Сергей Кэн – Хроники Архитектора Человеческий фактор (страница 12)

— А вы бы вовремя заплатили, — философски заметил Панкрат, высовываясь из-за плиты. — Я при трёх поколениях купцов служил, они всегда налоги платили. Иначе никакой дракон не поможет.

Мужчина уставился на маленького лохматого мужичка и замер с открытым ртом.

— Это кто? — спросил он шёпотом.

— Домовой, — пожал плечами Артём. — У нас тут всё по-честному. Драконы, домовые, налоговая. Вы, главное, не волнуйтесь. Мы что-нибудь придумаем.

— Что? — с надеждой спросил бизнесмен.

— Ну, — Максим задумался, — можем продать вам ещё одну фигурку. Для удачи в налоговой.

— Только не дракона, — добавила Катя. — Может, сову? Для мудрости?

Мужчина подумал, махнул рукой и купил сову. И ушёл, бормоча про себя что-то про странный магазин и странных людей.

— Элеонора, — сказал Максим, когда дверь закрылась. — Ты была права. Надо быть осторожнее.

— Я всегда права, — улыбнулась провидица. — Но вы меня редко слушаете.

— Теперь будем слушать, — пообещал Артём. — А этого дракона я, наверное, с витрины уберу. Пусть пока полежит.

— Не убирай, — неожиданно сказал Панкрат. — Дракон — он для сильных духом. А слабые пусть сов покупают. Им полезно.

— Ты ещё и в маркетинге разбираешься? — удивилась Катя.

— А то, — хмыкнул домовой. — Я двести лет за порядком слежу. Всё про людей знаю. Кому что нужно, кому что вредно.

Вечером, когда магазин закрылся, они сидели на кухне и пили чай с пирожками. Панкрат важно восседал на краю стола, сложив руки на животе. Рыжик устроился на подоконнике, но теперь не шипел, а просто наблюдал.

— Знаешь, — сказала Катя Максиму, — а мне этот домовой нравится. Хоть и ворчит постоянно.

— Дело своё знает, — согласился Максим.

— И пирожки печёт — закачаешься, — добавил Артём, доедая пятый по счёту.

— А ты не объедайся, — строго сказал Панкрат. — Завтра тоже есть захочется.

— Ладно, — Артём отодвинул тарелку. — Панкрат Сурикович, ты теперь с нами?

— А куда я денусь, — проворчал домовой. — Вы хоть и беспокойные, но, кажется, люди неплохие. Оставайтесь. Я присмотрю.

— Спасибо, — улыбнулась Катя.

— Не за что, — буркнул Панкрат, но было видно, что ему приятно.

Рыжик зевнул, потянулся и вдруг спрыгнул с подоконника. Медленно, с достоинством подошёл к столу, потерся о ножку и улёгся рядом, прямо под ногами у Панкрата. Домовой покосился на него, но ничего не сказал.

— Кажется, мир, — тихо сказала Элеонора.

— Кажется, да, — кивнула Софи, появляясь из подвала.

Она подошла к столу, взяла пустую чашку и сделала вид, что пьёт чай. Панкрат посмотрел на неё с интересом.

— А ты, барыня, не простая, — заметил он. — Сильная. И старая. Я таких уважаю.

— Взаимно, — улыбнулась Софи.

За окном мела метель, но в маленькой кухне старого особняка было тепло и уютно. И всем казалось, что так будет всегда.

Глава 7 Возвращение Алисы

Утро в магазине началось с того, что Панкрат переставил всю посуду.

Артём обнаружил это безобразие, когда спустился на кухню в поисках утреннего кофе. Он ещё толком не проснулся, глаза слипались, волосы торчали в разные стороны, а любимая клетчатая рубашка была застёгнута криво — на одну пуговицу не туда. Он привычно потянулся к шкафчику, где последние две недели лежала его кружка с единорогом, открыл дверцу и замер.

Кружки не было.

