Сергей Горяйнов – Дояркин рейс (страница 20)
– За уходящий год, – прошептала Марьяна.
Едва остатки вина, выплеснутого из ее бокала, коснулись воды, впереди и за спиной город озарился мирриадами огней. Замерзшая река заиграла северным сиянием, отражая вакханалию фейерверков.
– С Новым годом, моя любовь!
– С Новым годом, мой родной!
В контейнере, извлеченном из пакета, лежала нарезанная утиная грудка, источавшая аромат летних фруктовых деревьев. Марьяна вспомнила, что не ела целый день. Жестом фокусника Ваня вытащил круглую коробочку с соусом.
– Брусничный! Мой любимый!
– Я или соус?
– Соус, конечно, что за дурацкие вопросы! Божественная утка!
– Неужели Марьяна вернулась?
– Зависит от того, что будет дальше.
– Дальше – предупреждаю серьезно – я буду таскать тебя по набережной, улицам, сквозь мосты и парки, мимо деревьев и столбов, пока ты окончательно не замерзнешь и тебе не захочется домой. Ну или просто чего-то захочется…
Уже на рассвете, когда уставшая и замерзшая Марьяна спала беспробудным новогодним сном, Ваня вошел в спальню. Собираясь лечь, он в который раз залюбовался этой священной картиной – разметавшимися по подушке рыжими волосами, мерцающей в темноте кожей, полуоткрытыми губами. В гостиной горела невыключенная елка. Словно раздумав, Ваня тихо выскользнул из спальни. Карандаш сам собою летал по бумаге.
Улыбаясь, Марьяна разгребала бумаги на рабочем столе. Было ощущение, что с каждой выбрасываемой бумажкой увеличивалось пространство света и воздуха не только в помещении, но и где-то внутри неё самой. В окна лился все еще морозный солнечный день, Марьяна что-то полушептала, полунапевала в абсолютной тишине офиса.
Неожиданно дверь с треском распахнулась и в офис именно что влетела Ленка, старший менеджер ее, Марьяны, лелеемого отдела.
– О! Привет. С Новым годом! А ты какими судьбами?
– Привет! С наступившим! Ну во-первых, вроде бы моим туристам поменяли время вылета, а у меня на домашнем система не установлена! Надо проверить! Во-вторых, мы с моим опять разругались. Дома сидеть не хочется. А ты, Марьяш, смотрю, отошла от этого финского ужаса!
– Да, уже лучше, – засветилась Марьяна. – Слушай, а может, отметим приход Нового года?
– Или зальем, вздохнула Ленка. – Ты же знаешь, я никогда не против перспективных предложений.
Общественный холодильник оказался ошеломляюще пуст.
– Я даже не помню, как мы все это прикончили, – растеряно протянула Ленка.
– Сама в шоке. Ладно, дело поправимо. Протирай бокалы, я в магазин, благо все в шаговой доступности.
– Давай я, неудобно как-то начальство гонять!
– Я тебя умоляю. Заодно пройдусь, я здесь с самого утра.
Когда Марьяна уже расплачивалась на кассе, завибрировал мобильный! Голос Ленки был взволнован до крайности:
– Марьяш, тут какой-то мужик зашел, и еще один стоит на улице, явно вместе с ним.
– Пульт тревожной кнопки у меня на столе, нажимай немедленно. Я мчусь.
– Не спеши, он не агрессивный. Но он утверждает… ты только не волнуйся, Марьяш… что у него какие-то паспорта, которые адресованы нашей фирме.
– Чтооооооооооооо???? – заорала Марьяна на весь магазин. – Немедленно веди их в кабинет к Аристарховне, предложи им кофе, делай что хочешь, не знаю, станцуй стриптиз, покажи им сиськи, но чтоб они никуда не двинулись!
– Марьяш, тут такое дело… у него такой вид, что я бы не стала вести его в директорский кабинет. Да и насчет их заинтересованности сиськами… тоже большие сомнения.
– Ничего не знаю! Запри дверь! Вызывай! Нет, не вызывай. Я бегу.
Марьяна мчалась в офис, в одной руке держа наперевес пакет с шампанским и коньяком, а другой вызванивая Ольгу Аристарховну, в итоге вынув ее из-за очередного стола очередных родственников. В кабинет директора она ворвалась, как любил выражаться Ваня, подобно разгоряченной коннице маршала Мюрата. И, подобно ей же, выскочила обратно.
По кабинету разливалось невообразимое амбре, представлявшее собой сложную комбинацию запахов давно немытого тела, луково-огуречно-сивушного перегара, стоячих носков и еще чего-то, что Марьяна не могла, да и не хотела идентифицировать. Отдышавшись, снова мужественно вплыла в кабинет.
– Добрый день! Как Вас зовут? Сергей? Очень приятно, Позвольте, я пока окошко открою, душновато как-то, топят у нас, конечно, как в Сахаре. Итак, моя коллега сказала мне, что к Вам каким-то образом попал пакет, адресованный нам? Кстати, хотите кофе? Может, коньячку? Нет, простите, водочки не держим. Но на будущее учтем! Итак?
– У нас – в смысле я и брат – мама уборщицей работает, – сиплым голосом начал обладатель изумительного парфюма. – На железной дороге, вагоны моет. Вот… в одном из вагонов нашла. Принесла нам. Мы развернули – там название вашей фирмы. Ну мы вот… и пришли.
– Замечательно, что пришли. Знаете, все-таки совсем душновато здесь. Давайте лучше вот в российский отдел выйдем, здесь как-то посвежее, да и места побольше. Сейчас наш директор подойдет, кстати, вот и она. Ольга Аристарховна, это Сергей, нет, он такой стеснительный, не привык за руку… не надо. Вы вот здесь присядьте, а Сережу мы сюда усадим. А вот этот человек у входа – это и есть брат Ваш?
– Да, Леха, мы погодки с ним.
– Так что же он мерзнет, пусть входит. Нет? Вы чего-то опасаетесь? Ольга Аристарховна, да сядьте Вы уже, пожалуйста, хватит метаться, извините за эмоциональность. Ну ладно, и где же теперь этот пакет.
– У нас, – также натужно просипел Серега. – Только это… как-то просто так отдавать нам смысла нету. Они вам, я так понимаю, нужны.
– Ну, уже не так сильно, как четыре дня назад, – улыбнулась Марьяна, но нужны. Конечно, какое-то вознаграждение мы выплатим, не переживайте. Вы какую сумму хотели бы получить?
– Ну это… тыщи три, наверное.
– Каждому? – не выдержав, изумленно встряла в разговор Ольга Александровна.
– Нет, это… а чо, так… ага… ну да, каждому.
Марьяна с директрисой, не сговариваясь, рванули из кошельков купюры. Серега встал, распространив по комнатам ударную волну поражающих запахов, и подойдя ко входной двери, кивнул Лехе. Тот юркнул в помещение, уничтожив последние остатки офисного озонного слоя. Расстегнув куртку, вытащил из-под линялого свитера долгожданный пакет.
Обмен ценностями прошел так, как проходит обмен разведчиками – на нейтральной полосе стола. Братья двинулись к выходу.
– Скажите, – окликнула их Ольга Аристарховна, – а пакет нашли в фирменном, двадцать шестом?