Сергей Дегтярев – Личность. Том II. Онтология (страница 7)

Общим для всех этих форм является одно: действие направлено не на получение блага для себя, а на создание блага для других, и в этом действии человек находит ответ на вопрос «ради чего?».

12.4.7. Что значит «разрешение» на пятом этапе

Разрешение пятого кризиса имеет иную природу, чем разрешения предыдущих кризисов.

На третьем этапе разрешением было нахождение микро-группы. На четвертом — обнаружение призвания. И то, и другое были конкретными действиями с измеримым результатом. Разрешение пятого кризиса не является конкретным действием. Это сдвиг перспективы — изменение того, как человек воспринимает свою жизнь и свое место в мире.

Этот сдвиг можно описать как переход от вопроса к ответу. В начале этапа (36 лет) человек задает вопрос: «Ради чего все это?» В точке разрешения (48 лет) он не обязательно получает вербальный ответ, но он перестает мучиться вопросом. Не потому что вопрос решен, а потому что человек изменил способ существования: взял на себя обязанность отдавать, жизнь теперь организована вокруг отдачи, а не получения, и в этой отдаче вопрос о смысле получает ответ.

Это не означает, что человек, прошедший пятый кризис, никогда больше не испытывает сомнений или не задается вопросом о смысле. Но эти сомнения больше не являются экзистенциальной угрозой. Они становятся частью жизни, а не подрывом ее основ.

12.4.9. Значение для возрастной модели

Разрешение пятого кризиса — это поворотный пункт, сравнимый по значимости с разрешением четвертого. Если четвертый этап сделал человека субъектом своей жизни, то пятый этап делает его субъектом, чья жизнь выходит за пределы его самого.

На четвертом этапе человек научился выбирать и держать выбор. На пятом он учится отдавать. Это не отказ от себя — это расширение себя до пределов, в которых «я» включает в себя заботу о других. Пестунство не противостоит призванию — оно надстраивается над ней. Я по-прежнему профессионал, партнер, родитель, но теперь все эти роли наполнены новым содержанием: я делаю свое дело не для того, чтобы достичь, а для того, чтобы передать.

5. Новая форма «вместе» на пятом этапе

12.5.1. Эволюция «вместе»: от сонаправленности к передаче

Восстановим логику предыдущих трансформаций, чтобы увидеть специфику пятой.

На первом этапе «вместе» эволюционировало от физической слитности к интернализованной безопасной базе. На втором — к символическому пространству правил и ролей. На третьем — к избирательной микро-группе на основе разделяемых отличий. На четвертом — к партнерству и профессиональному сообществу, основанным на сонаправленности траекторий и взаимодополнительности.

Общим для первых четырех форм «вместе» было то, что они строились вокруг некоторой симметрии. Даже там, где симметрия была неполной (ребенок и мать, учитель и ученик), сохранялась взаимность: мать дает ребенку заботу, но и получает от него эмоциональную отдачу; учитель передает знания, но и получает признание и уважение. Партнерство четвертого этапа в особенности симметрично: мы идем вместе, мы дополняем друг друга, мы оба вкладываем и оба получаем.

На пятом этапе логика «вместе» меняется. Центральным становится не взаимность, а передача. Это не значит, что взаимность исчезает полностью, — но она перестает быть главным структурирующим принципом. На первый план выходит асимметричная забота: я даю другому то, что у меня есть, не ожидая эквивалентного возврата.

Эта асимметрия — не признак неравенства или несправедливости. Она отражает изменившуюся жизненную позицию. Человек на пятом этапе накопил достаточно — опыта, знаний, ресурсов, — чтобы иметь возможность отдавать, не считая. И он обнаруживает, что именно в обязанности отдавать, а не в получении, лежит ответ на вопрос о смысле.

12.5.2. Пестунство как новая форма «вместе»

Новая форма «вместе» на пятом этапе — это пестунство, связь поколений. Мы вместе не потому, что мы равны и идем одним путем (как в партнерстве четвертого этапа), а потому, что я передаю тебе то, что накопил, а ты принимаешь это и понесешь дальше.

Связь поколений как пестунство может реализовываться в нескольких измерениях.

В семейном измерении это отношения родителей с взрослеющими или уже взрослыми детьми, а также с внуками. На четвертом этапе родительство было во многом проектом достижения: вырастить, воспитать, дать образование, «поставить на ноги». На пятом этапе родительство становится пестующим: я не столько формирую ребенка, сколько передаю ему то, что у меня есть, — опыт, ценности, поддержку, — и отпускаю его в свободное плавание.

