Сергей Джевага – Новая Эпоха (страница 32)

«Настолько, – мысленно ответил я себе через минуту. – И больше. Они в отчаянии, в бешенстве. Боятся потерять последний шанс на возвращение могущества расы, и просто хотят выжить. Так что заплатят любую цену…»

Необходимо поторапливаться.

Сосредоточившись, я попытался прощупать границы чувствительности вражеских артефактов. На удивление получилось довольно легко, эхо-импульсы вернулись с отпечатками плетений. Стало понятно, что следящие камни слабенькие, и не эльфийская работа, а человеческая, наверняка трофейные, ориентированы лишь на яркие всплески.

Это давало определенное пространство для маневра. Хотя я все же сомневался в собственной способности правильно творить заклинания – последние переделки изрядно подпортили энергетические каналы, да и ядро лихорадило.

Но начав плести волшбу отвода глаз, обнаружил, что получается довольно сносно. Мельком взглянул на внутреннюю энергетику и опешил – восстановилось. Ни следа повреждений, разрывов, искажений. И само ядро окружала некая оболочка. Явно чужеродного происхождения она казалось, состояла из множества мелких искорок и как-то взаимодействовала с вихрем.

Как – осталось непонятным. Очевидно, результат воздействия Стража наравне с видениями, с болью. Но я не почувствовал угрозы или дискомфорта. И потому, поразмыслив, решил оставить подробное изучение на потом.

Закончив заклинание и убедившись, что дозорные на деревьях не вздрогнули, выбрался из зарослей и на цыпочках отошел вглубь рощи. Оглянулся и удовлетворенно кивнул. Следы сапог исчезли. Да и мой силуэт размывался, сливался с пейзажем.

В теории, по крайней мере. А на практике проверил достаточно скоро.

Раздалось хлопанье крыльев и тревожная стрекотня сороки. Пугливая птица перепрыгнула с ветки на ветку, глянула на вроде бы пустую прогалину. Спустя секунду там возникли пятеро воинов в изящных латах и крылатых шлемах. Командир поправил лук на плече, указал в сторону ущелья…

Только когда разведчики скрылись, я выдохнул и вытер испарину со лба. Заклинание работало, меня не увидели. Но все равно следовало соблюдать осторожность.

Пропустив мимо еще один отряд, я спустился в неглубокий овраг, забрался наверх и тут остановился. Сугроб впереди выглядел странно. Остальные в следах птичьих лапок, в чешуйках коры, в иглах, а этот словно нарисован, нас чист и совершенен.

Истинное зрение заставило мир утратить краски, стать полупрозрачным. Зато впереди обнаружилась полоса зеленого свечения. Нить-сторожка? Хм.

Поразмыслив, я пожал плечами и перепрыгнул опасное место. Но едва коснувшись ногами снега, сразу провалился по пояс. Взмахнул руками, чувствуя, как твердь убегает куда-то вниз и нырнул с головой, кубарем покатился по откосу другого оврага, скрытого под магической пеленой. Тихо зашипел от боли, инстинктивно ухватился за скользкий корень, но сорвался, зацепился за другой. Ошеломленно моргнул и выругался шепотом.

Зима сменилась летом. Резко, без какого-либо перехода.

Вокруг царил зеленоватый полумрак. Полно прелой листвы и сухих веток. Ноги болтались в пустоте, а внизу виднелась ленточка ручейка, густой камыш, разбегались тяжелые волны жидкой грязи на поверхности небольшого болотца. Воздух горячий и влажный, хоть пей, напоенный запахами гниения, душистых трав и грибов. Уши ловили странные искаженные звуки: чьи-то крики, свисты, шорохи, журчание.

– Дрянь, – пробормотал я, емко выразив свое отношение к окружающему. Подтянулся и сел, попытался отдышаться.

Лес стал другим.

Не в том смысле, что здесь лето или другие деревья, нет. Просто там, у ущелья я чувствовал, что сосновый бор дремлет, нежится в объятиях метели. Тут лес дышал, шевелился, жил.

Хвойные исчезли, им на смену явились громадные деревья с извилистыми корнями и сероватой корой. В дуплах горели тусклые огоньки духов-хранителей, роем мошкары вились в кронах. Магия сочилась отовсюду: из сучков и листьев, из цветов, паутинками блеклых импульсов прошивала переплетение корней под слоем почвы. Легкая и загадочная, если так можно назвать энергию, неуловимая, но видимая и явная.

Похоже на работу с пространством. Вырастить здесь эдакое эльфы вряд ли могли за столь короткий срок, скорее, как-то переместили рощу.

В полумраке мелькнула крылатая тень, а пальцы пощекотало, от меня по земле и кустам растеклась волна зеленоватого мерцания. Раздался усталый скрип, трухлявый пень неподалеку зашевелился и сбросил шапку мха, медленно и дергано повернулся как гротескный паук. Дерево чуть дальше по склону с мокрым чмоканьем высвободило корни, слепо пошарило в пустоте.

Мрак! Да тут каждый листик – сторожевой пес!

