Сергей Филатов – Серое Небо (страница 3)

Но больше всего меня тревожило его признание о том, как он встретил свою жену. "Она казалась настоящей, – голос Вити дрожал, – пока не завела меня в тень. Тогда её облик исказился, превратившись в отвратительный чёрный силуэт с когтями". Шрамы на его груди были красноречивее любых слов.

После этого случая Витя узнал, что тени бывают разные: чёрные, белые, красные… "Прости за лирику, – добавил он, – но музыка всегда была моим спасением".

Утром за завтраком мы пришли к выводу, что нужно срочно укрепить периметр. Наш план был прост:

Яркие лампы по всему забору

Километры проводов

Паяльное оборудование

Дополнительный генератор

Запас топлива

Первым делом мы отправились в город – самый опасный, но и самый богатый на ресурсы район. Возле пункта выдачи WB мне повезло найти рабочий грузовик с полным баком. Однако на заправке нас ждало разочарование – без электричества колонки были бесполезны.

"Тогда план Б, – сказал я, осматривая пустые канистры. – Берём шланг и…"

"Нет, Фил! – Витя поморщился. – Я не буду сосать бензин, как в дедовские времена!"

"Тогда план П, – невозмутимо ответил я.

"Что за план П?"

"План "позаимствуем" генератор. Быстро и незаметно."

Наш рейд в магазин электроники оказался успешным. Помимо генератора, мы прихватили провода, прожекторы, лампы и инструменты. Правда, обратная дорога на заправку преподнесла сюрприз – новый генератор оказался пустым. Вите пришлось-таки воспользоваться шлангом, после чего он полчаса плевался и заедал привкус бензина хлебом.

С двумя полными бочками топлива (бензин и солярка) мы вернулись на базу. После короткого перекура взялись за мангал – пока ещё можно было позволить себе свежее мясо. Пока Витя ходил за провизией, я разжигал угли… что оказалось не такой уж простой задачей.

Использовать бензин для розжига я не рискнул – мясо пропиталось бы химическим запахом. Но и обычные дрова упорно не хотели разгораться. Когда Витя уехал за продуктами, я вдруг вспомнил уроки отца на дачном участке. Как же он терпеливо объяснял мне, что настоящий огонь требует правильного подхода…

Быстро набрав сухих еловых веток и срезав несколько полос бересты, я принялся за дело. И – о чудо! – уже через несколько минут дрова весело затрещали, а языки пламени начали лизать древесину, постепенно превращая её в угли. Я придвинул скамейку поближе, зачарованно наблюдая, как светлая древесина темнеет, а маленькие искры то и дело выстреливают в темнеющее небо. Двадцать минут я аккуратно перемешивал кочергой уже почерневшие поленья, погрузившись в медитативный процесс.

Вернувшийся Витя торжественно продемонстрировал два пакета, один из которых украшала узнаваемая эмблема "К/Б". Стало ясно – сегодня с забором мы точно не справимся.

Мы быстро нарезали мясо и нанизали его на шампуры, после чего Витя с церемониальным видом открыл первую бутылку мартини. Наполнив стаканы на треть, он достал три вида тоника и вопросительно поднял брови.

Начнём с гранатового, – предложил я.

Смешиваясь с прозрачным алкоголем, жидкость в бокале постепенно приобретала нежный розовый оттенок. Пузырьки газа, словно крошечные шарики ртути, поднимались со дна, создавая завораживающий эффект. Первый глоток… Божественный вкус растекался по рту, а когда напиток достиг горла, приятное тепло разлилось по всему телу.

И тут меня накрыло волной воспоминаний. Я вдруг ясно представил свою учёбу в Научно-исследовательском институте имени Якименко, специализировавшемся на ядерной физике. Особенно ярко всплыл в памяти первый студенческий марафон в Сочи – как мы, небольшая, но сплочённая команда, сутками готовили выступления, а потом, обессиленные, часами болтали на балконе. Любовные треугольники (вернее, многоугольники), знакомства с ребятами из других городов, бессонные ночи… Но больше всего запомнилась особая атмосфера нашей команды – каждый был уникален, каждый вносил что-то своё.

Интересно, где они сейчас? – невольно вырвалось у меня.

Мы продолжали пить, перейдя от мартини к вину. Три опустевшие бутылки валялись под столом, но я совершенно не чувствовал опьянения – ни в речи, ни в движениях. Витя же, напротив, был уже изрядно "под мухой", когда предложил свою "гениальную" идею…

[Примечание автора: Уважаемый читатель, позвольте напомнить – алкоголь есть зло. Да, в нашем случае всё было бесплатно, да, времени у нас было в избытке. Но помните – пьянство крадёт и то, и другое. Пусть наш пример останется просто страницей этого дневника, а не руководством к действию.]

– Фил, смотри, уже темнеет, – с трудом выговаривал слова Витя, – а давай съездим в город? Прогуляемся по набережной… Мы же всегда любили гулять?

Идея показалась мне блестящей. Мы ввалились в машину, Витя сунул в магнитолу сборник русского рока. Когда заиграла "Группа крови", мы оба орали текст, перекрывая звук двигателя.

