Сергей Комалов – Два брата, волк и море (страница 9)

Путешественники сошли на берег и двинулись в темноту грота. Следуя впереди, Джек включил фонарик, и стены окрасились желтоватым светом. В гроте было влажно и так тихо, что, сделав не больше двадцати шагов, молодые люди уже не слышали шума волн, накатывающихся на песок. В этом каменном мешке царил какой-то зловещий покой. Но вопреки всему Мишель была очень довольна. Она прошла до самого конца грота, осмотрев все закоулки и неровности. Братья изнывали от скуки и с трудом скрывали нетерпение.

Полтора часа ушло на то, что у других людей заняло бы двадцать минут. Наконец миссия была выполнена. Все трое погрузились в катер. И тут случилась неприятность, которая могла обернуться трагедией. Как только катер отчалил, раздался возглас Мишель:

– Моя серёжка упала в воду!

– Когда упала? – спросил Джек.

– Только что.

Француженка теребила мочку правого уха, и на её лице отражалось сожаление, смешанное с надеждой. Вторая серёжка в виде золотого лепестка с маленьким брильянтом была на месте. Братья обменялись взглядами. Том видел, что Джек уже готов лезть в воду, и напомнил ему:

– Здесь метров пятнадцать в глубину и песок.

– Шансов мало, что мы найдём твою серёжку, Мишель, – предупредил Джек.

– А риска много, – вставил Том.

– Ну пожалуйста, Джек! Что тебе стоит! – просила девушка, словно не услышав слов братьев.

– Если я её найду, обещаешь подарить мне то, что попрошу?

– Да, если это будет не дороже моей серёжки.

– То, что я хочу, не потребует от тебя никаких затрат.

– Хорошо, согласна.

– Может, всё-таки не стоит? – попытался остановить брата Том. – Ты же здесь никогда не нырял!

– Я справлюсь, – заверил его Джек.

Поднявшись, он сделал глубокий вдох, взглянул на Тома, как бы извиняясь за то, что действует не по правилам, и нырнул. Одно из этих неписанных правил, установленных взрослыми для юных островитян, гласило: «Собираясь нырять в незнакомом месте, обвяжись верёвкой и передай второй конец напарнику!» Джек почти никогда не пользовался верёвкой в бухте. Он слишком хорошо её знал. И всё-таки нырять у Грота слёз ему не доводилось. Здесь вообще редко встречались желающие достать до дна.

Юноша быстро пошёл в глубину. Полные воздуха лёгкие тянули Джека наверх, но он упрямо двигался вниз, помогая себе руками. Чем глубже, тем темнее становилась вода. Джек преодолел больше половины пути, когда почувствовал солоноватый вкус во рту. Давление усиливалось. Сказывалось и то, что он слишком быстро погрузился. Но всё это не пугало молодого человека. «Для такого опытного ныряльщика, как я, – рассуждал он, – погружение на десять-пятнадцать метров вполне допустимо». «Но не там, где ты ещё никогда не нырял!» – мысленно возражал ему младший брат, пристально глядя в воду, как будто мог видеть сквозь её толщу.

Джека не было уже минуты три. Мишель ничем не выражала беспокойства. Том был уверен, что ей и в голову не придёт горевать, случись что-нибудь с его братом. А мадемуазель и вправду уже думала не столько о потерянной серёжке, сколько о том, как расплатиться с Джеком, если вдруг он найдёт тот золотой лепесток с маленьким брильянтом. «В общем-то вещь не такая уж и дорогая», – пришла к выводу Мишель.

К исходу четвёртой минуты неподалёку от катера показалась голова Джека. Он подплыл поближе, не без труда забрался внутрь, сплюнул за борт, нисколько не стесняясь, и протянул Мишель потерянное украшение. «Как ты её нашёл?!» – воскликнул Том. Джек не удостоил брата ответом. Юная мадемуазель взяла серёжку и будничным тоном сказала ему спасибо. Джек только кивнул, не считая нужным напоминать Мишель об оплате свой услуги. В порт они возвращались молча. Как только француженка покинула катер и удалилась на приличное расстояние, Том набросился на брата:

– Какие ещё нужны доказательства, чтобы ты понял: ей всё равно! Она любит только себя!

– Ты прав, – согласился Джек. – Но мне нравится это бессердечное существо. Сам не знаю, почему.

– Она тебя угробит и даже не расстроится.

– Всё не так страшно, братишка! Что с тобой? Том Клайн злится: удивительное зрелище!

– Мы живём на острове. Завтра все будут знать, что ты достал ей серёжку со дна бухты, и тогда…

– Мишель никому об этом не расскажет. Я знаю.

– Посмотрим! – с сомнением махнул рукой Том.

Обдумывая случившееся за последнюю неделю, Джек не мог принять и понять многого из того, что делала и говорила Мишель. Её манера не здороваться и не прощаться вызывала у юноши недоумение. Помощь других людей, даже очень существенную, она воспринимала как нечто само собой разумеющееся. И все-таки Джек её прощал. А вот Том просто ненавидел.