Я дернулся, намереваясь проползти по склону. Но корни зашевелились сильнее, ожило еще одно дерево и до меня дошло, что реагируют то ли на движение, то ли на ауру.

Потушив магию, я заставил себя замереть. Попутно считал частоты потоков, перестроил внешний слой собственной энергетической оболочки. И кажется, получилось, ибо хруст притих, пенек-паук с усталым вздохом приник к земле.

Впрочем, радовался я недолго. Где-то выше по склону послышались голоса, а внизу, за болотцем мелькнул чей-то силуэт. Мысленно выругавшись, я вскочил и оттолкнулся ногами, рыбкой нырнул в грязную теплую воду. Ощутил скользкие объятия водорослей, с трудом отмахнулся от неприятной ассоциации.

Фигушки, не дерьмо, а лечебные грязи. Были развлечения у богатеев Свободных Земель – в жидком навозе поплескаться. Вроде морщины убирает, зубы лечит, и вообще молодеешь. По крайней мере, так уверял заезжий знахарь-шарлатан… и некоторые, наслушавшись липовых исцеленных, эту дрянь жрали.

Аристократом я себя почувствовать так и не смог. Да и плыть тяжело, но таки проломился сквозь густую жижу и нащупал илистое дно, толстые корневища. Затесался между ними как налим, и только тогда позволил себе вынырнуть, тихо отдышался.

– …что бродите? – раздался звонкий голос почти над головой. Говорили на эльфийском, быстро и эмоционально, но общий смысл я угадывал. – Тинур приказал патрулировать границы.

– Киэ Линаэр, изволит гневаться? – отозвались с другого склона оврага. – Простите, высокий, зашли погреться. Но если не изменяет память, ваш участок тоже не здесь.

– Деревья забеспокоились.

– Киэ Линаэр, я удивлен вашей чуткостью и зоркостью. Киэ видит врагов и там, где их нет.

– Лан Платэн, вы ошибаетесь. Киэ не настолько бдителен. Скорее, заметил лишь зайца.

– Вне всяких сомнений, то был очень большой и хищный заяц…

Аккуратно сместившись, я выглянул из-за нависающего над болотом пласта дерна. На берегу стоял воин в странных доспехах, состоящих из полированных деревянных пластин. Плащ расшит травяными узорами, шлем – переплетение веточек и жестких листьев. На противоположной стороне среди стволов мелькали бойцы в белых балахонах, с луками в руках. Латы явно попроще, но почему-то позволяли себе зубоскалить – разодетый то ли недавно поднялся из низов, то ли ничего не понимаю в иерархии светлорожденных.

Болтали довольно долго, витиевато оскорбляя друг друга, отчего я начал тихо беситься. Сидеть в теплой тине после ледяных объятий метели здорово. Но пиявки догрызали уже косточки, да и деревья-сторожа могли учуять чужака, то есть меня.

Когда эльфы, наконец, закончили пикировку и отряд лучников удалился, я вздохнул с облегчением.

Но обрадовался рано, воин в деревянных доспехах никуда не делся. Пару минут стоял и шипел бессильные ругательства, потом помолчал и снова что-то зашептал. Быстро, напевно. И от бормотания у меня побежали мурашки по спине. Узора заклинания не увидел, но понял, что обращается к травам и корням, о чем-то спрашивает.

Что-либо придумать я просто не успел.

На том берегу по земле и кустам разлилось зеленоватое свечение, отмечая мой путь по склону. Эльф нахмурился и, просчитав направление, опустил голову.

Пару мгновений мы таращились друг на друга. Недоуменно. Глупо. Но первым очнулся я, обреченно сказал:

– Ква?

На лице врага отразилось такое смятение, будто действительно ожидал увидеть лягушку. Вытаращил глаза и побледнел, открыл рот для предостерегающего крика. Но прежде чем успел издать вопль, я ухватил его за сапог, рванул на себя. Светлорожденный взмахнул руками и шлепнулся в грязь. В падении как-то умудрился пнуть меня в живот, так что задохнулись и пошли на дно оба.

На какое-то время я потерял ориентацию в пространстве, запаниковал. Но вскоре почувствовал движение рядом, нащупал трепыхающегося и извивающегося бойца, утащил глубже. Добрался до головы и резко вывернул в сторону. Подхватив тело, всплыл и кое-как выбрался на отмель. Бросил труп в грязь, сам упал рядом и долго кашлял, рвал водой.

И какой идиот сказал, что приключения – это весело? Никогда не перестану изумляться.

Понимая, что произвожу слишком много шума, я кое-как справился с кашлем. Мотнул головой и с отвращением посмотрел на мертвого эльфа. Первого из многих, если не придумаю чего-то поумнее, как ломиться напролом. Но в следующий раз может не повезти: кто-то услышит шум, рядом окажется много народу…

Повторить опыт Монрада? Простая иллюзия не поможет, необходимо физическое изменение. Теоретически процесс не такой уж и сложный, костную структуру менять не придется, исключительно мышцы и кожу, цвет волос и глаз. Телосложением и ростом похожи, только плечи у меня пошире.