Сергей Изуграфов – Смерть на Кикладах. Книга 2 (страница 67)

И, махнув на прощание рукой, генерал Интерпола вышел из кабинета. Алекс последовал за ним.

– Ты думаешь, что они все еще на острове? – недоверчиво качнул головой Смолев, спускаясь вместе с генералом по ступенькам крыльца полицейского участка. Навстречу им уже взбегали запыхавшиеся эксперты, которых вызвал Антонидис.

– Уверен, Саша! – утвердительно кивнул Виктор Манн, направляясь в сторону виллы «Афродита», отчаянно при этом зевая и протирая глаза. – И исполнители здесь, и полотна здесь, и организаторы всего этого спектакля тоже пока еще здесь. Полотна надо вывозить, а по нашей просьбе портовая полиция неделю назад закрыла выход из порта и ведет очень жесткий досмотр. Все делается под прикрытием операции против наркотиков, чтобы не было лишнего ажиотажа. Но трясут всех, как тот черт сухую грушу! Я взял на себя ответственность: кто будет недоволен – пусть пишет жалобу министру. Кстати, тот уже в курсе. Знаешь, что он мне сказал недовольным тоном? «Надеюсь, недели вам хватит, генерал!» С какой луны летят эти политики? Ты не знаешь, Саша? Как считаешь, недели нам хватит? Или даже многовато будет? Может, надо было выйти со встречным предложением – уложиться за три дня? Черти бы их всех драли! Целое правительство недоумков, болтунов и бездельников! Вот отправлю и в самом деле ему все жалобы, пусть читает. До завтрака спешить нам некуда, будем думать, что делать. Пойдем, успеем перед завтраком пару часиков покемарить! Такой чудный сон мне перебил этот проклятый инспектор своей икотой, будь он неладен! Снилось, будто дали мне месячный отпуск, и я…

За разговорами друзья незаметно дошли до виллы и прошли на хозяйскую половину мимо мирно дремавшей на ресепшн Катерины – сегодня было ее дежурство. На кухне уже вовсю шла работа: рабочий день Петроса начинался в шесть утра.

И когда он только высыпается, подумал Алекс.

Генерал продолжал отчаянно зевать и тереть слипавшиеся глаза. Они расстались в общей гостиной – на хозяйской половине и разошлись по спальням.

Стоило Алексу улечься в постель, как сонливость решительно пропала и больше не возвращалась. Промучившись так полчаса, он встал, принял холодный душ, как следует растерся махровым полотенцем, так что кожа покраснела и приятно заныла, набросил халат и, захватив книгу покойного Шульца, вышел на балкон.

Читая «Письма к брату Тео» Винсента Ван Гога, Алекс никак не мог отделаться от мысли, что не так все очевидно в выкладках американского детектива: столько было в этих строках, что написал художник сто лет назад, пронзительной боли, тоски и одиночества, и при этом – ясного и глубокого проникновения в суть вещей и человеческую природу. Винсент был глубоко чувствующим и ранимым человеком, а вовсе не успешным дельцом со стальными нервами и дубленой кожей, который захотел денег и славы и положил всю свою – пусть и недолгую – жизнь ради этого. Сколько нежности, заботы по отношению к любимым и близким, к своему брату, к друзьям и людям, что окружали Ван Гога в последние годы его жизни, – нет, не все так однозначно, – истина, как всегда, где-то посередине…

Алекс дочитал последнюю страницу и перевернул ее. Книга закончилась.

Он с сожалением вздохнул и уже собирался захлопнуть ее и положить на стол, как ему показалось, что последние листы книги словно склеились. Возможно, это типографский брак, подумал он и внимательно рассмотрел «залипшие» страницы на свет. Ему показалось, что страницы были проклеены специально, широкой полосой по периметру, словно кто-то провел клеевым карандашом, а между страницами лежал небольшой лист бумаги – в четверть от книжного листа – и на нем, похоже, что-то было написано. И как он не обнаружил этого раньше, ведь книга у него была целую неделю!

Нахмурившись и досадуя на собственную невнимательность, Алекс прошел с балкона в кабинет, сел за рабочий стол, достал лупу, острый канцелярский нож и осторожно вскрыл чью-то «секретную закладку». Достал лист, исписанный тонким и твердым простым карандашом, похожим на «Кохинор», аккуратно положил на стол перед собой, потер висок и глубоко задумался.

Вот тебе и раз! Да это же шифровка!

Листок тонкой, почти папиросной бумаги, был исписан цифрами в столбик. Четыре столбика, по десять строк в каждом. Алекс взял в руку лупу и навел на цифры.

017 45 03 01 * 022 34 09 01 * 032 29 02 01 * 017 22 05 01

035 01 06 08 * 032 40 01 05 * 033 18 01 06 * 029 33 04 04

048 04 01 04 * 032 43 05 03 * 044 20 03 01 * 066 20 01 01

089 12 05 01 * 034 18 06 01 * 050 12 04 03 * 070 13 05 03

090 07 04 01 * 112 23 09 01 * 055 11 07 02 * 077 12 03 04

112 33 02 02 * 113 37 08 02 * 076 21 03 01 * 089 14 03 01

122 21 02 01 * 121 17 04 01 * 100 13 05 01 * 096 22 05 05

122 17 09 09 * 122 40 04 05 * 112 22 04 03 * 117 23 06 01

134 19 07 01 * 124 17 09 01 * 115 45 03 01 * 121 19 07 02

116 15 03 05 * 115 18 03 02 * 123 30 05 05 * 135 25 05 01

Алекс отложил в сторону лупу и крепко задумался.