– Расслабься! – предложил ему старший брат. – До вечера ещё уйма времени. Куда поплывём?

– На маяк!

– Без вопросов.

Джек знал, почему Том предложил эту прогулку. Вообще-то гости на маяке не приветствовались. «Зевакам у нас не место», – часто повторял смотритель Кристофер Марлоу, живший вместе с семьёй в доме, примыкающем к башне маяка. Что до Клайнов, они появлялись здесь регулярно и всегда как-то по делу: то привезут продукты, то заедут спросить, не нужна ли какая-нибудь помощь. Братья знали, что Марлоу не терпит людей, мающихся от безделья, и старались произвести на него хорошее впечатление. За несколько посещений эти двое научились у смотрителя обращению с оборудованием маяка и теперь иногда могли сами его зажигать. Вместе с Брентом, ровесником Джека и сыном Марлоу, регулярно чистили стёкла фонарей, а однажды даже помогли смотрителю их поменять. У Марлоу была ещё дочь, которая училась в одном классе с Томом. Джек в тайне считал, что его младшего брата раздражают все лица женского пола, кроме Деборы. Том всегда находил повод, чтобы отправиться на маяк и пообщаться со своей подружкой. Джек не понимал этого. «Они же видятся пять дней в неделю в школе», – думал юноша, но молчал. Дебби всегда радовалась Тому. А у того улыбка девочки вызывала смущение. Том не был застенчивым, но рядом с ней просто менялся на глазах.

Маяк приближался. Джек правил катером, аккуратно подведя его к маленькому качающемуся причалу. Том поднял глаза к маяку: со смотровой площадки Дебби махала им рукой. Задерживая взгляд на фигурке девочки в белом платье, младший брат первым выбрался из катера. Джек не спеша привязал судно и двинулся вверх по каменным ступеням, выбитым прямо в скале. Том уже скрылся из виду.

Гости угодили как раз к обеду. Это было очень кстати, так как после прогулки с Мишель им захотелось есть. Насытившись, они поблагодарили хозяев и выразили желание поработать. И тут смотритель маяка произнёс фразу, которая удивила даже его супругу.

– Думаю, сегодня со мной останутся Брент и Джек, – сказал он и выразительно взглянул на Тома. – А Дебора давно хотела побывать в заповеднике.

Младшего Клайна захлестнуло волной радости.

– Да, конечно, сэр, я покажу Дебби заповедник!

Ответ Тома с рыцарским обращением «сэр» почему-то послужил главе этого семейства лучшей гарантией безопасности его дочери. Менее чем через десять минут катер Клайнов отошёл от причала и направился в сторону заповедного острова. Всё произошло очень быстро и неожиданно.

– Не понимаю, что случилось с отцом, – недоумевала девочка. – Я никогда его не просила поговорить с тобой о поездке в заповедник.

– Сколько раз ты там была, Дебби?

– Кажется, всего два. Последний раз – три года назад.

– Пора обновить впечатления. Хотелось бы также пригласить тебя к нам домой и познакомить с Волком.

– Для этого мне потребуется разрешение отца. Может, на следующей неделе получится.

– А твой отец не будет против?

– Скорее всего, нет. Папе ты нравишься, потому что не боишься никакой работы. Для него это главное.

Том помолчал, глядя на воду, а потом улыбнулся:

– А ты понравишься моим родителям и Волку.

Катер ткнулся носом в берег. Юный джентльмен помог спутнице выбраться на землю и, взяв её за руку, повёл по тропинке вглубь острова.

– Томми, тебя здесь знают все животные? – поинтересовалась Дебби.

– Почти, – ответил Том, не покривив душой.

Неожиданно совсем рядом стрелой промчалось какое-то существо. Дебора сжала руку своего гида. «Не бойся! Это лиса», – успокоил он спутницу. – После нашей схватки с матёрым бояться тут уже некого». Вскоре подростки вышли на небольшую поляну – любимое место многих зверей и своеобразный островок ненападения. Даже трусливые кролики чувствовали себя здесь, у чистого ручья, в относительной безопасности. Хищники, приходящие сюда на водопой, не трогали их. На поляне никого не было. Том тихонько свистнул. Ветви деревьев над головами школьников зашумели, и целая стая разноцветных попугаев ответила оглушительным гомоном. Несколько самых смелых птиц слетело на землю.

– Эти крикуны очень любят виноград, – пояснил Клайн-младший подруге. – Но его тут уже почти не осталось. – Жаль, что мы не захватили.

Попугаи быстро поняли, что им ничего не принесли, и снова поднялись в воздух. Вернувшись туда, где дремали раньше, они на своём птичьем языке, видимо, принялись громко обсуждать ситуацию.

– Возмущаются, что их зря потревожили, – предположил Том.

– Да, взять угощение нам бы не помешало! – сказала Дебора.

– Ладно! Познакомлю тебя с Молли. Она не будет привередничать, – загадочно улыбнулся юный гид.

– Уверен, что Молли обрадуется встрече с нами?