Сергей Галактионов – Галактика на минималках (страница 7)
— Тогда будем стоять в очереди.
— Одиннадцать часов.
— Одиннадцать часов.
Они посмотрели друг на друга. Потом — на экран, где шестьсот четырнадцать кораблей выстроились в идеальную спираль, медленно ползущую к вратам.
— Я пойду почитаю, — сказала Даша и ушла.
Зулп обнаружился в кают-компании, где он изучал человеческий артефакт под названием «журнал».
Это был старый, потрёпанный экземпляр «Космополитена» — не того, земного, про моду и отношения, а галактического, про моду и отношения в масштабах цивилизаций. Номер был трёхлетней давности, но Зулп этого не знал и читал с искренним увлечением.
— «Десять способов понять, что ваш партнёр — представитель враждебной расы», — бормотал он вслух. — «Номер три: он странно реагирует на кислород». Но я тоже странно реагирую на кислород. Это значит...
— Это значит, что журнал — мусор, — сказал Жека, плюхаясь в соседнее кресло.
— Но здесь написано «проверенные советы от экспертов».
— Эксперты врут.
— Зачем?
— Потому что им платят за количество советов, а не за качество.
Зулп задумался. На его планете эксперты определялись по интенсивности запаха компетентности — подделать его было невозможно. Идея, что кто-то может называться экспертом, не будучи им, казалась абсурдной.
— Люди сложные, — заключил он и записал в блокнот.
— Люди простые. Это галактика сложная.
— Тогда почему мы стоим в очереди одиннадцать часов?
Жека не нашёл ответа. Он и сам задавал себе этот вопрос. Человечество изобрело способ путешествовать быстрее света — и немедленно создало бюрократию, которая это путешествие замедляла до скорости пешехода.
«Гиперврата были изобретены в 2203 году, — сообщает Галактический Путеводитель. — К 2205 году появились первые правила пользования. К 2210 году правила выросли до трёхсот страниц. К настоящему моменту полный свод регламентов занимает семнадцать томов и требует юридического образования для понимания. Средний пилот не читает ничего, кроме пункта 1.1: «Встать в очередь и ждать»».
— Капитан, — позвал БОРИС. — У нас проблема.
— Ещё одна?
— Она отличается от предыдущих степенью непосредственности.
Жека подошёл к обзорному экрану. Сначала не понял, что видит. Потом понял — и пожалел об этом.
Корабль, стоявший в очереди прямо перед ними, разворачивался. Медленно, неуклюже, как пьяный слон в посудной лавке. Это был грузовоз — старый, помятый, с надписью «ВАНЯ-ТРАНС» на борту, которая когда-то была весёлой, а теперь вызывала экзистенциальную тоску.
И он пятился. Прямо на «Калымчанина».
— Он что, не видит нас? — спросил Жека.
— Судя по траектории — не видит, не хочет видеть или не считает нужным.
— Свяжись с ним!
— Связываюсь... Нет ответа. Их система связи либо отключена, либо настроена игнорировать входящие.
— Кто настраивает систему игнорировать входящие?!
— Люди, которые не хотят слышать претензии.
Грузовоз продолжал приближаться. До столкновения оставалось метров пятьдесят.
— Даша! — заорал Жека в интерком. — Мне нужна тяга!
— Какая?
— Любая! Назад!
— Назад у нас работает только левый маневровый!
— Значит, левый маневровый!
«Калымчанин» дёрнулся влево — туда, где располагался корабль из соседней очереди. Элегантная яхта с голографической обшивкой, мерцающей рекламой какого-то казино.
— Эй! — раздался возмущённый голос в эфире. — Что вы делаете?!
— Избегаю столкновения!
— Вы влезли в мою полосу!
— У нас нет полос! Мы в космосе!
— Морально — есть!
Зулп схватился за поручень. Его переводчик пищал, не успевая обрабатывать поток ругательств, который извергался из динамиков. Оказалось, что в галактике существует универсальный язык — и это язык водителей, застрявших в пробке.
— «Калымчанин», немедленно вернитесь на позицию! — рявкнул диспетчер врат.
— Я пытаюсь!
— Нарушение пункта 4.7 регламента! Штраф — тысяча кредитов!
— За что?!
— За создание помех движению!
— Он, — Жека ткнул пальцем в экран, где «ВАНЯ-ТРАНС» наконец остановился, заняв половину их бывшего места, — он создаёт помехи! Не я!
— Вы — зафиксированный нарушитель. Он — нет. Штраф подтверждён.
Жека выдохнул. Потом вдохнул. Потом выдохнул ещё раз — длинно, медленно, с присвистом человека, который видел всё и не удивляется ничему.
— Ладно, — сказал он. — Ладно. Возвращаемся в очередь.
— Ваша позиция занята, — сообщил диспетчер.
— Что значит «занята»?! Мы отъехали на три секунды!
— Позиция 347 теперь принадлежит судну «ВАНЯ-ТРАНС». Вам присвоена новая позиция — 615.
— 615?!
— Хорошего ожидания.
Связь отключилась.
— Двенадцать часов, — сказала Даша.
Они сидели в кают-компании: Жека — с видом человека, которого предала Вселенная, Даша — с выражением «я же говорила», Зулп — с блокнотом, который уже не успевал вмещать наблюдения.
— Было одиннадцать, — напомнил Жека.
— А теперь двенадцать. И это при условии, что никто больше не решит развернуться, сломаться или объявить карантин.
— Карантин?
— Корабль на позиции 412 объявил карантин. У них на борту обнаружился случай «звёздной лихорадки». Теперь всех от 400 до 450 проверяют.