В профессиональном измерении это менторство, ученичество. Опытный профессионал берет под крыло молодого коллегу не для того, чтобы получить от него выгоду, а для того, чтобы передать мастерство. Врач учит ординатора, инженер — практиканта, ученый — аспиранта. В этом акте передачи профессия продолжает жить за пределами индивидуальной карьеры.

В социальном измерении это волонтерство, благотворительность, общественная деятельность. Человек вкладывает время, деньги, силы в проекты, которые принесут пользу другим — часто незнакомым и часто после его смерти. Он сажает дерево, зная, что не увидит его в полный рост. Он жертвует на стипендию студентам, которых никогда не встретит. Он восстанавливает храм в деревне, где не живет.

Во всех этих случаях структура одна и та же: я даю, ты принимаешь, и в этом акте мы становимся связаны. Это и есть новая форма «вместе».

12.5.3. Советские исследования: преемственность поколений

В советской психологической и педагогической традиции проблематика связи поколений разрабатывалась достаточно активно, особенно в контексте воспитания и передачи опыта.

В.А. Сухомлинский в книге «Как воспитать настоящего человека» (1975) много писал о том, что зрелость человека определяется не тем, сколько он получил от других, а тем, сколько он отдал [196]. Сухомлинский ввел понятие «радость отдачи» — специфического переживания, которое возникает, когда человек делает что-то для других, не ожидая награды. По Сухомлинскому, воспитание этой способности — одна из главных задач школы, и без нее человек не может стать по-настоящему зрелым.

В терминах нашей модели: «радость отдачи» Сухомлинского — это эмоциональное переживание новой формы «вместе» пятого этапа. Я не просто помогаю другому — я переживаю свою связь с ним через акт отдачи, и эта связь приносит удовлетворение, которое не зависит от внешнего вознаграждения.

И.С. Кон в книге «Ребенок и общество» (1988) исследовал механизмы межпоколенческой передачи культуры [197]. Кон подчеркивал, что передача опыта — это не односторонний процесс, в котором старшие «вкладывают» что-то в пассивных младших. Это всегда взаимодействие, в котором младшие тоже влияют на старших, заставляя их переосмыслять свой опыт и формулировать его. В этой диалогичности — суть связи поколений.

В терминах нашей модели: это означает, что новая форма «вместе» пятого этапа — это не монолог старшего, обращенный к младшему, а диалог, в котором оба меняются. Старший отдает, но и получает — не эквивалент отданного, а сам опыт отдачи, который и есть разрешение экзистенциального вопроса.

12.5.5. Отдача без гарантии результата

Важнейшая характеристика новой формы «вместе» пятого этапа состоит в том, что отдача не гарантирует результата.

Когда я передаю опыт ученику, я не знаю, как он им распорядится. Он может превзойти меня — и это лучший исход. Он может использовать мои уроки совсем не так, как я предполагал. Он может отвернуться от меня и пойти своим путем. Все это — риски, которые я принимаю, беря на себя обязанность пестуна.

На четвертом этапе такая неопределенность была бы проблемой. Партнерство требует предсказуемости: если я вкладываю в общее дело, я должен знать, что партнер тоже вкладывает. На пятом этапе неопределенность перестает быть проблемой. Я отдаю не для того, чтобы получить гарантированный результат, а потому что сама отдача есть мой способ быть личностью.

Это глубоко созвучно тому, что Виктор Франкл писал о смысле. Смысл, по Франклу, не гарантирован — он находится через действие, но результат этого действия не в нашей власти. Мы отвечаем только за свой поступок, а не за его последствия. В терминах нашей модели: новая форма «вместе» пятого этапа — это именно такая отдача без гарантий. Я делаю, что могу, для тех, кто идет после меня, — а что из этого выйдет, мне не дано знать.

12.5.6. Формулировка новой формы «вместе»

Обобщая сказанное, мы можем дать итоговую формулировку.

Новая форма «вместе» на пятом этапе означает пестунство. Мы вместе не потому, что мы равны и идем одним путем (как в партнерстве четвертого этапа), а потому, что я передаю тебе то, что накопил, а ты принимаешь это и понесешь дальше. Это «вместе» асимметрично: старший дает больше, чем получает, — и в этом акте отдачи находит ответ на вопрос о смысле. Это «вместе» не гарантирует результата: я отдаю, не зная, как мой дар будет использован, — и принимаю эту неопределенность как часть жизни.

Пестунство может реализовываться в семье (отношения с детьми и внуками), в профессии (менторство, наставничество), в обществе (волонтерство, благотворительность) и в культуре (творчество, адресованное будущему). Во всех случаях структура одна: я даю — ты принимаешь — мы связаны.