Сергей Кормилицын – Сталин против Гитлера: поэт против художника (страница 47)
есть определенная сермяжная правда. Впрочем, говоря об этой версии, не стоит забывать, что исходит она первоначально от Хрущева, а о его резонах в описании сталинской эпохи мы уже говорили выше. Да и Сталин, если верить воспоминаниям окружающих его, смерть соратника по партии переживал очень тяжело, как серьезную утрату.
Киров Сергей Миронович (настоящая фамилия Костриков) (1886–1934), политический деятель. С 1921 года – первый секретарь ЦК КП Азербайджана. С 1926 года – первый секретарь Ленинградского губкома (обкома) и горкома партии и Северо-Западного бюро ЦК ВКП (б); одновременно в 1934 г. секретарь ЦК ВКП(б). Член Политбюро ЦК с 1930 года. В партийных кругах рассматривался в качестве кандидата на пост генерального секретаря ВКП(б) (вместо И. В. Сталина). Убит в Смольном Л. В. Николаевым. Сталин и его окружение использовали убийство Кирова как повод для начала массовых репрессий.
Впрочем, «компетентными органами» убийство Кирова было использовано, как говорится, на полную катушку: оно дало формальный повод для проведения очередной партийной чистки, очередного поиска и устранения реальных или потенциальных противников установившегося режима. В конце концов, от былых союзников, ставших теперь ненужными и даже мешающими – Зиновьева, Каменева и других «левых», от более или менее явных сторонников Троцкого Сталину удалось избавиться именно под эту марку. Все они оказались разбросаны по тюрьмам на разные немалые сроки, хотя, как выяснилось, «судебное следствие не установило фактов, которые бы давали основания квалифицировать преступления зиновьевцев как подстрекательство к убийству С. М. Кирова». Может быть, речь идет не о сталинском умысле, а о чрезмерном усердии Генриха Ягоды? В конце концов, на ту пору в ведомстве Ягоды работали не профессионалы сыска, а «кристально честные большевики», гораздые принимать «в интересах партии» абсолютно шальные, необдуманные решения. Впрочем, это тема для отдельного разговора, к нашему персонажу имеющая отношение лишь отчасти.
Ягода Генрих Григорьевич (настоящее имя – Енох Гершенович) (18911938) – политический и государственный деятель. С 1920 года – член Президиума ВЧК, с 1924 года – заместитель председателя ОГПУ при Совнаркоме СССР, генеральный комиссар госбезопасности (1935). В 1934–1936 годах – нарком внутренних дел СССР. В 1936–1937 годах – нарком связи СССР. Возглавляя органы внутренних дел, был одним из главных исполнителей массовых репрессий. Расстрелян.
Отдельно стоит сказать о репрессиях в армии. В конце концов, эта чистка, в отличие от предыдущих витков репрессий, ударила по обороноспособности страны. На самом деле это едва ли не единственный момент во всей истории СССР при Сталине, когда репрессии были оправданны. Дело в том, что пресловутый «заговор Тухачевского», судя по всему, существовал на самом деле. По крайней мере, в руки внешней разведки попали документы, свидетельствующие о попытках Тухачевского сотоварищи наладить контакт с Германией и отстранить Сталина от власти, опираясь на поддержку из-за рубежа. Причем «слили» эту информацию сами немецкие партнеры, крепко перемешав при этом настоящие документы и фальсифицированные. А результат лучше всего описать цитатой из газеты «Известия» от 12 июня 1937 года: «Шпионы Тухачевский, Якир, Уборевич, Корк, Эйдеман, Фельдман, Примаков и Путна, продавшиеся заклятым врагам социализма, дерзнули поднять кровавую руку на жизнь и счастье стасемидесятимиллионного народа, создавшего Сталинскую конституцию, построившего общество, где нет больше эксплуататорских классов, где уничтожены волчьи законы капитализма. Приговор суда – акт гуманности, защищающий нашу Родину и передовое человечество от кровавых извергов буржуазной разведки. Страна, единодушно требовавшая стереть с лица земли восьмерку шпионов, с удовлетворением встретит сегодня постановление суда. Расстрелять! Таков приговор суда. Расстрелять! Такова воля народа»[105]. Причем под общую гребенку попали, разумеется, не только те, кто имел отношение к деятельности Тухачевского, но и те, кто в принципе мог слышать о ней, был знаком с теми, кто мог о ней слышать, и пр. Доносы карьеристов и откровенных психопатов, каких немало и сегодня, слухи, подозрения, привели к тому, что попытки нескольких военачальников выйти на контакт с потенциальным противником были восприняты как вершина айсберга – частное проявление гигантского, многотысячного заговора. «Компетентные органы», стремясь доказать свою нужность в государстве, в очередной раз «перестарались», погубив массу ни в чем не повинных людей.
