Сергей Галактионов – Всемогущий инженер в обратном мире (страница 38)

Рядом — Сергей, на табурете. Кира — у двери. Софи — в углу, с дощечкой, куда же без неё.

— Ты жив, — констатировала Мэй Линь. Посмотрела на перевязку. Пошевелила пальцами раненой руки — поморщилась. — Хорошая работа. Не лекарь, но — аккуратно. Нерв не задет, сосуд — перевязан. Кто вытаскивал?

— Я, — ответил Сергей.

— Раньше вытаскивал болты?

— Нет. Первый раз.

Она посмотрела на него — долгим, изучающим взглядом. Тёмные миндалевидные глаза — непроницаемые, как поверхность чёрного озера.

— Ремесленник, — сказала она. — Который вытаскивает арбалетные болты, путешествует с боевой волчицей и лисьим зверолюдом, и… — она скосила глаза на Софи, — с бухгалтером.

— Я финансовый управляющий, — поправила Софи. Автоматически. Потом покраснела.

— Финансовый управляющий, — повторила Мэй Линь без выражения. — У ремесленника. В деревне.

— В посёлке, — уточнил Сергей. — Который скоро станет городом.

Мэй Линь молчала. Её глаза — перемещались: Сергей, Кира, Софи, дверь, окно, оружие (её дао лежало у стены — Кира положила, но не далеко; жест уважения от воина к воину).

— Ты спас мне жизнь, — сказала она наконец. Спокойно, без пафоса. — В моей стране это — долг. Долг крови. Но прежде чем говорить о долгах — мне нужно знать. Кто ты? Что ты? И зачем тебе…

Она не договорила. Скривилась от боли — плечо напомнило о себе.

— Лежи, — сказал Сергей. — Рана свежая. Не двигайся. У нас есть время для разговоров.

— Времени нет, — Мэй Линь приподнялась на здоровом локте. — Караван. Мой караван. Мой контракт. Товар стоит двести золотых — шёлк, специи, чай. Если я не верну его заказчику — моё имя будет грязью. В Цзиньлуне репутация — это всё. Без репутации наёмник — никто.

— Твой отряд погиб, — напомнил Сергей.

— Знаю, — её голос треснул — на мгновение, как трещит лёд. Одна трещина, одна нота боли — и снова ровная поверхность. — Они были мои. Десять человек. Три года вместе. Каждого знала по имени. Каждого — похороню. Потом. Сейчас — караван.

— Ты не в состоянии преследовать кого бы то ни было.

— Я в состоянии решать, в каком я состоянии.

Кира, стоявшая у двери, издала звук — короткое, резкое фырканье.

— Упрямая, — сказала она. — Как волчица.

Мэй Линь посмотрела на неё. Две пары глаз — янтарные и чёрные — встретились. Между ними прошло что-то — невербальное, мгновенное, понятное только воинам. Оценка. Признание. Уважение.

— Как волчица — это комплимент? — спросила Мэй Линь.

— У нас — да, — ответила Кира. Без улыбки. Но её хвост — дрогнул. Один раз.

Разговор — настоящий, серьёзный — состоялся вечером, когда Мэй Линь поела (бульон и хлеб — Юки бы сделала лучше, но Юки была в Озёрном Камне), попила (воду, много) и выслушала требование Сергея «не вставать минимум два дня».

— Два дня — могу, — согласилась она. Нехотя. — Но не больше.

— Расскажи о себе, — попросил Сергей.

Она рассказала. Коротко, без украшений, как подаёт рапорт офицер.

Мэй Линь. Двадцать четыре года. Родилась в Лунъюе — столице Цзиньлуна. Дочь мелкого чиновника и учительницы. С детства — необычная: сильнее, быстрее, злее сверстников. Отец — бывший солдат — научил основам боя. В четырнадцать — поступила в императорскую военную академию. Единственная девушка на потоке. Окончила с отличием.

