Сергей Хардин – Фантастика 2025-149 (страница 116)

У входа в небоскрёб Vallen нам встретилась небольшая группа коллег, возвращавшихся с обеда. Наш смех с Аи, наши раскрасневшиеся лица, тот факт, что мы вбежали вместе, всё это не осталось незамеченным. Я уловил удивлённые взгляды, быстро скрываемые улыбки, и ощутил давно забытую волну раздражения. Что Вам, пообсуждать больше нечего, господа?

Но меня также быстро отпустило, мнение большей части людей меня никогда особо не волновало. Я смотрел только вперёд с некоторым вызовом, и с удовольствием наблюдал, как направленные на нас взгляды гаснут и прячутся в пол. Так-то лучше!

Ая же, поймав эти взгляды, резко покраснела так, что заалели даже мочки ушей. Она пробормотала что-то невнятное и буквально влетела в здание, не оглядываясь. Я последовал за ней медленнее, ощущая на спине десятки глаз. На моих губах всё ещё играла тень улыбки, а где-то внутри, под грудой тревог, боли и нерешённых загадок, теплился маленький, но упрямый огонёк надежды. Надежды на лучшее в новом мире.

День пролетел незаметно, и вечером даже Момо поняла, что мои мысли витают где-то далеко.

Раньше утро нашего отдела логистики напоминало муравейник, на который наступили, и не один раз. Планёрки Хосино начинались в девять утра, и в разных составах проводились как минимум до обеда. Бесконечные собрания с подготовкой презентаций, слайдов, диаграмм. Совещаний, на которых можно было обсуждать даже причину выбора того или иного цвета выделения в презентации с обязательным поиском виноватых и работой над ошибками. Отчётность под его руководством была абсурдна, у каждого отчёта было по несколько версий, согласование любого вопроса было настолько многоуровневым, что нередко отдельные документы терялись, и никто не мог понять, на каком этапе. Десятки чатов для любого вопроса, так что уведомления сводили с ума. Отключить же их было невозможно, время на ответ или обратную связь давалось минимум.

Как результат, простые задачи решались неделями, мотивации на работу ни у кого не было.

Это было первое, что я хотел поменять за то время, пока я ещё здесь. Кабинет Хосино Мичи, тьфу, бывший его кабинет всё еще пах его одеколоном, и этот запах здорово раздражал. Я даже не сел в кресло бывшего начальника, оно стояло как трон поверженного тирана, громоздкое, безвкусное, а, как казалось мне, насквозь пропитанное его токсичностью.

Я предпочёл стоять у огромного окна, пока в кабинете собиралась наша команда. Утреннее солнце уже било в окно, но смотреть сквозь стекло было совершенно не на что. Окна выходили на наши корпуса, а эти стены, их скучный серый цвет, словно поглощал мой бодрый настрой.

— Доброе утро! Летучка пятнадцать минут! — мои слова прозвучали резко, без предисловий, когда последний из присутствующих переступил порог кабинета. Передо мной стояла моя команда: Судзуки Кайка в строгом костюме и с оценивающим взглядом, Хиго Изао, который нервно переминался с ноги на ногу, но глаза горели любопытством. Накамура сидел поодаль, с неизменной улыбкой на лице, и Ая — строгая, с планшетом в руке, готовая фиксировать поставленные задачи.

— Судзуки-сан, — Я кивнул в сторону девушки. — Какие сейчас есть проблемы? Запросы от других отделов?

— Ноль, Канэко-сан, — отчеканила Судзуки. — Команда на местах. Два запроса от продаж с приоритетом «средний». Разрешите делегировать Накамуре и Хиго? — Я держу руку на пульсе и не подведу.

— Делегируйте! — я кивнул, — Накамура-сан, Хиго-сан — какие ваши действия?

— Я возьму запрос по поставкам в Кансай. Знаю нужные контакты, ускорю, — он усмехнулся. — Нужно ли согласовывать альтернативный маршрут?

— Согласуйте по факту, только в случае необходимости, — и добавил, — я доверяю Вашей оценке рисков. — трудно было не заметить, как у Накамуры загорелись глаза от проявленного доверия.

— Мой запрос — по спецификации для нового склада. Нужна техническая консультация, — Изао сверился с ежедневником. — Свяжусь с инженерами напрямую, минуя их менеджеров?

— Минуй! Главное принеси решение. — Я развернулся, — Ямагути-сан, фиксируйте и держите меня в курсе по всем входящим.

Ая кивнула, ее пальцы быстро застучали по экрану планшета.

— Срочное важное, личное? — спросил я.

Ответом мне была тишина. Раньше в ответ сыпался водопад жалоб и нерешённых вопросов.

— Хорошо. Следующая летучка — завтра в это же время. — Я махнул рукой, — Всем хорошего продуктивного дня. И… удалите все напоминания от Хосино из корпоративных программ. Это уже атавизм.

