Сергей Карасев – Встреча (страница 10)

– Так, все, спасибо, Вася, садись на место, – запереживала классная, чтобы парень еще чего не сказал. И так уже всю коррупционную схему раскрыл.

– Все, значит, завтра к первому уроку, как всегда, и не опаздывать.

Вася возвращался на свое место и заметил девушку, что смотрела на него. Он остановил на ней взгляд и почувствовал ту самую бабочку в животе.

После линейки все собрались в роще, и новенький тоже пришел. Веселая компания выпускного класса, все смеялись и жарили мясо на углях, пили пиво и вспоминали истории прошлых лет. Васе нечего было обсуждать со сверстниками, но ударить в грязь лицом не хотелось, и он решил пить пиво, не отставая. К концу вечера ему стало плохо, рвало за деревом, а все, хихикая, шептались. Вася слышал насмешки, но ничего поделать не мог, организм неустанно выводил яд. Наконец к нему подошла та самая девушка и принесла воды, он весь мокрый от пота лежал на траве.

– Я Надя, – прозвучал приятный голос. Но Вася не мог ответить, подавлял рвотные позывы.

– На вот, держи, я тебе воды принесла.

Она протянула пластиковую бутылку, наполовину наполненную зеленой жидкостью. Вася отпил глоток, сладкая вода со вкусом тархуна сделала еще хуже. Вася как ошпаренный подскочил и побежал за дерево. Вернулся, обтер пот со лба и сел рядом с Надей.

– Приятно познакомиться, Василий, – с улыбкой проговорил он, понимая всю мерзость ситуации.

– Ха-ха, – закатилась она звонким смехом.

– Василий, ха-ха, еще таким официальным голосом говорит, ха. Послушай, хотя нет, послушайте, Василий, не вы ли только что блевали за тем стволом? Ха-ха.

– Со мной это впервые, – еле сдерживаясь от смеха, сказал Вася.

– Ладно, пошли, провожу тебя домой, юморист. Ты далеко живешь?

– Нет, я тут рядом. Правда, мама меня на порог не пустит такого, – он замолчал ненадолго. – Надя, посиди со мной, пожалуйста, на лавочке, пока я в себя не приду. Можешь?

– Ладно, давай посидим.

До поздней ночи они не хотели расходиться по домам, обоим казалось, что это родственная душа рядом. Интересы совпадали, оба любили читать книги и даже музыку одинаковую слушали. Вася проводил ее до дома, как вернувшийся к жизни джентльмен, а сам заказал такси и поехал на другой конец города. «Маленькая ложь во благо. Зато познакомился с Надей, хоть и соврал, что живу близко». Он откинулся на кресле: «Надя, Наденька, Надюша, Надежда». Это было любимое женское имя Василия, его бабушку тоже так звали. А до ее смерти у них были теплые и очень хорошие отношения. Он, будучи маленьким мальчиком, сказал себе: «Это будет самое мое любимое имя».

На этом моменте сон прекратился, но Василий этого не заметил, видимо, погрузился в глубокую фазу. Затем он вернулся, но оказался уже на выпускном, пропустив целый год за партой. Все эти записочки под столом, все улыбки и стыдливые смешки.

На балу Надя была одета в прекрасное фиолетовое платье, оно было похоже на платье невесты. Красивые черные вьющиеся волосы, и эта родинка над верхней губой. Вася смотрел на нее и поверить не мог, что он видит такую прелесть. До этого он и не знал, что такие красавицы вообще существуют. Они танцевали медленные танцы, он, будучи неплохим танцором, за вечер смог даже научить Надю нескольким па. Конечно, все его ботинки были запачканы ее подошвами. Но это того стоило. Он чувствовал себя настоящим рыцарем, когда говорил ей: «Расслабься и просто двигайся со мной, я поведу». Нежно обнимал ее за талию и вдыхал чувственный аромат духов. Но так и не решился поцеловать. Они вместе встретили рассвет, он уехал в свой район, а Надя осталась.

Глава 11

– Эй, каторжанин, вставай давай, а то застудишься весь на камне.

Вася открыл глаза, уже вечерело, и камень правда был холодный.

– Пошли-пошли, баня уже готова, а после к столу, попробуешь моей ядреной.

– Чего попробую?

– Давай пошли.

Дед помог встать Васе, и они прямиком направились в баню. Одежда уже прикипела вместе с грязью к Васиной коже.

– Ой, худоба-то какая, – запричитал Игнат. – Заходи, щас отмоем тебя и станешь совсем как человек. Я принесу ножницы, обрежем твои космы. – Вася молчал.

Дверь в парилку отворилась, и густой пар быстро наполнил предбанник. Отчетливый запах пихты сразу ударил в нос.

– Залазь на полку и ложись, а ноги кверху, под самый потолок поднимай. Голова в холоде должна быть, а ноги в тепле.

Вася лег на устланный пихтовыми вениками полог и поднял ноги. Приятное тепло медленно расходилось по телу, поры раскрылись, и пот капельками пропитывался на поверхность, грязная кожа намокла. Все тело было испещрено тоненькими струйками черного цвета.

– Смотри, грязь с тебя сама слазит.