Когда все мишени были поражены, под разбор попали сами карающие органы: произошла глобальная чистка в народном комиссариате внутренних дел. Масштаб репрессий поражает воображение. В открытых источниках встречаются пугающие цифры, описывающие число репрессированных как 20, 40, а то и все 100 миллионов человек. Не будем оспаривать эти данные. Просто скажем, что они могут оказаться преувеличенными. Потому что как ни масштабна была система лагерей, разместить, скажем, 40 миллионов человек, пусть и не единовременно, было бы большой проблемой. Очень здраво звучит в этом контексте и следующее рассуждение: «Знаменитый Беломорканал строили «всего» 150 тысяч заключенных, Кировский гидроузел – 90 тысяч. Я говорю «всего», потому что эти цифры – ничто по сравнению с десятками миллионов. Про то, что эти объекты строили зэки, знала вся страна. Десятки миллионов заключенных должны были оставить после себя воистину циклопические постройки, по сравнению с которыми Беломорканал – среднеазиатский арык рядом с Волгой. Где эти сооружения и как они называются?»[106] Впрочем, думается, что сам факт репрессий, в ходе которых оказывались осуждены и невиновные люди, гораздо важнее обсуждения масштабов этой деятельности. Разве не так?
Между тем сближение с Германией, за которое лишился жизни красный маршал, постепенно стало вполне реальной перспективой для Советского Союза. Я полагаю, что не стоит в очередной раз рассказывать историю пакта о ненападении и секретного дополнительного протокола к нему. Достаточно сказать, что в отношениях СССР и Третьего рейха, в отношениях Гитлера и Сталина стали появляться общие интересы. Из пропаганды исчезли оскорбительные для новых союзников элементы, усилились экономические и политические связи. Правда, как вспоминает тогдашний посол США в СССР Ч. Болен, «после шести лет официально проповедуемой вражды к Гитлеру и нацизму, прилет в Москву Риббентропа был подобен землетрясению.
Возникшее замешательство отразилось даже на самой церемонии приема: у русских не было фашистских флагов. Наконец их достали на киностудии «Мосфильм», где снимали раньше антифашистские фильмы. Советский оркестр спешно разучил нацистский гимн, и его сыграли в аэропорту, где приземлился Риббентроп. Самолет Риббентропа получил повреждения и чуть не был сбит на границе, так как зенитчики не знали еще о новом политическом повороте»[107]. Подобные настроения имели место и в Германии. Именно из-за союза с СССР от Гитлера отвернулся промышленник Тиссен, бывший до этого его вернейшим союзником. Да и среди рядового населения обеих стран царило откровенное недоумение.
Зачем Сталину был нужен этот союз? Ответ прост: он рассчитывал продержаться без войны еще несколько лет. То, что конфликт неизбежен и что это будет конфликт именно с Германией, всем было понятно с самого начала, со времени выхода России из Первой мировой. Общая же ситуация на мировой арене показывала: Германия пришла в себя, подняла голову и вскоре будет добиваться возвращения прежних завоеваний.
Впрочем, есть и другая версия. Согласно ей, Сталин вместе с Гитлером готовил большой поход на Запад, но Англия, испугавшись такой перспективы, приложила максимум усилий для того, чтобы рассорить союзников, и буквально спровоцировала нападение Германии на СССР. Впрочем, достоверность этой версии, мягко говоря, вызывает сомнения.
Бункер Сталина[109]
Создание данного объекта относится к 30-м годам XX столетия. Его строительство являлось частью государственной программы, в том числе обеспечения обороноспособности страны. Объект соединен 17-километровой подземной дорогой с центром города (Кремлем).
В качестве маскирующего секретный объект предмета был выбран стадион. В средствах массовой информации было объявлено: «Для обеспечения соответствующего проведения спартакиады построить в городе Москве центральный стадион СССР. При строительстве стадиона исходить из сооружения зрительных трибун не менее как на 120 000 нумерованных мест и достаточного количества различного рода физкультурных сооружений вспомогательного значения учебного и массового пользования. При проектировке предусмотреть постройку во вторую очередь Дворца физической культуры с научными учреждениями, академией, институтом».
Для постройки Всесоюзного физкультурного комплекса был отведен участок, расположенный в Измайловском зверинце по следующим границам: с юга – Измайловское шоссе, граничащее с зеленым массивом Измайловского парка культуры и отдыха, с севера – Стромынское шоссе, с запада – Окружная железная дорога, с востока – ломаная линия, граничащая с селом Измайлово и восточной границей Серебряного острова вместе с водой.