Сергей Ильин – Тайна серых пещер (страница 14)

Прут заехал кулаком по одной из деревянных жердин.

Ничего себе! Высохшее дерево было твёрдым как камень.

Попробовал подёргать. Деревяшка даже не шелохнулась. И не гнётся, и закреплена намертво.

Вцепился обеими руками. Ещё в одну жердину ногой упёрся. Потянул изо всех сил. Тот же результат.

Заметил кривую ухмылку и насмешливый взгляд белобрысого.

– Поскалься тут ещё, – буркнул досадливо. – Весело ему…

Он отвернулся от ограды и оглядел камору. Не похоже, чтобы кто-то специально вырубал нишу в скале. Скорее всего, это углубление как-то само по себе образовалось. Может даже, водой его когда-то в скале проточило. Совсем небольшое – шагов шесть в длину и всего пару-тройку в глубину. Высота – на цыпочки встанешь и макушкой в потолок упрёшься. А у дальней от ограды стены потолок и того ниже. Нужно даже наклоняться, чтобы башкой не треснуться.

А ещё возле той стены Прут заметил несколько дыр в полу. Шириной в ладонь, иногда в две. Заглянул в одну, что побольше.

Оказывается, пол в каморе толщиной в локоть всего. Под ним пустота сначала, а потом вода, несущаяся прочь бешеным потоком.

Эх, слишком маленькие дырки. Не пролезть в них и не расширить никак. Скалу ногтями-зубами не проковыряешь, не прогрызёшь. Ни палкой, ни ножом, если бы даже они и были. Тут без инструмента специального, из хорошего железа скованного, никак. Да и начни он этим инструментом каменный пол долбить – все коротышки тут же на шум сбежались бы. Придётся что-то другое придумывать.

До воды, кстати, рукой не дотянуться. И чеплашкой не зачерпнуть. Совсем чуть-чуть, но не хватает. Так что, чтобы напиться, придётся очередного прихода коротышек ждать.

Парень вздохнул. Ну что ж, зато с туалетом проблем не будет.

Он подсел к Плинто. Занялся своими верёвками. Сколько с ними провозился, так и не скажешь. Долго. Почти закончил уже развязывать последний узел на левой ноге, когда послышались приближающиеся шаги коблиттов. Тут никак не ошибёшься: больше наверняка никому и в голову не придёт по этой гадкой пещере разгуливать.

Коротышки, вооружённые кто дубинами, кто обычными длинными палками, заявились не просто так. Просунув промеж жердин, поставили на пол небольшую, грубо слепленную из глины чеплашку с водой. А потом закинули пленникам пару странных и явно сырых рыбин. Обошли, раздавая такую же еду, и остальные каморы.

– Что это за гадость? – Когда серые утопали прочь, Прут брезгливо подцепил двумя пальцами за хвост непонятную рыбину и поднял, недоуменно разглядывая.

Пахнет вроде как обыкновенная рыба. Жабры, плавники, хвост тоже вполне обычные. Но вид всё равно необычайно странный. Вся какая-то бледно-бледно-серая. Почти белая. Без чешуи. Шкурка тонкая, чуть ли не прозрачная. И главное, эта тварь совсем без глаз. Только два длинных мясистых уса с кончика морды свисают. А на месте глаз лишь выпуклости небольшие. Словно кто-то из Создателей, когда эту тварь делал, забыл в шкуре дырки для глаз проколупать. А потом ещё и красок на неё пожалел.

– Фу, – скривился Прут и отбросил странную рыбину в сторонку.

Поднял посудину с водой, понюхал. Вода как вода. Отпил половину, остальное Плинто отдал. Тоже, поди, уже от жажды помирает.

За спиной послышался тонкий голосок. Оглянулся. Девчонка-человечка. Указывая пальцем на выкинутую Прутом рыбину, что-то пытается ему объяснить. Слова знакомые, на общем языке. Но у Прута с его изучением всегда нелады были.

– Чего ты там бормочешь? Не понимаю я тебя, – отмахнулся парень.

– Она говорит, что, кроме этой рыбы, сегодня больше ничего не будет. – Плинто вытряс последние капли воды из глиняной чеплашки в рот. – И других блюд тут тоже не подают. Советует не разбрасываться едой. Иначе силы быстро кончатся.

– Советует она, – проворчал Прут, недоверчиво косясь на белеющую неподалёку на полу непонятную тварь. Конечно, сырую рыбу ему и раньше есть приходилось, но у этой вид был совсем уж какой-то несъедобный. – Ты её так хорошо понимаешь?

– Вполне, – пожал плечами ученик шамана. И кивнул на рыбу: – Наверное, придётся съесть это.

– Придётся, – согласился Прут. – Чтобы сбежать, силы нам понадобятся. Спроси у этой, – указал он пальцем на девчонку, – давно ли они тут сидят?

– Несколько дней, – перевёл Плинто, когда человечка ответила.

– Понятно. А коротышки часто сюда заходят?

– Говорит, что обычно раза три за день. До утра их уже не будет.

– А этот что там бухтит? – Прут кивнул на белобрысого мальчишку, что-то сердито выговаривавшего мелкой человечке.

– Не понял. Но кажется, ругает за то, что с нами разговаривает.

