Сергей Извольский – Корпус Смерти (страница 8)

До того момента, как были получены оба взаимоисключающих предписания, действия были просты и понятны – сохраняя спокойствие, прибыть на станцию «Антега» и дожидаться дальнейших указаний. Иных вариантов не было – вступив в ряды штурмовиков-бесов гвардейских частей космодесанта, я стал слишком ценной боевой единицей для Империи. Если бы я попробовал уклониться от выполнения распоряжения, мгновенно оказался бы в статусе дезертира, став приоритетной целью для всех служб силовых имперских и колониальных ведомств в ближайших секторах пространства. Поэтому даже несмотря на то, что личной гвардией, спасенной нами герцогини Мелани руководил землянин, а сама принцесса Камилла явно к нам благоволила, у меня и взвода не было никаких вариантов остаться в системе Нави. Просьба ее владетельнице об убежища поставила бы и ее на грань измены Императору.

Вариант бегства мной за все время пути из системы Нави до станции практически не рассматривался. Ближайшие границы – свободные сектора Фронтира иди территория Торгового Альянса – были для меня недосягаемы. Чтобы покинуть зону влияния Септиколийской Империи, мне потребовалось бы захватить как минимум курьер фельдъегерской службы или военный фрегат – на гражданском корабле от преследования патрульных сил и судов пограничных отрядов уйти было нереально.

Менталитет подданных Империи - несмотря на то, что я отслужил в септиколийской армии уже больше года, мне был практически незнаком, поэтому я собирался узнать у Ричи, грозит ли им всем – ему, Юзу, Джею и Фоксу, если удастся вернуть того к жизни, – опасность пристрастного расследования из-за того, что они выполняли мои приказы. Но кроме этого, была еще одна вещь, о которой я собирался рассказать кавианцу – то, что перед самым началом операции нас списали как невозвратные потери – после смерти блоки сознания всех разумных существ взвода должны были быть очищены, а наше существование прекращено.

В резиденции Мелани я узнал об этом лишь благодаря природной любознательности и бесстрашию перед законом, которые проявил Юз, заранее внеся изменения в программное обеспечение комплексов защиты. Именно потому, что бывший системный администратор с Земли перенастроил наши нейроимпланты через взводные доспехи, воспользовавшись уязвимостью в системе, я смог отменить уничтожение нашего сознания. И теперь Джей, а также сам Юз имели возможность вернуться к жизни в регенеративных камерах подразделений штурмовиков космодесанта.

Блоки Юза и Фокса я намеревался забрать с собой – направляясь по маякам в расположение отдельной штурмовой роты. И от беседы, которая должна была состояться сейчас, зависело, будет ли со мной Ричи, или он предпочтет вариант возвращения в Империю вместе с блоком Джея. Тем более, что арджит и кавианец – как я думал, были гражданами Септиколийской Империи и обладали большими правами, чем мы втроем – ставшие после присяги подданными, но не гражданами.

– Стэн… – негромко произнес Ричи между тем.

Вскинувшись, я понял, что после активации тени мы молчали уже несколько минут. Задумавшись над тем как вести разговор я потерялся на развилках мыслей и предположений – буквально выпав из реальности.

Тщательно формулируя фразы, я рассказал Ричи о том, что перед началом миссии в резиденции Мелани нас выключили из состава бессмертных. И если бы не Юз, мы бы об этом не узнали – и его блок, как и блок Джея, были бы сейчас совершенно бесполезными железками без сохраненного сознания.

Ричи воспринял информацию неожиданно эмоционально – если люди после ужасающих новостей бледнеют, то белоснежная кожа кавианца приобрела сине-зеленый оттенок. Первый раз я видел такие эмоции от своего снайпера, и даже ненадолго замолчал, вглядываясь в метаморфозы его внешнего вида. Вдруг поняв, что совсем беззастенчиво его рассматриваю, отвел взгляд. Переведя дыхание – при иллюзии собственного бессмертия сложно рассуждать о том, что едва избежал гибели по чужой прихоти, я только открыл было рот продолжать, как вдруг в каюте зазвучал ревун аварийной тревоги. Эвакуационные линии на полу подсветились красными отблесками, а мгновением позже стены вздрогнули и в дополненной реальности проекции визора появилось сообщение о вторжении на станцию неведомого противника. Зеленая ограничительная полоска статуса карантинного гостя пропала, и генераторы щитов негромко загудели, переводя доспехи в режим боеготовности, а в поле зрения поползли данные станционной таксети.