Игнат поддал кипятка на камни, вода забурлила, превращаясь в пар. Становилось сильно жарко. Дед взял в руки веник и махал им рядом с Васей, создавая невыносимую температуру.

– Давай прикрывай хозяйство руками, я тебя обхожу веничком.

Вася прикрылся, но дед вместо этого положил ему веник на лицо.

– Дыши носом.

Гость послушно выполнял все команды. Первые удары причиняли небольшую боль. Но когда поступил приказ перевернуться, выполнил без колебаний. Вот тогда он полностью расслабился и получил настоящее удовольствие. «Почему я раньше не любил баню». Вышли на улицу подышать воздухом. Вася сел на скамейку, а дед пропал куда-то. Прошло минут пять. Выходит из-за бани, а в руках новый веник из свежей травы.

– Что это? – удивился Василий.

– Поворачивайся спиной, крапива это.

Вася спорить не стал, повернулся и зажмурил глаза. Дед хлестал его что было сил и по ногам, и по рукам, даже по лицу пару раз ударил. Но, к удивлению Васи, никаких болевых ощущений не было, а даже, наоборот, только приятное покалывание.

– Все, заходи обратно, только вылей на себя воды, смой крапиву.

Вася зачерпнул ковш ледяной воды и без особого содрогания вылил на себя. Опять лег и ноги задрал. Так продолжалось четыре раза, пока наконец у деда силы не закончились. Вася тоже порядком устал от водных процедур и по-честному ему хотелось только спать, а впереди был еще ужин и ядреная. При этой мысли он закатил глаза и запрокинул голову назад.

В дверь постучали и послышался голос Насти.

– Я чистое белье вам тут на пороге положила.

Игнат встал и передал Васе чистую, пахнущую лесными травами рубаху и штаны. Рубаха свисала до колен.

– Она мне большая, – Вася развел руки в стороны.

– Странный ты какой-то. На вот, возьми.

Кинул ему веревку. Вася стоял с ней в руках и смотрел на Игната. Тот подпоясался и повязал узлом на бедре, и ночнушка превратилась в рубаху.

Спустя какое-то время пелена, что была перед глазами, рассеялась, и спать не так сильно хотелось. Вася проголодался и ждал ужина.

Жилище деревенских скромное, но уютное. Подкупало Василия своей простотой и теплотой. Приятный запах дымка из печки, треск дровишек в топке. Настя накрыла стол белым сукном для гостей. Она поставила на стол соленые рыжики и вареный картофель в мундире. Дед засолил вчерашний улов. Достал из подпола запотевший пузырь. Налил стопку. Протянул Васе.

– Вот моя ядреная. Попробуй, тут брусника и кедровый орех.

Вася без колебаний забросил огненную воду в рот. Хотя вообще-то он водки не пил. Лечебным жжением прошел глоток по горлу. Закусывать Игнат не позволил. Сразу налил еще одну. После второй разрешил занюхать вынутым из печи хлебом.

– Ах, еще горячий, – немного морщась от горькой, сказал Вася.

После третьей дед произнес: «Налетай», и Вася принялся жадно пожирать жирную рыбу, все губы и руки блестели от жира, он жевал без остановки, запивал ключевой водой, глотал комком и опять набивал рот, не снимая мундира с картошки. Дед не уставал подливать. Настя тоже на удивление выпивала, но через одну. К позднему вечеру, когда сверчки зажгли свои фонарики, а кузнечики вовсю стрекотали, троица сидела за пустым столом и только бутылка со стопками не отпускали их по постелям. Девушка раскраснелась, глаза ее блестели. Она казалась Васе прекраснейшим созданием на Земле. Он смотрел, не отрывая взгляда. Дед тертый уже калач. Не один каторжанин побывал здесь, и каждый вот именно так смотрел на нее.

– Ты это, глаза-то не пучь на девку, знаю я вашего брата. Вы там сидите без баб, – он погрозил пальцем. – Только тронь мне ее, пристрелю к чертям. Я тебе помог, и ты будь добр уважать мои правила. Запомни, – он схватил его за нос очень больно, – полезешь на нее, закопаю или нашему Дрозду сдам.

– Я понял-понял, – Вася почесал кончик носа и вытер слезу, что выбило.

Игнат, будучи опытным в этих делах, не мог не заметить искорку в глазах Насти, что зажглась в те минуты игры взглядов. «Ну а что, молодая девка живет тут со мной, стариком, может пора уже отпустить вожжи». Он замолчал, задумавшись: «Скоро ведь тридцать лет, а мужика-то и не знала. Ну, да ладно, посмотрим, жизнь покажет. В таких делах торопиться не надо».

Вася получил комплект своего постельного белья в виде перьевой подушки, шкуры убитого медведя, постелить на сырую землю и овечьи шкуры, накрыться. Вышел на улицу, лег прямо посреди двора и уставился в необъятное небо, усыпанное звездами вдоль и поперек, «Да-а, в том мире такого точно не увидишь». Туманность нашей галактики, Млечный путь, была как на ладони – все было так четко и ярко, глаза разбегались. «Это лучшее зрелище перед сном».