Сергей Кулагин – Вот это я попал… Сборник рассказов (страница 17)

Вместо дворика, заросшего травой, перед ним была широкая зелёная лощина, по которой прямо, с небольшими изгибами, текла река, деля лощину почти пополам. По обе стороны высились отвесные скалы. На противоположной стороне лощины река впадала в озеро, в центре которого возвышался замок.

Семён посмотрел на того, кто притянул его к земле. Это был «странный мужик», но теперь термин «странный» возводился в квадрат. Теперь на нём вместо жёлтого был тёмно-зелёный, скорее тёмно-изумрудный костюм, и если раньше он был примерно сорок восьмого размера, то сейчас никак не меньше пятьдесят четвёртого, а сидел на владельце также чинно. Очков не было, а вместо «ёжика» на плечи спадали длинные локоны волос из-под широкополой шляпы. Шикарные усы и бородка клинышком придавали его лицу схожесть с киношными мушкетёрами. Его рука по-прежнему сжимала плечо Семёна и с силой прижимала к камню, а сам он стоял, приклонив одно колено.

Осмотревшись, Семён понял, что они находятся на одном из уступов скалы, подковой опоясывающей лощину с рекой. И сделай он один лишний шаг, то непременно сорвался бы вниз. Мушкетёр, схватив и прижав его к уступу, фактически спас ему жизнь. Он попытался отползти назад, к воротам, но державшая его рука не позволила сдвинуться.

– Поздно. Проход уже закрыт, – не смотря на Семёна, пояснил мужик. – Да и уходить уже поздно, нас приняли. Вставай.

И мужик поднялся, помогая встать Семёну.

– Что значит «приняли»? – первое, что спросил озадаченный бариста.

– Посмотри на себя, – сказал мужик, оглядев Семёна с головы до ног.

Семён опустил глаза и в удивлении стал себя ощупывать. Вместо привычных кроссовок, узких джинсов и белой рубашки на нём был подогнанный китель кофейного цвета с блестящими серебряными пуговицами и воротником стойка, брюки, больше напоминающие галифе, и высокие до колен чёрные хромовые сапоги. Пальцем он провёл между шеей и подшитым воротником, понимая теперь, что так больно впивалось ему в шею всё это время, пока он стоял на коленках.

– Кто ты? – спросил мужик Семёна. – А, кажется, узнаю. Ты тот парень из кафе. Как ты попал сюда?

– А где мы? – поинтересовался Семён у мужика, когда тот вновь вынул часы из жилета и начал вращать на них головки. Не одну, а целых пять.

– Мы в четвёртом пространственно-временном измерении Синего Гиганта, -буднично ответил тот.

– Где-где? – переспросил Семён.

– Солнце видишь?

– Вот это синее?

– Да. Только это не Солнце, в обычном для тебя понимании. Это Синий Гигант.

– Так мы не на земле? Я хотел сказать мы не на планете Земля?

– Если я скажу «да», от этого что-то изменится? Кстати, тебя как зовут?

– Семён, – ответил парень и протянул руку.

– Демитриус, – пожал протянутую руку мужик. – А имя не подходящее, надо придумать что-то другое, более приемлемое. Есть что-то на примете?

– Семёнус подойдёт?

– Наверное, да, хотя, – Демитриус вновь осмотрел Семёна с головы до ног, – думаю, Барон Фон-Нёмес звучит гораздо эффектнее.

– Ну, барон так барон. Так всё же, где мы? – ещё раз спросил новоиспечённый Барон Фон-Нёмес.

– Читать любишь? – вопросом на вопрос ответил Демитриус.

– В детстве любил, – ответил Семён, – сейчас времени на это не хватает.

– А сам что-то пробовал сочинять?

– Не-е-е, – протянул Семён. – У меня на такое фантазии не хватит.

– Странно, на одежду у тебя фантазии хватило. Я первый раз оказался здесь в виде маленького мальчика в шортах и с сачком. Только через пару месяцев я научился подбирать свой образ. Как тебе нынешний?

– Класс. Чем-то на мушкетёра похожи.

– Да. Именно. Собирательный образ из четвёрки Дюма.

– То есть, вы хотите сказать, что в этом месте я могу стать кем угодно? Хоть терминатором, хоть Халком?

– Ну, да, только при следующем заходе.

– Слушайте, мы во сне? Мы в стране грёз? В мире фантазий? Это как в фильме «Бесконечная история»?

– Фактически это можно считать одним и тем же, – пространственно ответил Демитриус. – Что ж, идём, мой юный друг. Мы и так подзадержались, а надо бы успеть к сроку. – Демитриус вновь извлёк из кармана часы. – В путь.

«Странный мужик», ловко перескакивая с уступа на уступ, стал спускаться в ущелье. Семён, глянув вниз с уступа, на котором стоял, оценил на взгляд высоту, что была никак не меньше полукилометра, вздохнул и не так резво, как его проводник, стал перескакивать с одной площадки на другую, стараясь скакать след в след. Преодолев треть спуска, Семён решил прервать тишину:

– Демитриус, слушайте, если это мир фантазии, то почему вы не нафантазировали себе планер, ну или параплан, или дельтап… – Семён чуть не сшиб остановившегося Демитриуса.