Вместо неё на полке стояли какие-то старые плошки, мятая кастрюля и загадочная жестяная банка без этикетки.

— Панкрат! — заорал Артём так, что Рыжик на подоконнике подпрыгнул и чуть не свалился вниз. — Ты где?!

Из-за плиты высунулась лохматая голова в ушанке.

— Чего орёшь? — спокойно спросил домовой, жуя что-то. — Я тут, не видишь?

— Ты куда мою кружку дел?!

— А, кружку, — Панкрат вылез полностью, отряхнул ладошки и важно сложил руки на животе. — Я её на нижнюю полку переставил. Порядок должен быть правильный. Кружки — снизу, чтоб удобно было доставать. А сверху — миски, для теста. Я тесто буду ставить, мне миски нужны под рукой. Чтоб не лазить каждый раз.

— Какое тесто? — не понял Артём, всё ещё пребывая в лёгком шоке от утреннего хаоса.

— Сдобное, — важно ответил Панкрат. — Я сегодня ночью стряпать буду. Вы ж мои пирожки ели? Ели. И довольны были? Довольны. Так что не мешай, хозяин. Дай человеку работать.

— Ты не человек, ты домовой, — напомнил Артём.

— А вот это, между прочим, предрассудки, — обиделся Панкрат и спрыгнул с хлебницы, чтобы скрыться за плитой.

Рыжик, наблюдавший за этой сценой с подоконника, фыркнул и отвернулся. Конкурент его раздражал, но пирожки были вкусные, так что кот пока держал нейтралитет.

Катя спустилась через полчаса, уже умытая, с ноутбуком под мышкой. Она с утра всегда была собранной и деловитой — в отличие от Артёма, который первые полчаса после пробуждения напоминал зомби из дешёвого фильма ужасов. Катя поставила ноутбук на стол, налила себе кофе и устроилась с ним на диване, поджав ноги.

— Слушай, Панкрат Сурикович, — окликнула она. — А ты не хочешь дать интервью для моего блога? Читателям будет интересно.

— Чаго? — домовой высунулся из-за кастрюли. — Интевью? Это про что?

— Ну, вопросы я буду задавать, а ты отвечать. Про жизнь свою, про обычаи, про то, как ты тут двести лет прожил.

— А платить будут? — подозрительно прищурился Панкрат.

— В смысле? — растерялась Катя.

— В прямом. Я ж работать буду. Рассказывать. А енто нынче дорого стоит.

Артём поперхнулся чаем.

— Панкрат, ты ещё и бизнесмен?

— А то, — гордо заявил домовой. — Я при купцах жил, кое-чему научился. Бесплатно только птички поют, и то затем, чтоб их кормили.

— Ладно, — рассмеялась Катя. — За интервью я тебе пирожок обещаю. С капустой.

— Ха! Ты их спеки поначалу. Гривенник — начал торговаться Панкрат.

— А у меня нету. Сто рублей пойдет?

— Фиг с тобой, пусть будет так, раз монетки нету, — после чего домовой довольно крякнул и скрылся за плитой — видимо, пошел готовиться к славе.

Максим поднялся из подвала, потягиваясь, когда солнце уже вовсю светило в окна, заливая магазин золотистым светом. Он выглядел уставшим — под глазами тени, волосы взлохмачены, на подбородке щетина. С ночи они с Софи просидели в подвале, разбирая какой-то древний фолиант, и теперь Максим чувствовал себя выжатым лимоном.

— Кофе есть? — спросил он хрипло.

— А то, — Артём подвинул ему чашку. — Ты как там, не умер?

— Почти, — Максим сделал глоток и блаженно прикрыл глаза. — Софи говорит, что я прогрессирую. Теперь вижу структуру вещей не только в магии, но и в обычной жизни. Вчера смотрел на твою кружку и видел, из какой она глины сделана и в какой печи обжигалась.

— И что, интересно было? — спросила Катя.

— Не очень. Кружка как кружка. Но Софи говорит, это важный этап.