Сергей Кулик – Кенийские сафари (страница 21)
Вес свинцовых, стеклянных и костяных украшений «полуголых» женщин — туркана намного превосходит вес всего зимнего наряда любой европейской модницы. Богатые замужние женщины-туркана носят на себе восемь-десять килограммов украшений, девушки — не меньше четырех. В условиях африканской жары и скитальческого образа жизни это подлинный подвиг во имя красоты.
Несмотря на немалое количество материала, требующегося для производства всех этих бесконечных украшений, у туркана до сих пор не появилось ремесленников, которые бы специализировались на изготовлении необходимых атрибутов туалета. Каждая женщина-туркана сама вытачивает себе из скорлупы страусовых яиц пластинки, красит рыбьи позвонки, сама собирает и подбирает по цвету семена, сама вышивает свою юбку. Здесь нет «готовой одежды» и фабричных украшений. По наряду и внешнему виду женщины с первого взгляда вы можете судить о ее мастерстве, фантазии и вкусе. Лишь свинцовые шарики и бисер туркана получают от сомалийских торговцев, выменивая их на шкуры.
У туркана существуют две формы замужества. Девушка, пришедшая в дом мужа с большим наследством (таковым считается стадо в двадцать-тридцать коров), становится «настоящей женой». Она имеет право голоса в семье, и в случае, если пожелает покинуть мужа, может взять с собой первого рожденного от него сына. Причем после смерти отца сын становится его наследником.
Девушки же, которые пришли в дом мужа без скота, занимают положение наложниц. Как правило, они моложе настоящей жены и более любимы мужем, однако не имеют в семье никаких прав. Единственная обязанность мужа в отношении такой «наложницы» — кормить и защищать ее и ее детей от обидчиков. Они также могут покинуть мужнин дом в любой момент, причем хотя их дети и остаются у отца, но не пользуются никакими правами наследства.
Наряд женщины-туркана сразу говорит о том, какое положение они занимают в семье. Настоящие жены, как правило, вставляют в нижнюю губу акванга — небольшой цилиндрик из металла или слоновой кости. Обзавестись таким украшением — дело довольно мучительное. Чтобы укрепить его, знахари насквозь протыкают губу и изнутри расщепляют цилиндрик, делая во рту нечто вроде заклепки. В случае развода женщина обязана снять акванга. Однако, если размолвка в семье происходит не через неделю после свадьбы, а через несколько лет, избавиться от такого цилиндра, уже вросшего в губу, — операция весьма болезненная. Женщины — туркана говорят, что мужчины нарочно выдумали акванга для того, чтобы удержать своих жен, не дать им уйти.
Лучший подарок — сердце льва
Туркана живут на огромных территориях с крайне низкой плотностью населения. Поэтому у туркана представление о расстоянии такое же, как, например, у наших сибиряков. Для здорового мужчины-туркана преодолеть сто-сто пятьдесят километров лавовых плато, напоминающих лунный ландшафт, — вовсе не событие. Причем отправляются в такое путешествие совсем не по необходимости, а чаще всего для того, чтобы посмотреть новые места, показать себя и повидать других. В каждом селении туркана (если таковое окажется на пути) странника должны приютить и показать ему дорогу.
Мы ехали по шоссе из Какума в Лодвар, где в радиусе тридцати километров наверняка не было ни одной енканги. Тем не менее нам все время встречались путники. Положив копье на плечо и повесив на него руки, они прыгали с камня на камень. Единственное, что туркана берут с собой в дорогу, — это подголовник и калебас с водой или молоком. Из оружия, помимо копья, к одетому прямо на голое тело поясу крепится кинжал, на обе руки надеваются браслетообразные ножи, острые лезвия которых обычно прикрыты кожаными накладками. Знание повадок животных и отвага, граничащая с дерзостью, делают туркана почти не уязвимыми даже для львов.
Кстати, туркана, особенно если они идут группой хоть в два-три человека, не избегают, а ищут встречи со львом. Насколько мне известно, это единственное племя в Африке, употребляющее в пищу львиное мясо, причем считающее его деликатесом. Прийти в чужой дом с куском львиного мяса — значит стать братом его хозяина. Львиное сердце и печень посылают в дар человеку, перед которым хотят искупить вину. Львиный язык считается лучшим подношением знахарю или старейшине, якобы позволяющим тем в своих высказываниях быть «бесстрашными, как лев», то есть не боясь говорить правду, в том числе и неприятную. Туркана употребляют также в пищу мясо бабуинов и крокодилов, однако случается это лишь в самые голодные годы.
В последнее время все больше туркана начинают приобщаться к рыбной гастрономии. Но некоторые кланы по-прежнему отказываются есть рыбные блюда, твердя, что настоящим скотоводам подобает брать в рот лишь «настоящее» мясо. Однако даже они ловят рыбу, только для продажи. Селения таких ортодоксов узнать очень легко. Кланы, употребляющие рыбу, используют ее только свежей; те же туркана, которые заготавливают ее на продажу, вялят и сушат ее под солнцем.
