Сергей Давыдов – 2.Сергей Давыдов. За два часа до начала лета (страница 25)
– Петь в хоре! – повысив голос, сказала Лизавета. – Просто спеть с ребятами весёлую песенку. У нас же в пятницу такой день…
– Концерт для малышей?
– Да. Так ты пойдёшь в хор?
– Нет, – упрямо отказался я.
– Изверг ты, – простонала Лизавета. – Мучение ты моё, бедствие всей улицы. Ну скажи мне, почему ты не хочешь? Может у тебя что-то случилось?
Я опустил голову и стал смотреть на носки кроссовок.
– Я стесняюсь… – отчаянно краснея, признался я, подняв на Лизу глаза.
– Он видите ли стесняется! – с досадой всплестнула руками Лизавета.
Мы пошли в наш пионерский клуб, но ребят ещё не было и мы как всегда бесились в зале, дожидаясь, когда себерутся весь отряд.
Я сидел на подоконнике и облизывал пораненную во время беготни руку и бросал то и дело взгляд в окно, за которым светило солнце и было весело играть. Жорик носился по залу с половой тряпкой.
– Ну, что у нас плохого? – вошла в отряд Катя.
В неё полетела тряпка.
– Жорик, вот я тебя! – погрозила индикатору Катя.
Не успели мы его угомонить, как в клуб ворвалась ватага ребят.
– Кать, мы робота сломанного нашли! – ликующе воскликнул Лёнчик. – Сейчас починим, будет помогать дежурным по отряду!
Катя ахнула и отпрянула к окну. Мальчишки несли в клуб ржавого слабо перемигивающегося индикаторами робота.
– Где вы его нашли? – с оторопью выдавила из себя Катя.
– У высоковольток, где мы убирались, – непринуждённо ответил Лёня. – Он наверное с самой ядерной войны там лежит бедный…
– Мы его починим, – возбуждённо сказала Лёнькина сестрица Алёна, – и он вместе с ребятами будет нести вахты и убираться в отряде!
– Ребята, можно с вами? – попросился я, чтобы Лиза отвязалась.
– Идём, – дружелюбно махнул мне Лёнчик.
Внесли робота к электроникам, и началась работа по его оживлению.
4
Позанимавшись с роботом, мы с мальчишками почесали на улицу. Мы перелезли забор пошли на задний двор красной школы. Сейчас здесь никого не было и мы лазали по ржавой скрипучей железяке и прыгали с найденным на помойке зонтиком в бурьян, как парашютисты.
Высота была, просто жуть, особенно если смотреть оттуда, но прыгать было весело и страх давно прошёл. Несколько раз нас ловили за этим занятием взрослые. Я влез на вершину и посмотрел на наши дворы.
– Серёня, прыгай, я лезу! – крикнул снизу Даня.
Я раскрыл зонтик, прыгнул и приземлился в бурьян, встал, отряхивая с кофты сухие былинки и снова огляделся. Я дал брату зонтик. Даня полез вверх, а потом тоже спрыгнул вниз. И так мы прыгнули раз пять.
– А вдруг кто-нибудь увидит, как мы прыгаем? – встревожился Алька.
– Кто увидит? – усмехаясь, сказал я, вскакивая на ноги.
– Ну, а вдруг наши вожатые?
– Наши?! Чё им здесь делать, тут вообще не наша школа.
Отряхнувшись, я снова полез на железяку и спрыгнул. Дёмка взял зонтик, спрыгнул следом, и чуть не зашиб меня ногами. С него слетела кепка.
– Это что такое?! – бежала к нам какая-то тётка. – Вы опять с этой штуки прыгаете, поганцы! Из какой школы?
– Шухер, милиция, прячь таблетки! – крикнул Даня, хватая меня за руку.
– Головы-то у вас есть, с такой высоты прыгать?! – не унималась тётка.
Мы бросилиись бежать сломя голову, вниз по улице.
– Всё равно узнаю, где учитесь! – крикнула нам вслед тётка и зашагала к школе, а мы свернули за угол и рассмеялись.
– Ну вы даёте! – с уважением выдохнул Тилька Чуваткин. – Я так бы не смог…
– Да хочешь, мы тебя научим так прыгать? – предложил другу я.
– Сразу конечно не получится, – заявил рассудительный Тим, – а потом сможешь, даже без зонтика.
И тут мы услышали голоса.
– Сил моих нет! – раздражённо говорила тётка, которая прогнала нас. – Уже четвёртый раз застаю их за этим занятием! Прыгают и прыгают!
– Я приму меры, – раздался решительный Дашкин голос.
Мы испуганно переглянулись и нырнули во двор, бросив зонтик.
А на столбе заиграло радио:
Утопали в сухом бурьяне запущенные улицы города нашего атомного мира, так что казалось, что никого не осталось. Но откликались ребята из других пионерских отрядов по всему миру. Они выходили на связь и это значило, что планета была жива. Я улыбнулся. Сегодня в отряде "Космос" начнётся такая связь. У них была мощная радиостанция.
У нас её не было и мы шли на сеанс к ним и сидели там до темноты.
Вечером я забежал домой и чуть не стукнулся о велик. Где-то работал приёмник, а по телевизору шли "Спокойной ночи малыши", которые мы раньше не пропускали, звонил телефон, а за стенкой спорили родители.
Спорили конечно обо мне и о том, что четыре дня назад случилось в школе.
– Мама, папа, я вернулся! – крикнул я, вбегая в квартиру.
Из комнаты родителей доносилась песня:
"Значит папа уже дома, – догадался я. – Он любит смотреть "Дог шоу", когда удаётся пораньше вернуться с атомной станции…"
– Прибежал, – устало вздохнула мама, – где тебя носит, моя радость?
– Мам, я только попить, – торопливо ответил я, заглядывая в комнату родителей. Так и есть, папа смотрит свою любимую передачу.
– Знаешь, что твой сын натворил в школе, Владик? – нервно спросила мама папу.
– Знаю, – серьёзно ответил отец, ласково ероша мне волосы, – не у всех бы хватило смелости спасти малышей из огня! Мне их вожатая рассказала.
"И можно совсем не бояться мороза, если хозяин с тобой! – играла музыка в телевизоре. – И вытащить даже из лапы занозу, если хозин с тобой!"