Бам! Что-то ударило в бок машины.

– Ну и кто это был? Белка? Заяц? Или бабка? – я фыркнул, представляя себе последний вариант.

– Фантом, блин, – Витя залился хриплым смехом. Мой собственный смех перешёл в истерику – мы оба понимали абсурдность ситуации.

В город мы въехали, оставив за собой следы "аккуратной" парковки: помятые крылья двух автомобилей, покорёженный столб и едва не разбитую витрину магазина. На набережной нас встретили два необычных фантома – выше и массивнее тех, что я видел раньше, но заметно медлительнее.

Мы переглянулись. Логика требовала бежать, но алкоголь и азарт говорили иное.

– Эй, вы, бесформенные уроды! – крикнул я, чувствуя, как хмель ударил в голову. – Или у вас там вообще ничего нет? Я вас… я вас… – слова терялись в пьяном угаре.

Мы синхронно рванули вперёд. Мой кулак пришелся точно в "нос" одного из них, если у этих тварей вообще есть носы. Витя же, разбежавшись, ударил другого ногой в "грудь" с такой силой, что тот рухнул на землю.

– Назовём его Серпит, – буркнул я, методично вколачивая морду существа в асфальт. – От латинского "ползающий".

Витя тем временем волок своего противника к воде, бормоча что-то о том, что "он неплохо дерётся и сойдёт за компанию". Я только пожал плечами – в нашем состоянии это казалось разумной идеей.

Дальше – провал в памяти. Обрывки воспоминаний: мы передаём бутылку вина по кругу – я Вите, Витя Серпиту; пьяные философские разговоры с тварью о природе силы ("Не в деньгах сила, а в стволах!"); идиотская затея с привязыванием фантома к столбу и стрельбой по бутылке у него на голове. Две обоймы в молоко – и я в сердцах разбил бутылку о голову Вити…

Очнулся я на крыше девятиэтажки с ощущением, будто по моей голове проехал асфальтовый каток. Подойдя к краю, я с ужасом осознал высоту – и тут чья-то рука легла мне на плечо.

– На, опохмелись, – Витя протянул мне бутылку "Короны". Его лицо было свежим, будто он и не пил вчера.

Я сделал глоток, и холодная жидкость прояснила сознание.

– Витя, как бы помягче сказать… – начал я.

– Мы в полной жопе, – закончил он фразу, невозмутимо допивая пиво. – Ладно, полюбовались рассветом – теперь валим отсюда.

[Примечание: В следующий раз, когда вам покажется хорошей идеей пьяная драка с неизученными формами жизни – вспомните эту историю. Алкоголь и апокалипсис – не лучшее сочетание.]

Спустившись с крыши, мы отправились на поиски нашей "ласточки". Жёлтая "шестёрка" предстала перед нами в плачевном состоянии: отсутствие бампера, разбитая фара, оторванные зеркала и почти пустой бак. Машина выглядела так, будто пережила собственный апокалипсис.

– Ну что, карета Золушки готова к отъезду, – процедил я, разглядывая повреждения.

Двигатель завёлся с третьей попытки, хрипло, будто протестуя против такой эксплуатации. На выезде из города, когда мы уже свернули на проселочную дорогу, мотор начал захлёбываться. Бензин закончился с издевательской точностью – в двух километрах от базы.

– Ну что, брат, – вздохнул Витя, вылезая из машины, – видимо, сегодня наш день кармы.

Полтора часа мы толкали "шестёрку" по разбитой дороге, проклиная всё на свете. Каждый камень, каждая кочка казались нам личным оскорблением. Когда наконец показались наши ворота, мы почувствовали себя первооткрывателями, достигшими полюса.

Закрыв за собой ворота, мы без лишних слов взялись за работу. Я засучил рукава и принялся за сварочные работы – нужно было изготовить крепления для прожекторов. Витя тем временем копал яму под дополнительный генератор и прокладывал провода по забору.

К вечеру, когда солнце уже скрылось за горизонтом, мы приступили к самому ответственному этапу – установке прожекторов. Витя освещал мне путь фонарём, а я, стараясь не отрезать себе пальцы в кромешной тьме, соединял провода. Временами мне казалось, что я занимаюсь какой-то алхимией, а не электромонтажом.

Когда часы показали два ночи, мы наконец закончили. С замиранием сердца залили топливо в генераторы и запустили систему.

И – о чудо! – весь периметр озарился ярким белым светом. Мы зажмурились от непривычки – первые пять минут приходилось щуриться, как кротам, внезапно оказавшимся на поверхности. Проверив каждый прожектор и убедившись, что система работает исправно, мы переглянулись.

– Ну что, капитан, – хрипло произнёс Витя, – считай, мы только что выиграли эту войну.

Но праздновать было некогда – нас свалила с ног усталость, смешанная с похмельем. Даже не раздеваясь, мы рухнули на кровати, как подкошенные. Последнее, что я помню перед тем, как провалиться в сон – яркие пятна перед глазами от долгого созерцания прожекторов и тихое потрескивание только что смонтированной системы.