В глазах команды промелькнуло недоумение, но спустя секунды — щенячий восторг. Они вышли почти бесшумно, только Судзуки бросила на меня оценивающий взгляд, а Ая задержалась на мгновение у двери, и наши взгляды встретились — короткий электрический разряд проскочил прежде, чем она исчезла.

Я не стал сидеть в кабинете, наоборот, стал тем ядром, вокруг которого вращается наш отлаженный механизм.

Судзуки Кайка стала служителем порядка и воли, и патрулировала отдел, как дозорный.

Её присутствие гарантировало дисциплину, и гасило любой конфликт в зародыше. Вышел разлад у пары логистов? Разрулено её ледяным взглядом за мгновение. Опоздал сотрудник, так сразу получил невербальный «разбор» у турникета. Команда боялась её, но и уважала за прямоту и справедливость.

Ямагути Ая была нашим мозгом, ибо была вездесуща в цифровом пространстве. Нужные документы находились мгновенно, данные анализировались в считанные минуты. Она предвосхищала запросы, присылая нужные файлы ещё до того, как кто-то про них спрашивал.

Увы, наше общение сократилось до кивков, коротких фраз и взглядов. Я часто ловил на себе её взгляд через открытую дверь кабинета, стоило ей пройти мимо.

Хиго и Накамура полностью занялись решением спецзадач, прекрасно дополняя друг друга. А освобожденные от бюрократии, вообще творили чудеса. Накамура, используя свои старые связи и новые от Судзуки, решил проблему с задержкой таможни за три часа, хотя раньше это занимало минимум неделю. Хиго, проникнув (я предпочёл не спрашивать, как он это сделал) в закрытый архив спецификаций, нашел критическую ошибку в чертежах нового склада, предотвратив будущий коллапс.

— Сделано, — их отчёт был краток, — результат успешный.

Именно в эти моменты слаженной работы, когда отдел гудел, как хорошо смазанный мотор, а Ая ловила мой взгляд и чуть заметно улыбалась уголками губ, сомнения накатывали чёрной волной.

«Здесь я могу это, вижу результат, чувствую команду», — мой внутренний голос решил поспорить, — «а что будет там, наверху? Снова отыгрывать новую партию, снова повторится подобная история, как в случае с Хосино?»

С другой стороны, только путь выше позволит закрыть ещё один гештальт, связанный со смертью моих «новых» родителей. Поймав украдкой очередной брошенный в мою сторону взгляд Аи, нашел ещё один плюс в пользу моего решения о переводе. Так и только так возможно будущее наших отношений, и никак иначе.

Звонок раздался, когда я пытался расшифровать свои же каракули в ежедневнике. Незнакомый номер. Голос женщины на другом конце был безупречно вежливым.

— Канэко-сан? Говорит Мидорикава Хикару, я — помощница директора Кавагути. Прошу прощения за беспокойство. — Пауза была точно рассчитанной. — Директор Кавагути поручил мне передать Вам вводные материалы по Департаменту Комплексной Логистики и Планированию. Данные уже в Вашей корпоративной почте. — Я молчал, чувствуя, что на этом она не закончила. — Директор также просил Вас завершить текущую неделю в роли временного руководителя вашего отдела. — Голос Мидорикавы приобрел легкий оттенок иронии. — Он отметил впечатляющую динамику показателей вашего отдела. И считает важным закрепить этот импульс перед Вашим переходом на новый уровень ответственности.

— Закрепить импульс? — Я мысленно усмехнулся. Использовать меня по максимуму здесь, прежде чем я начну работать там. — Понял, благодарю Вас, Мидорикава-сан, — ответил я учтиво.

— Конец недели — крайний срок для Вашего перехода, — напомнил голос, не оставляя места для вопросов. — Желаю продуктивного завершения этапа. До связи. — Раздался щелчок отключения.

Я положил телефон. В отделе за перегородкой слышался сдержанный смех, это смеялись Хиго и Накамура над чем-то. Вдали Ая что-то объясняла Судзуки, показывая на экран. Здесь была жизнь, шумная, сложная, но оттого и такая реальная. Я взглянул на документы в почте — схемы департамента, имена топ-менеджеров, проекты с бюджетом в миллиарды. Мир власти, сложных и важных решений, и в этом мире само существование моих чудо-часов казалось ненужным балластом, с учётом-то их «побочек».

Воздух в отделе к концу рабочего дня звенел от непривычной легкости, рабочие дни с Хосино казались сном. Я сидел в своём кабинете (не забывая, что временно), разбирая последний электронный отчет, но взгляд сам собой потянулся через открытую дверь отдела к столу Аи. Она склонилась над планшетом, лучи заходящего солнца оставляли золотистые блики в её волосах и оправе очков. Лицо было сосредоточено, губы чуть сжаты в тонкую линию. Я наблюдал, как она ловким движением пальца отправляет файл, как почти незаметным движением поправляет спадающую прядь за ухо. В этом простом жесте было что-то невероятно милое. И это притягивало, как магнит, заставляя забыть на миг обо всём.