– А это и в самом деле хорошая идея! – воскликнул Демитриус и, широко улыбаясь, хлопнул Барона по плечу так, что тот чуть не упал. – Надо будет попробовать в следующий раз. Вот видишь, а говоришь, что не умеешь фантазировать, а я ведь реально об этом даже никогда и не задумывался.

Дальнейший спуск прошёл в более дружественной атмосфере. Семён спрашивал, уточнял, предлагал новшества, а Демитриус отвечал на заданные вопросы и рассказывал про жизнь под синим солнцем. На спуск ушло чуть более трёх часов, но Семён не чувствовал усталости. Он прикинул, что на путь от дома до работы он тратит минут сорок, но на работу он приходит уже уставшим, а здесь он не просто шёл по ровному тротуару, а прыгал в постоянном напряжении с уступа на уступ.

Лощина встретила их приятным ветерком, колышущим высокую траву и доносящим стрекотания насекомых в этой траве. Утопая по пояс в траве, Демитриус словно ледокол проделывал путь для своего спутника. Барон Фон-Нёмес шёл следом, раскинув руки в стороны, а травинки ласково щекотали его ладони. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Сразу в голове яркими вспышками стали возникать воспоминания из детства, проведённого в деревне. Игры на лугу за околицей, ловля лягушек в ручье, вечер на реке с удочкой под постоянный писк комарья. Так за воспоминаниями он не заметил, как они дошли до реки. Выйдя на берег, Семён присел у кромки и опустил руку в воду. Она была настолько кристально прозрачной, что было видно, как у дна в трёх метрах от берега проплывает довольно большая рыбина, похожая на карпа. Семён зачерпнул в ладони прохладной воды и умылся. Затем зачерпнул ещё и попробовал её на вкус. Букет, если так можно выразиться о воде, поразил Семёна. Чувствовалась прохлада льда, освежающая мята и еле ощутимые нотки цитрусовых. Он озадаченно посмотрел на Демитриуса, а тот приняв позу «упор лёжа», «стоя» в воде руками по локоть, опустил лицо в речку и жадно пил. Семён последовал примеру. Он пил и наслаждался каждым глотком, и казалось, что с каждым глотком вкус воды немного менялся.

– Как тебе водичка? – Демитриус расправлял рукава, которые заранее закатал, прежде чем опустить руки в воду.

– Она всегда такая? Откуда она течёт?

– А что ты почувствовал?

– Что-то среднее между мятным и лимонным вкусом.

– Ха! – усмехнулся Демитриус. – Я наслаждался барбадосским ромом под кубинскую сигару.

– Что?! – удивлению Семёна не было границ, и он снова опустился на колени и припал губами к глади реки.

Когда он встал, Демитриус хохотал в голос, глядя на его разочарованное лицо:

– Ладно, пошли. Не переживай, в следующий раз повезёт. Может быть…

И они пошли вдоль берега по направлению к замку на озере. Семён шёл следом и молчал. Он всё никак не мог поверить во всё происходящее. Пытаясь проснуться, он себя ущипнул – было больно, но он по-прежнему шёл по берегу за Демитриусом. Оставив попытки проснуться на потом, он стал изучать местность. Ему показалось очень странным, что на всей лощине не было ни единого деревца. Только повсюду высокая зелёная трава и кое-где виднелись пятна: белые, синие, фиолетовые, жёлтые. И чем ближе они подходили к озеру, тем цветных мест становилось больше. Когда они уже были практически в устье, загадка цветных пятен разрешилась сама собой. Белые пятна это были ромашки, синие – колокольчики, фиолетовые – васильки, а жёлтые… Они были похожи на подсолнухи, но совсем маленькие. Семён прежде никогда не видел таких цветов.

Недалеко от устья на берегу озера был оборудован небольшой пирс, с привязанными к нему тремя лодками. Лодки были, а вёсел не было, но, несмотря на это, Демитриус запрыгнул в одну из них. Семён спрыгнул с пирса в лодку и сел на лавку. Проводник отшвартовался, и на удивление Семёна, лодка сама поплыла к Замку. Демитриус сел на лавку напротив и улыбался, глядя на удивлённое лицо его подопечного.

– Дракона не хватает и будет натуральное «фэнтози», – только и вымолвил изумлённый Барон Фон-Нёмес.

– Не, драконов здесь нет, – буднично ответил Демитриус. – Они живут вон там, – и он указал рукой куда-то левее от замка. – А великаны, если тебе вдруг интересно, вон там, – и он указал немного правее замка.

– А что тогда прямо за замком? – спросил Семён, думая, что ему сейчас начнут рассказывать про фей и гномов.

– Сам увидишь. Уж больно хочется посмотреть на твою физиономию.

Лодка плавно стукнулась носом о каменистый берег. Демитриус вылез из лодки, подождал, когда вылезет Семён, и оттолкнул лодку от берега. Та поплыла назад. Семён задрал голову, рассматривая дворцовую стену высотой метров восемь-десять. Бойниц не было, просто сплошная прямая стена, что в понимании Семёна никак не подходило под стену замка. Рассматривая стену, он не заметил, как Демитриус отошёл от него уже на приличное расстояние, и Семён побежал вдогонку, оскальзываясь на гладких, отполированных водой, камнях. Догнал его только у ворот, где Демитриус задержался, разговаривая с двумя парнями в странной, но почему-то знакомой одежде. Он подождал, когда они закончили разговор и почти шёпотом, чтоб не выглядеть неприлично, спросил: