Сергей Козик – Новелла III эротическая. Ольга и её тётушка Катрин. Легенда о времени Оно (страница 9)

– Я поняла. – ответила Ольга. – Увы, мои тренировки в семье в основном были посвящены оружию, владению которым надо учиться, а огнестрелы всяких мастей, промелькнули для меня пока факультативно. Второй вид оружия, кроме шпаги, я выделяю лук и арбалет. Лук, конечно, на первом месте.

– Какие результаты, если не секрет? – крайне заинтересованно спросил Джонсон с искренним интересом знатока.

– Во-первых, предпочитаю вариант монгольского лука, но и английский или его собрат – варяжский дальнобойный – мне знаком не хуже. Продиктован мой выбор размерами и возможностью возить монгольский лук с собой в разобранном состоянии. В целом о стрельбе результат нормальный. Я гарантированно, с тридцати метров могу сбить яблоко на вашей голове. Без гарантии с пятидесяти метров… но вероятность высока, особенно, если не будет ветра.

Второй постоялец, до этого молча сидевший у окна, изумился:

– Ого!

Выразивший удивление человек, однозначно был напарником американца, такой же загорелый, но в желтизну и некую краснокожесть, с лицом монголоидного вида. Он вступил в разговор с большим странным акцентом неопределённого характера.

– Ого! Это редкое умение. – сказал монголоид. – Даже для опытного охотника, а уж, что говорить о скво…

Ольга улыбнулась, услышав странное слово в своём отношении, и вкрадчиво произнесла:

– Известно ли вам, милейший мистер «краснокожий», если бы вы употребили слово «скво», то в некоторых северных местах Америки в разговоре с мужчиной по отношению к его женщине – маме, сестре, невесте, жене, возможно, вам бы перерезали горло. Вам это известно? Или вы от культуры своих предков ушли далеко? Оул тырдко свотт? Андестенд? /Understand?/ – Как бы играючи, с улыбочкой и хитренькими глазами спросила Ольга.

Спутник американского негоцианта замер с остекленевшими глазами. Он не отрываясь, глядя в глаза Ольге, застыл, словно рептилия, а когда заговорил вновь, скромно произнёс, не отводя взгляда от девушки:

– Я не говорю на этом языке, но понимать понимаю. Это диалект ирокезов…

В их разговор вмешался мистер Джонсон, почувствовав серьёзность тона своего напарника. Тот явно был ошарашен, а вероятнее всего напуган.

– Что случилось? А? Могучи, что произошло?

Могучи, не моргая и не отрывая застывшего взгляда от Ольги, словно перед ним змея, могущая напасть в любую секунду, медленно, с аккуратной расстановкой слов, ответил:

– Девушка спросила меня на языке диалекта иракезов. Того племени, которое всегда было врагами моего племени. Именно их войны убили мою семью и отца с матерью. Хорошо ли я её понял? Да, Я понял. Не понял только одного: как такое может знать молоденькая белая англичанка?

1707 ГОД. КОРОЛЕВСТВО ВЕЛИКОБРИТАНИЯ. ЛОНДОН.

8 СЕНТЯБРЯ. ОКОЛО ПОЛУДНЯ. АПАРТАМЕНТЫ ШЕРИФА.

Бэлиф Скотт и священник Дункан уверенно почти в ногу шли к шерифу. Их грозная, праведной силой заряженная поступь гулко отдавалась по доскам ступеней и была услышана даже самим начальником Лондона в его кабинете.

Шериф знал, откуда возвратились его посланцы, и ждал их. В приёмной сидели представители богатой семьи из Шотландии с запросом о переезде в Лондон. В их письме содержалась просьба продать несколько акров земли, для постройки дома и организации мануфактуры тонкорунного шерстяного и валяльного производства.

Представители шотландского клана – отец и двое его сыновей, ожидали в приёмной. Шериф собственной персоной вышел из кабинета и произнёс, обращаясь к этим трём смиренным просителям:

– Ваш вопрос решаем, но есть небольшие затруднения. Совсем небольшие. Обождите, вот поднимаются, господа, после них, сегодня, я обязательно вас приму. – шериф посторонился пропуская в кабинет отца Дункана и Скотта. – Потерпите ещё полчаса.

Дверь закрылась. Шотландцы переглянулись и уселись вновь на лавку, смиренно ожидая вызова. Они уже неделю не могли попасть на приём.

Когда дверь за спиной Скотта плотно закрылась, шериф сел на своё место и указал на стулья священнику и помощнику. Священник, едва усевшись с глубокой одышкой толстого человека, весь в поту, страстно начал:

– Вы были правы. Она дьявол!

– Я хо… – начал было Скотт перебивая святого отца, но шериф, подняв раскрытую ладонь вверх, пресёк его реплику:

– Продолжайте, святой отец.

Отец Дункан вытер лицо носовым платком и продолжил:

– То, что эти существа из потустороннего мира могут выдержать окропление Святой Водой и даже сами в голос читать молитву «Отче наш», замечено давно. Случаи такие зафиксированы. В среде священнослужителей об этом знают, но простолюдинам во всеуслышание мы стараемся не сообщать… Сами понимаете почему.