– Ну и троглы с ними, – нахмурился Прут. – Всё, что нужно, я уже узнал. Сейчас пробуем сожрать это безобразие, потом ложимся спать, а уже завтра будем думать, как выбраться отсюда. Есть у меня мысль одна, но кое-чего не хватает.

Рыба оказалась вполне даже съедобной. Не то чтобы противной, просто достаточно непривычной. Но после всех злоключений, волнений и страхов голодный желудок, сердито урча, требовал хоть какого-то подношения. Пусть даже такого необычного. Вон эти же, которые напротив, несколько дней такую гадость едят и живы до сих пор. А орки что, хуже человеков? Да и права девчонка: силы нужны будут для побега.

Сгрызли почти всё, что можно было разжевать и проглотить. Даже мягкие плавники. Кости с горькой требухой в дыру скинули, чтоб в каморе не воняли. И так воздух тут не радует приятными ароматами.

Пока ужинали, свет совсем пропал. Видать, солнце скрылось и в пещеру его лучи больше уже не проникали. Лишь один раз появились отблески факелов, сопровождаемые гулким топотом шагов. Но ненадолго. Вероятнее всего, коротышки караулы у проходов поменяли.

А потом наступила темнота и почти полная тишина. Только непрекращающееся мирное журчание воды. Словно на берегу реки спать устроился. И ещё дети человеков никак не утихали в каморе напротив. Девчонка, похоже, ревела, часто всхлипывая. А мальчишка ей что-то тихонько втолковывал, не замолкая ни на миг.

– Плинто, скажи им, чтоб заткнулись, – буркнул Прут, кое-как устраиваясь на полу. Камень совсем не тёплый. Придётся всю ночь крутиться, чтоб внутренности не застудить. – Пусть потерпят, потом утром поплачут и поговорят. День долгий был, и нам выспаться нужно.

Ученик шамана его просьбу выполнил. Человеки что-то провякали в ответ и затихли. Прут закрыл глаза и попытался заснуть. Какое там! Мало того что неровный пол неприятно впивался в бок острыми твёрдыми выступами, так ещё и перед глазами проносилась круговерть минувших событий. Вся их беготня по горам, ползанье по скалам, драки с коротышками. И конечно же падение со скалы Торка. Оставалось только надеяться, что раз уж им с Плинто повезло выжить, рухнув с высоты в воду, то и Торк не убился. А исчез, потому как от коротышек сумел отбиться. И до дому он доберётся, помоги ему Создатели.

Сзади спиной к спине прижался подползший поближе Плинто. Сразу стало намного теплее.

Хотя ученика шамана то и дело потряхивало мелкой дрожью, Прут как-то вдруг расслабился и полностью перестал обращать внимание на все неудобства. Они выберутся отсюда. Обязательно. Он почему-то был совершенно в этом уверен. Они с Плинто справятся. Ведь они настоящие орки. А орки никогда не сдаются на милость врагов и обстоятельств.

Глава 13

Разбудил Прута резкий грохот. Он аж подскочил.

Оказалось, заявились коблитты, решившие разбудить пленников, долбя своими длинными дубинами по жердинам загородок. Сухое дерево звонко отзывалось на удары. Ещё и многократное эхо звук усиливало.

– А вот, похоже, и решение проблемы, – наблюдая за орудующими палками серыми, поёжился от царившей в пещере сырой прохлады Прут. – Не зря говорят: поспи, а опосля придёт и мысля.

Натешившись бестолковым воспроизведением жуткого шума и убедившись, что все узники проснулись, коротышки занялись раздачей еды и питья.

Прут пригляделся к ним. Серые все были какими-то ущербными. Кто хромой, кто одноглазый. Кто и вовсе кривобокий. Ну и охраннички.

А разнообразием пищи тут действительно даже и не пахло. Всё та же рыба и вода.

Стоило одному из коблиттов закинуть в камору две белобокие рыбины, а потом, забрав старую пустую чеплашку, наполнить её водой и сунуть обратно, Прут резко подскочил к загородке и, подхватив посудину, выплеснул её содержимое в морду коротышке.

Ещё и башмак свой единственный с ноги сдёрнул и тоже в серого запустил.

Тот оскорблённо заверещал, зло и возмущённо замахал руками.

Тут же подскочили его дружки и принялись тыкать в Прута палками. А парень и не думал отскакивать, давай лишь уворачиваться. Куда этим калекам в ловкости с орком тягаться!

Хотя, конечно, не всех ударов избегать удавалось. Некоторые взрывали болью тело, заставляя морщиться и сдавленно шипеть. Но раззадорить коротышек Пруту удалось. Те совали сквозь загородку свои дубины столь увлечённо, словно соревнования между собой устроили. «Попади в орка палкой» называется.

А Прут и не против был. Продолжал ловко выкручиваться из-под ударов, да ещё и поддразнивать коблиттов начал, хихикая и рожи им корча.

Пару раз чуть глаз не лишился. Еле увернулся, но не перестал скакать и кривляться, выжидая подходящего момента. И дождался.

Поймал-перехватил самую тонкую из дубин, дёрнул на себя, вырывая из рук не ожидавшего такой каверзы коблитта. Отпрыгнул немного назад и со всей злости – хрясть палкой об колено! Отломал от неё кусок чуть короче локтя. Небрежно так за спину его забросил и снова – хрясть! Ещё один огрызок палки куда-то вглубь каморы не глядя швырнул.