В прочие встречи мы с Эгбо находили другие темы для бесед. Так что от «космической» жизни я немного отстал. Ладно, сейчас наверстаем.

Мой друг улыбнулся, но ничего не сказал.

Вход в подсистему сно-сети опять сопровождало ощущение погружения в водоворот. Нужно для ориентации в «сновидениях». Их уровни выглядят похоже. Можно заплутать.

Эгбо встретил меня на подобии дороги, ведущей в звёздное небо и начал:

– Итак, тебе сейчас нужно…

– Уточнить маршрут до Тубатанга и гномов, – подхватил я. – А оттуда – до Волтской пустыни. Ну и местность между Хамарой и Харытау разведать.

Эгбо чуть поморщился на Тубатанге и сильнее – на гномах. Интересно, что они ему сделали? Однако от комментариев он воздержался, лишь резко спросил:

– Но ведь то не конечная цель, верно?

– Как ты…– начал было я, но тут же понял: прогностические модели! И быстро проговорил:

– Да, моя цель – Симирская Пустошь.

– Ага, так и знал: Академия! – Эгбо прищурился. – А может, всё-таки к нам – и за прогнозы? Тоже ведь вроде телепатии.

Я отрицательно покачал головой.

– Нет-нет, дружище. Хочу испытать счастье – поискать людей на других планетах. Вдруг кто где отзовётся.

– А радио чем плохо? – спросил Эгбо, чуть погрустнев.

Я развел руками и пояснил:

– Долго и ненадёжно. И нужно хотеть говорить с двух сторон.

Эгбо помолчал, видно, советуясь с прогнозными моделями. Однако и они не могли ему сказать буквально всё. И вопрос прозвучал:

– А тебе, лично тебе это зачем?

Вот он, тот момент, когда надо «думать сердцем»!