– Здесь нет простолюдинов. Как же вы объясняете сей редкостный, но бывающий в жизни факт «терпения» нечистью воздействию Святых Даров? – спросил шериф.

– Демон сидит внутри тела обычного человека и тело, как творение Бога защищает дьявольскую сущность.

– Понятно. – ответил шериф. – Всё-таки расскажите мне всё поподробнее. Отец Дункан, продолжайте.

– Имея ваше предупреждение о возможности встречи с потустороннем, я решил прежде окропить помещение. Для чего взял с собой алтарника Гулливера и все свои орудия: святое распятие, и кропило с полной серебряной чашей Святой Воды. Когда господа констебли во главе с господином Скоттом вошли в помещения, где обитало в полноте своей гнусности это создание, мы немедля приступили к окроплению. Прошли всё. Последним осталась спальня, где и сидело в кровати существо в плоти безумно привлекательной девушки. Я бы даже сказал – умопомрачающей привлекательности. Окропив его, я побыстрее отпустил Гулливера от искушения подальше. Он хоть ростом и высокий юноша, но очень молод.

– Чем вызвано ваше опасение, существо непотребно себя вело? – спросил шериф.

– Существо возлегало очень свободно на просторной постели. Женские персы так и выпирали из его прозрачных одежд. Соски чернели и торчали… И всё это колыхалось, словно сладостный пудинг.

– На ней, кроме пенюара с глубоким вырезом, не было ничего. – уточнил Скотт.

Шериф вновь поднял руку, приказывая замолчать помощника, а спросил сам:

– А где в это время была вторая особа?

– «Существо» объяснило отсутствие второго «существа» тем, что оно уехало за Ла Манш…

– Уехало? – громко произнес шериф. – Как оно могло уехать? Его три дня назад изнасиловали пятеро эсквайров, напрочь разорвав жопу. Эта женщина еле ходила, и только с посторонней помощью! – воскликнул шериф. – А-а-а! Я всё понял! Так вы что, не нашли испанское золото? Где золото?

– Нет, сэр! Золота не было… – ответил виновато Скотт.

– Что вы мне тут голову морочите! – воскликнул шериф, злобно распаляясь. – Нет золота – нет и Дьявола! Придумали какое-то «существо»! Девчонки провели вас как мальчишек, сиськи вам показали! Эка невидаль! То же мне – изгоняющие демонов!

– Но мы нашли вот это! – вскрикнул отец Дункан и положил на стол на маленькой цепочке небольшую чёрную четырёхугольную коробочку, помещающуюся на ладони. На коробочке были три круглые пупырочки-кнопки. Одна красная, а остальные чёрные. Над чёрными стояли надписи «Lock» и «Unlock». На обратной стороне выполненный непонятным штампом-тиснением во всю ширь коробочки крупный рисунок: птица в полёте с распростёртыми крыльями. Под тиснением надпись «Mazda». С торца коробочки торчал ещё один полупрозрачный малюсенький пупырышек из мутного стекла.

Шериф достал из ящика стола большую лупу. Они втроём нагнулись над трофеем, добытым в апартаментах «дъяволицы».

– Из чего он сделан? – спросил шериф и пощёлкал ногтём о корпус коробочки.

– Похоже какая-то кость или особой пропитки дерево. – предположил Скотт.

Священник полушёпотом, заговорщицки произнес:

– Рассматривая данную находку я обнаружил вот что. – он нажал на одну из полупрозрачных пупырышек и тот мигнул два раза красным светом. Исследователи отпрянули от артефакта.

– Это что? – спросил шериф.

– Я думаю, эту вещь используют огнепоклонники для вызова дьявола по имени Мазда. Это имя до сих пор употребляют язычники. Мазда – имя Сатаны в обрядах Зорострийцев. – с видом знатока произнёс святой отец. – Нажимать я не советую. А вдруг демон явится во плоти?

– Нажимать не будем. – сказал шериф. – Это, находясь на моём столе, уже вызывает у меня неприятные чувства. Давайте поскорее уберём предмет в папку с делом.

– С каким делом? – полюбопытствовал священник.

– О «мадридском дьяволе», святой отец, читали газету?

– Ах, да-да-да-да! – произнёс священник скороговоркой. – И вы связываете нашу «милую» лондонскую парочку с событиями в Испании. – заинтересовано спросил Дункан.

– Связывал… – уточнил шериф. Решительно сгрёб себе в ящик чёрную коробочку и запер ящик на замок. – На сегодняшний день дело приостановлено ввиду отсутствия прямых улик, каким могло быть присутствие у них испанского золота. Нет золота – нет дьявола, (я уже повторяюсь по вашей милости), как нет и продолжения ведения «Дела».

– Но я могу самолично продолжить выяснять обстоятельства? – спросил отец Дункан.

– Сколь угодно. – ответил шериф. – Но хочу вас по-дружески предупредить. Ольга не простая девушка или, как вы изволили выразиться – «Существо». Я не знаю, как и по каким «соединительным артериям», но она имеет выход на главную придворную Крысу. Он её покровитель. А Крыса, сами знаете, очень опасна. Интриган первой очереди. Кулуарный властитель Вестминстерского дворца.