Кивнув Ричи, я вскочил с места и бросился к шкафу личного инвентаря, в котором находилось личное оружие. Кавианец стремительно выскочил в коридор, направляясь к себе – его каюта была напротив. Выхватив из оружейного шкафа свою штурмовую винтовку, я закинул оружие за спину – все равно из нее нельзя было стрелять здесь и сейчас из-за опасности повредить силовой контур.

Тем более, что винтовка все еще была снаряжена зарядами с антиматерией, оставшимися после миссии в резиденции Мелани: никакого доступа к ресурсам станции у нас не было. Несмотря на то, что Барсик – наш десантный бот, находился в грузовом ангаре, и мы могли в него попасть, но карантинный статус не давал нам возможности пополнить боекомплект и энергоресурс личных оружейных комплексов. Также отсутствовал доступ к управлению челноком, как и к его оружейным системам.

Поэтому единственным оружием, которое мы реально могли сейчас использовать, были силовые клинки. И опыта реального боя с настоящим противником на силовых клинках у меня не было – пользовался я ими лишь в условиях, приближенных к боевым - в сражениях с дроидами в лагере подготовки рекрутов Сатари, а после и в учебке Второй Гвардейской.

Только выскочив коридор и увидев кавианца – его снайперская АМР также, как и моя винтовка, была за спиной – я вдруг с пронзительным отчаянием понял, что дело дрянь. Подернутая прозрачной пелериной дымки экипировка призрака просто не предусматривала генерации силового щита, а вооружение снайпера не включало нормального клинка – как в стандартной броне космодесантника, – так что Ричи был практически беззащитен, не имея дополнительного оружия. А заряд моего генератора щитов – энергию которого я сжег практически полностью полчаса назад пакетной передачей – в боевом режиме хватало только на то, чтобы поддерживать защитную функцию доспеха. Как максимум я мог бы еще выжать создание клинка размером с обычный кинжал, и то в аварийном режиме.

Ричи ошарашенно посмотрел на меня своими красными глазами, в которых сейчас отчетливо просматривался фиолетовый, из-за синей полосы визора, оттенок. Снятие карантинного статуса встроило нас в тактическую сеть станции, вернув доступ ко взводной – поэтому кавианец видел, что уровень энергии в броне у меня на самом минимуме – в красной зоне.

Подняв левую руку и открыв расширенный интерфейс, я вызвал меню настроек. В несколько движений деактивировал генератор и резким нажатием по интерактивной кнопке подтвердил извлечение батарей. Ударив кулаками по плечевым щиткам, я потащил из доспеха – словно мечи из-за спины – два длинных цилиндрических штыря батарей. Один из них не тронул, оставив торчать, а второй вытащил полностью и – крутанув пальцем вокруг оси – заставил Ричи развернуться. Прозрачная пелена, преломляющая взгляды на его доспехе подернулась мутью и искрами, возвращаясь в привычный вид, когда кавианец отключил свой генератор.

Лишенные энергии сервоприводы экзоскелета двигались совершенно по-иному, но тяжелее не стало - лишь на плечи давила тяжесть глухого доспеха. Зато приходилось бороться с собственным телом – все сочленения брони двигались очень легко, и приходилось догонять и гасить инерцию движения. Несмотря на неработающий генераторов щитов, проекция визора продолжала снабжать меня данными таксети – источник энергии прицельного комплекса и личного терминала был автономен и не извлекаем. И, заставляя нервничать, на периферии зрения уже мигал красный отсвет тревожного предупреждения – приближался неведомый противник. Сдерживая дрожь и эмоции, я старался не смотреть вдаль по пустому пока коридору, не обращая на предупреждение внимания. Лишь на периферии зрения видел множество противников, чьи силуэты были четко очерчены на первом уровне восприятия – во избежание загромождения информацией без запроса визор транслировал из станционной таксети лишь местонахождение ближайших врагов.

Судя по информации из дополненной реальности – рисующей в пространстве вокруг меня многочисленные контуры нечеловеческих силуэтов, совсем рядом находилось много неопознанных существ, предварительно идентифицированных как терапторы. Стараясь успеть за оставшиеся до встречи с врагами мгновения, я двигался как робот – резкий рывок, и обе батареи Ричи оказались выдернуты из уплотнения доспеха за спиной. Не знаю, почему их нельзя доставать по одному – может быть, вшитый протокол инструкции, а может действительно необходимость. Торопливо, не сразу попав в отверстие, вставил свою пустую батарею в доспех Ричи, отбросив все лишние мысли.

В командном интерфейсе загудел зуммер – информируя о том, что взводным дроидам грозила опасность. И не только им – задачи, словно стремительно раздаваемые покерным дилером карты, появлялись в проекции командирского визора.