Сергей Диковинный – Кот на подоконнике (страница 9)

— Значит, всё хорошо.

— Всё хорошо.

Наталья Сергеевна ещё раз всхлипнула. Потом посмотрела на Ильдара.

— Ильдар Русланович, — сказала она. — А телефон у него почему выключен?

— Телефон, — сказал Ильдар, — скорее всего, утонул в океане. Или разбился. Или остался в номере, пока они… — он запнулся, — гуляли.

— Гуляли, — согласилась Наталья Сергеевна. — Гуляли.

Она встала. Поправила кардиган. Взяла сумку. Подошла к Денису.

— Сколько я вам должна? — спросила она.

Денис посмотрел на неё. Потом на Ильдара. Ильдар пожал плечами — мол, сам решай.

— Нисколько, — сказал Денис.

— Как нисколько? Вы помогли мне.

— Нисколько, — повторил Денис. — Это первый раз. Первый — бесплатно.

Наталья Сергеевна посмотрела на него. И вдруг поняла что-то, что ей не хотелось понимать.

— А дальше? — спросила она тихо.

— А дальше, — сказал Денис, — мне придётся брать деньги. Потому что иначе люди не поверят. Понимаете? Люди не верят бесплатному. Люди верят тому, что дорого стоит.

Наталья Сергеевна помолчала. Потом кивнула.

— Правильно, — сказала она. — Я бы тоже не поверила, если бы мне сказали «бесплатно». — Она взяла его руку и сжала. — Спасибо. Спасибо вам.

Она ушла. Ильдар закрыл за ней дверь. Вернулся в гостиную. Сел на диван. Посмотрел на Дениса.

— Ты умеешь, — сказал он.

— Что?

— С людьми. Умеешь.

Денис не ответил. Он смотрел на Барсика, который вернулся на подоконник и опять уставился на город.

А Ильдар, помолчав, добавил:

— Слушай. Пока тебя не было, — ну, не было, ты сидел, в окно смотрел, — мне вот что передали. На Арбате. Есть там салон. «Магия судьбы». Держит некая Ясмина. Клиенты — половина Москвы. Цены — космос. Раньше все, кто что-то искал, шли к ней. Теперь — пару дней как — пошли слухи. Что появился «настоящий». — Он помолчал. — Ясмина это слышала.

— И?

— И она хочет с тобой поговорить.

Денис посмотрел на Ильдара.

— Кто такая Ясмина?

— Экстрасенс, — сказал Ильдар. — Из тех, кто всё врёт.

— А она точно врёт?

Ильдар подумал.

— На девяносто девять процентов, — сказал он. — А один процент — врала, но на публику, так, чтобы никто не заметил, что она — не врёт. Такие люди бывают.

— Значит, она — настоящая? — спросил Денис.

— Не знаю, — сказал Ильдар. — Знаю только, что она позвала.

Денис посмотрел в окно. Москва тянулась вдаль. Где-то там, на Арбате, сидела женщина и знала, что где-то в этом городе есть кто-то, кто не врёт. И это её не радовало.

— Ильдар.

— Что?

— Когда?

— Завтра, — сказал Ильдар. — Отвезу.

— Отвези, — сказал Денис. — И вот ещё что.

— Да?

— Ищи мне клиентов. Только таких, кого не жалко. Ладно?

— Жалко — это как? — не понял Ильдар.

— Жалко — это когда не помочь нельзя, — сказал Денис. — А не жалко — это когда помочь приятно. Вот таких ищи.

Ильдар хмыкнул. Открыл ежедневник. И записал. Как всегда. А Денис сел рядом с Барсиком на подоконник. И посмотрел на город. И почему-то ему было хорошо. Первое доброе дело в Москве. Первый клиент. Первый настоящий день.

А завтра — Арбат. И женщина по имени Ясмина.

Глава 5

Арбат

Салон Ясмины назывался «Магия судьбы» и выглядел так, будто его собирали два человека: один очень богатый, а второй — очень тревожный.

Изнутри — бархат. Тёмно-красный, плотный, везде. Свечи — настоящие, восковые, сотни. Тяжёлые кисти на портьерах. Три хрустальных шара на подставках из тёмного дерева. Зеркала в тяжёлых рамах, которые делали комнату глубже, чем она была. Пахло ладаном, деревом и — чуть-чуть — чужими деньгами.

Снаружи — вывеска с золотыми буквами. Дверь с бронзовой ручкой в виде змеи. Швейцар — не охранник, а именно швейцар, в костюме, с лицом человека, который сто раз видел, как люди платят за надежду.

Ильдар остановил Роллс у тротуара. Вышел первым. Открыл Денису дверь.

— Приехали, — сказал он. — Денис.

— Что?

— Она позвала свидетелей.

— Кого?

— Прессу. Блогеров. Клиентов. Половину Арбата. — Ильдар поморщился. — Это не разговор. Это спектакль.

Денис вышел. Посмотрел на вывеску. Потом на Ильдара.

— Спектакль — это хорошо.

— Почему?

— Потому что в спектакле я не главный. Главный — зритель. А зритель всегда верит тому, что сам увидел, а не тому, что ему сказали.

Ильдар хмыкнул. Он не понял. Но запомнил. Он всегда запоминал.

— Ладно, босс. Пошли.

Дверь открылась сама — разумеется, не магически, за ней стоял мальчик-помощник в белых перчатках. Он поклонился. Провёл их по коридору, мимо зеркал и портьер, в большой зал.

Зал был полон.