Особенно много рыбы ловят сейчас туркана в нижнем течении Теркуэлл. По обоим берегам реки от городка Лодвар до впадения ее в озеро Рудольф, в рощах пальм дум прячутся рыбацкие селения. Здесь до сих пор еще почти неизвестны сети и неводы. Обычно ближе к вечеру все мужское население деревни выходит из своих хижин, неся огромные, диаметром больше метра плетеные сачки. Став дугой плечом к плечу посреди реки вдоль ее течения, мужчины кричат и одновременно с силой погружают свои огромные сачки в воду. Кое-кто умудряется уже здесь накрыть рыбу. Но главная цель операции состоит в том, чтобы загнать рыбу с середины реки на мелководье, в заросли травы. Когда мужчины приближаются к берегу, рыбы в траве делается так много, что создается впечатление, будто мелководье кипит. Рыбины запутываются в траве, откуда их достают стоящие наготове мальчишки, или они сами но выбрасываются прямо на берег.
Правительство уже создало в Турканаленде два первых рыболовецких кооператива. Один из них расположен в Локваканголе, другой — в Лодваре. Как только начинается утро, к этим кооперативам со всех прибрежных селений идут женщины, ведя под уздцы ишаков, груженных сушеной рыбой. Они продают ее в кооператив и на вырученные там деньги покупают ткани, соль, бисер и консервы. Деньги здесь новинка. Многие туркана их еще никогда не видели, особенно бумажных.
В Локваканголе даже появились две моторные лодки, которые государство передало кооперативам, а в Лодваре председатель кооператива, всегда улыбающийся здоровяк Лангангат с гордостью показал мне нейлоновую сеть, на днях полученную из города. Его больше всего удивляло, что сеть тонка и в то же время порвать ее не может даже самая большая рыба.
К концу 70-х годов к Лодвару и дальше, к побережью озера Рудольф, из Центральной Кении протянут асфальтированную дорогу. Это очень важно, потому что сейчас через кенийскую территорию вообще нельзя попасть по суше на западное побережье озера. Разбитая, пересекающаяся десятками рек, но без единого моста дорога в Лодвар и Локваканголе в значительной своей части проходит по угандийским землям. Когда построят дорогу, жители Турканаленда получат возможность сбывать свою продукцию и смогут, как и вся Кения, пользоваться доходами от туризма.
Однако пока что это всего лишь планы. Сегодня весь огромный район, раскинувшийся по обе стороны озера Рудольф, еще живет прошлым, лишь приглядываясь к современному миру и нехотя раскрывая перед ним кое-какие свои тайны.
Глава вторая
ПО СЛЕДАМ ЗАГАДОЧНЫХ АЗАНИИЦЕВ
Этнический Вавилон
Вернувшись как-то с рыбной ловли в свою палатку, разбитую на берегу Теркуэлла, я увидел там поджидавшего меня неожиданного гостя.
— За четыре с лишним месяца скитаний по Турканаленду я так истосковался по собеседнику, что решился без приглашения нагрянуть к вам, — произнес он, вставая мне навстречу, — Если не возражаете, давайте познакомимся. Доктор Грейн, руководитель комплексной экспедиции по изучению Турканаленда.
Я тоже представился, признавшись, что искренне рад такой встрече. На протяжении нескольких предыдущих месяцев найробийские газеты много писали об экспедиции Грейна, которая по просьбе кенийского правительства проводила оценку природных ресурсов страны туркана. На основе ее рекомендаций должен быть составлен план освоения Турканаленда — первый план развития хозяйства туркана за всю многовековую историю этого самобытного народа.
— Об этой заброшенной части света остальному миру известно лишь то, что она существует, — говорит Грейн. — Парадоксально, но, отправляясь сюда, я не мог найти в лондонских библиотеках самых общих сведений об этой территории. Даже средние температуры или количество осадков в этой местности — секрет для науки. Никто точно не знает, сколько здесь живет людей и сколько животных — домашних и диких — обеспечивают их существование.
— Чем занимается сейчас ваша экспедиция? — поинтересовался я.
— Наибольшее значение мы придаем исследованиям режима питания Бассо-Нарок. Мы считаем, что озеро — главное природное богатство этого одного из самых суровых районов земли. Оно дает жизнь большинству здешних племен, от освоения его ресурсов зависят в дальнейшем и судьба местных жителей, и возможности развития туризма в этом районе. Бассо-Нарок ожидает трагическая судьба. С тех пор как примерно пятнадцать тысяч лет назад озеро потеряло связь с Нилом и лишилось многих своих притоков, оно испытывает «водяной голод». Те немногие реки, которые еще впадают в него, не могут компенсировать интенсивное испарение, происходящее в этом районе, где царит солнце. Поэтому уровень воды в озере постепенно снижается.