Служила лейтенантом в третьем полку императорской стражи — элитном подразделении, охранявшем восточные границы. Три года службы. Четыре кампании. Одиннадцать подтверждённых поединков — все выиграны. Шрам на щеке — от девятого.

Потом — политика. Новый командир полка — карьерист, назначенный по связям, не по заслугам. Конфликт. Мэй Линь — прямолинейная, не терпящая некомпетентности — высказалась. Громко. Публично. Её уволили. Не за дело — за дерзость.

Она ушла в наёмники. Собрала отряд — «Восточный ветер». Десять человек, лучших из тех, кого смогла найти. Три года — сопровождение караванов, охрана персон, мелкие военные контракты. Репутация — безупречная. Ни одного проваленного задания.

До вчерашнего дня.

— Сорок человек, — повторила она, глядя в потолок. — Сорок, против десяти. В засаде, на открытой местности, без укрытий. Нас перебили за десять минут. Десять минут — и три года работы, десять жизней — всё.

Её голос был ровным. Но рука — здоровая, правая — сжимала край одеяла так, что костяшки побелели.

— Кто устроил засаду? — спросил Сергей.

— Не знаю. Не разбойники — слишком организованно. Профессиональные бойцы, в одинаковом снаряжении, с тактикой. Кто-то нанял их — чтобы перехватить конкретно этот караван. Двести золотых шёлка — серьёзный куш.

— Двести золотых, — повторила Софи из своего угла. Её палочка застыла над дощечкой. — Это… огромные деньги.

— Огромные, — согласилась Мэй Линь. — И мой заказчик — купец Чжан Юньшань — хочет их обратно. Или — мою голову. Так работает бизнес в Цзиньлуне.

Тишина. Свеча потрескивала. За стеной — ночной Миллхейвен засыпал.

— Мэй Линь, — сказал Сергей. — Мне нужен командир.

Она повернула голову. Тёмные глаза — на нём.

— Мне нужен человек, который умеет воевать. Не драться — воевать. Планировать операции, обучать бойцов, командовать в бою. У меня есть Кира — лучший боец, которого я встречал. Но ей нужен командир. Кто-то, кто превратит бойцов — в армию.

Мэй Линь молчала. Её лицо — непроницаемое, каменное.

— Ты предлагаешь мне работу, — сказала она. Не вопрос — констатация.

— Предлагаю. Жалованье — десять серебряных в месяц. Жильё, еда, полное обеспечение. Право набирать и обучать бойцов. И — помощь с караваном.

— Помощь?

— Мои контакты в Миллхейвене. Томас Грант — торговец, знает всех. Чжоу Фань — восточный купец, имеет связи в Цзиньлуне. Если караван можно найти — мы найдём. Если заказчика можно успокоить — успокоим.

Мэй Линь смотрела на него. Долго. Считая. Взвешивая.

— Десять серебряных — мало, — сказала она наконец. — За командира моего уровня — двадцать.

— Пятнадцать. И процент от трофеев — если будут.

— Пятнадцать и процент, — Мэй Линь кивнула. — Но с условиями. Первое: я подчиняюсь только тебе. Не старосте, не торговцу, не кому-либо ещё. Только тебе.

— Принято.

— Второе: мои решения в бою — окончательные. Ты — командир стройки. Я — командир боя. Разделение полномочий.

— Принято. Если это не противоречит…

— Третье, — перебила она. — Мне нужно увидеть твоих людей. Твой посёлок. Твои ресурсы. Прежде чем дать окончательный ответ — я должна понять, во что ввязываюсь. Я не подписываюсь на безнадёжные дела.

— Разумно, — кивнул Сергей. — Через два дня — едем.

Мэй Линь откинулась на тюфяк. Закрыла глаза.

— Два дня, — повторила она. — Ладно. Два дня.

Тишина. Потом — тихо, почти неслышно:

— Сергей.

— Да?

— Спасибо. За болт. И за… — пауза, — за предложение.

— Не благодари. Заслужи.

Она открыла один глаз. Посмотрела на него — тёмный, проницательный взгляд.