Сергей Галактионов – Последний алгоритм (страница 2)

Марк не мог уснуть.

Он лежал в своей каюте, маленьком боксе два на три метра с откидной койкой, и смотрел на переборку. В голове крутились числа, паттерны, гипотезы.

Двадцать восемь лет. Сигнал летел к ним двадцать восемь лет, со скоростью света, через бездну пространства. Кто-то – или что-то – на далёкой планете направил в космос послание. Может быть, они отправили его во все стороны, как бутылку в океан. А может быть, точно в сторону Солнечной системы. Они знали, что здесь кто-то есть.

Эта мысль заставила его похолодеть.

Телефон на стене пискнул. Марк нехотя поднялся и нажал кнопку.

– Северин.

– Марк, это Лена. – Голос у неё был странный. – Ты должен прийти в лабораторию. Сейчас.

– Чен приказал мне спать.

– К чёрту Чена. Приходи.

Через пять минут он был в лаборатории. Лена сидела перед основным терминалом, и даже в тусклом свете экранов было видно, как дрожат её руки.

– Что? – спросил Марк.

– Я нашла ещё кое-что. В третьем сегменте данных. Тот, который ты называл «непонятным».

– И?

– Это не просто математика. Это инструкция.

– Инструкция?

– Инструкция по сборке.

Марк наклонился к экрану. Лена развернула визуализацию третьего сегмента – самого плотного, самого сложного блока данных в сигнале.

– Смотри, – она указала на повторяющуюся структуру. – Я сначала не поняла, потому что думала в категориях текста. Но это не текст. Это схема. Трёхмерная схема, закодированная последовательностью координатных точек. И когда я собрала эти точки вместе…

Она нажала клавишу, и на экране появилось изображение. Марк уставился на него, пытаясь осмыслить то, что видит.

Это была машина.

Сложная, многоуровневая конструкция, состоящая из тысяч компонентов, соединённых в единую систему. Некоторые части выглядели знакомо – что-то вроде волноводов, резонаторных камер, антенных решёток. Другие не напоминали ничего из того, что Марк когда-либо видел.

– Что это? – прошептал он.

– Я пока не уверена. Но рядом со схемой есть что-то вроде спецификации материалов. Они привязали её к таблице Менделеева – там, в начале сигнала, они передали атомные номера элементов. Так вот, основной материал конструкции – это обычное железо. Потом медь, кремний, германий. Всё есть на Земле. Всё доступно.

– Они хотят, чтобы мы это построили.

– Именно.

Марк почувствовал, как волосы встают дыбом. Неизвестная цивилизация прислала им чертёж. Подробную инструкцию по созданию устройства, назначение которого было совершенно непонятно.

– Это может быть оружие, – сказал он.

– Может быть.

– Или двигатель.

– Может быть.

– Или…

– Марк, я не знаю, что это. Но я знаю одно: они хотят, чтобы мы это собрали. И они сделали всё, чтобы мы могли это сделать. Инструкция написана так, как писал бы хороший инженер – для того, кто никогда не видел подобного устройства, но обладает достаточными техническими знаниями.

– Надо рассказать Чену.

– Уже рассказала. Он вызывает экстренное совещание. И вызвал подкрепление с Земли.

Глава 3. Земля

Новость достигла Земли через двадцать минут – столько занимала передача сигнала на текущем расстоянии между станцией и планетой. Ещё через три часа о сигнале знали двенадцать человек – руководители космических агентств, главы государств «Большой Пятёрки», генеральный секретарь ООН.

Через сутки число посвящённых выросло до ста двадцати. Учёные, военные, аналитики спецслужб, эксперты по кризисным ситуациям – все они получили доступ к данным и были предупреждены о строжайшей секретности.

Ещё через двое суток информация утекла.

Как это произошло, так и не выяснили. Возможно, кто-то из сотрудников проговорился журналисту. Возможно, хакеры перехватили зашифрованную передачу. Возможно, один из посвящённых решил, что человечество имеет право знать.

Так или иначе, утром 14 марта 2059 года мир проснулся и узнал, что он не один во Вселенной.

Доктор Айра Штейн смотрел трансляцию из Нью-Йорка – экстренное заседание Генеральной Ассамблеи ООН. Зал бурлил. Делегаты перекрикивали друг друга. Генеральный секретарь безуспешно стучал молотком, призывая к порядку.

Штейн сидел в своём кабинете в Массачусетском технологическом институте, окружённый книгами и пустыми кофейными чашками, и думал о том, что человечество ведёт себя именно так, как он и предполагал. Хаотично, шумно и совершенно нерационально.

Ему было семьдесят три года. Полжизни он посвятил теоретической физике, другую половину – философии науки. Его книга «Одинокий разум» – о проблеме молчания Вселенной и парадоксе Ферми – была переведена на сорок языков. Теперь она устарела в один день.

Телефон зазвонил. Штейн неохотно поднял трубку.

– Доктор Штейн? Это полковник Рейнс, Объединённые Космические Силы. Мне поручено пригласить вас в консультативный совет по проекту «Контакт». Через два часа за вами прибудет транспорт.

– Я ещё не согласился.

– Доктор, вы один из ведущих мировых экспертов по проблеме внеземного разума. Ваше участие крайне важно.

– Я теоретик, полковник. Я всю жизнь рассуждал о контакте, который никогда не произойдёт. Теперь, когда он произошёл, я понятия не имею, что делать.

– Вот поэтому вы нам и нужны. Человек, который признаёт пределы своего знания, ценнее десяти самоуверенных экспертов.

Штейн усмехнулся. Полковник был неглуп.

– Два часа, говорите?

– Да, сэр.

– Хорошо. Но я предупреждаю: я буду говорить то, что думаю. Даже если это не понравится вашему начальству.

– Именно этого мы и хотим, сэр.

Консультативный совет по проекту «Контакт» собрался на подземной базе в Колорадо – бывшем командном центре NORAD, модернизированном и расширенном. Двадцать восемь человек – физики, лингвисты, биологи, инженеры, военные стратеги. Они сидели за овальным столом в конференц-зале, погружённом в мягкий свет. На стенах – огромные экраны с визуализацией сигнала.

Генерал Сара Коннели, председатель совета, встала и обвела присутствующих взглядом.

– Господа, я не буду тратить время на преамбулы. Вы все знаете, зачем вы здесь. Двое суток назад станция «Кеплер-9» зафиксировала сигнал внеземного происхождения. Сигнал содержит три компонента: математическую последовательность, подтверждающую разумность отправителя; блок данных, который мы пока интерпретируем как своего рода «словарь»; и детальную схему устройства неизвестного назначения. Наша задача – понять, с чем мы имеем дело, и выработать рекомендации для правительств.

Первым поднял руку доктор Хироши Такахаси, физик из Токийского университета.

– Простой вопрос, генерал: мы уже определили, что это за устройство?

– Наши инженеры работают над этим. Предварительный анализ показывает, что устройство является чем-то вроде передатчика-приёмника. Но значительно более сложным и мощным, чем всё, что мы когда-либо строили.

– Передатчик? – переспросил Штейн. – Для чего?

– Мы полагаем, что это устройство для двусторонней связи. Они послали нам инструкцию по сборке рации, если хотите. Чтобы мы могли не только принимать, но и отвечать.

– Или чтобы мы открыли дверь, – тихо сказал Штейн.

Все повернулись к нему.

– Поясните, – попросила Коннели.