Встал и несколько раз прошелся по кабинету, заложив руки за спину. Потом хлопнул себя по лбу, снова сел за стол и раскрыл «Письма к брату Тео». Зачем-то пролистал всю книгу до последней страницы, потом пересчитал строки на листе, кивнул головой, взял в руку остро заточенный карандаш и, поминутно сверяясь то с шифром, то с книгой убитого Шульца, стал что-то записывать.

Через сорок пять минут перед Смолевым уже лежал лист бумаги, на котором значилось:

CSIXHSEVENOTWO BRACKETOHBRACKET THREEN PLUS THREENHONOTWO EQUALLY CSIXHSEVENOTWO BRACKETONOTWOBRACKET THREEN PLUS THREENHTWOO

Бред какой-то, подумал Смолев. Нелепица!

Закончив писать, он устало откинулся в кресле и потер занывший от напряжения шрам на виске. Шифр оказался довольно простым: в каждом столбике первые четыре числа в каждой строке указывали, соответственно, на номер страницы, строки, слова в строке и буквы в слове. Но текст, на первый взгляд, казался совершенно бессмысленным. Хотя…

Смолев присмотрелся повнимательнее, чертыхнулся и переписал текст в другом виде.

C6H7O2 (OH) 3N+3NHONO2 = C6H7O2 (ONO2) 3N+3NH2O

Это была формула химической реакции!

Теперь нужно сообразить, что делать дальше. Недолго думая, он сфотографировал лист с записью на айфон, отправил сообщение и тут же набрал номер старшего инспектора Антонидиса.

– Слушаю, господин Смолев! – прозвучал в трубке бодрый голос начальника отдела уголовной полиции. Он уже выпил четыре больших кружки кофе и готов был горы свернуть. – Чем могу быть полезен? Я думал, что вы отдыхаете!

– Не сложилось, – посетовал Алекс и поинтересовался: – Послушайте, Теодорос, у вас в штате экспертов есть толковый химик? У меня будет к нему одна просьба, касающаяся нашего общего дела.

– Да, разумеется, могу порекомендовать Карпоса Катракиса, он молодой, но отличный специалист! Диплом с отличием университета в Афинах, факультет прикладной химии, – гордо произнес старший инспектор. – Кстати, генерал Манн оказался совершенно прав. Карпос обнаружил именно стрихнин, и именно в чесночном соусе! В другой еде ничего не обнаружено. Так что эксперт свободен, и вы можете его использовать по своему усмотрению.

– Замечательно! – обрадовался Смолев. – Я отправил вам фотографию, передайте ее вашему эксперту, и пусть он мне перезвонит сразу же!

– Да, сообщение получил, все в порядке, немедленно передам! Что-то уже нащупали, господин Смолев? – с завистью поинтересовался старший инспектор.

– Кое-что есть, но пока только догадки. Есть у меня одна безумная идея, но я хочу ее проверить. Все зависит от того, что скажет ваш эксперт. Хочу, чтобы он поколдовал с химикатами. Да и нам с вами пора уже обрадовать генерала, а то новости в последнее время исключительно печальные. И еще – мне необходимо немедленно попасть в зал, откуда были украдены картины. Свяжитесь с О'Брайеном, обеспечьте мне, пожалуйста, доступ. Планирую быть там максимум через полчаса. И пусть откроют мне электрощиток, если он закрыт или опечатан!

– Немедленно свяжусь с О'Брайеном, – радостно ответил инспектор полиции. – Эксперт вам перезвонит прямо сейчас! А в выставочный зал готов сопровождать вас лично, если вы не возражаете!

Поблагодарив Антонидиса и заверив его, что нисколько не возражает против его компании, Алекс нажал кнопку «сброса» и прикрыл глаза.

Через пять минут ожидания его айфон настойчиво завибрировал.

– Говорит эксперт отдела уголовной полиции Катракис, – раздался в трубке молодой мужской голос, говоривший по-английски не хуже своего начальника. – Я получил ваше сообщение. Очень интересно! Что надо сделать?

– Здравствуйте, Карпос! Вы можете осуществить реакцию в лабораторных условиях? Сколько вам потребуется времени? Я хотел бы устроить небольшую демонстрацию. У вас есть в наличии все необходимые химикаты и материалы? Думаю, что на выходе нам потребуется около двухсот-трехсот граммов вещества, справитесь? – спросил Алекс.

– Безусловно. Потребуется время на промывку и дегидрацию… Сушка займет несколько часов, как минимум, – размышлял вслух химик. – Думаю, что к вечеру, часам к шести все будет готово!

– Отлично! Буду ждать вашего звонка, – обрадовался Смолев. – И еще, у меня будет к вам просьба, которая на первый взгляд может показаться несколько странной…

Обсудив детали с экспертом, Алекс отключил телефон, бросил его на стол и стал быстро переодеваться.