Сергей Давыдов – 2.Сергей Давыдов. За два часа до начала лета (страница 13)
– Пацаны, а давай его сюда притащим? – таинственно спросил у ребят девятилетний Симка Орехов, который занимался в клубе уже второй год.
– Что хоть делать хотите? – заинтригованно спросил я.
– Робота, – возбуждённо сказал мой старый друг Тилька Чуваткин. – А у тебя вахта не окончилась?
– Нет, ещё полчаса осталось, – огорчённо вздохнул я.
Если честно, я терпеть не мог дежурить, когда за окном светило солнце, голубело небо и ветер гулял по крышам. Самое время запускать змея, а приходится сидеть в душной пионерской комнате, делать заметки в пионерской газете о жизни отряда, и смотреть за теми, кто приходит на занятия…
Я невыносимо скучал, когда меня заставляли дежурить. Мне нравилось в такие дни гулять по крышам, бегать и лазать по гаражам, гремя железными листами и просто гонять мяч во дворе.
"Ты безответственно себя ведёшь! – поучала меня всякий раз Катя. – Пионер, а по гаражам лазаешь. На тебя люди уже жалуются!"
Ну и пусть жалуются! Им какое дело до того, кто лазает по гаражам! И какое им дело до ребят, которым не сидится на месте…
– А можно мы тут немного посидим? – хитро спросил Лёня.
– Можно, а? – сунулся беспокойный, вертлявый Симка.
– Сидите, – вздохнул я и даже обрадовался. – Только тихо. Танька в любой миг прибежит.
Мальчики побежали через физкультурный зал в комнату, где располагался кружок электроники. Вскоре оттуда раздались крики и визг.
"Снова кто-то из них контакты замкнул, – весело подумал я. – Растяпы!"
А весёлая компания мальчишек выбежала из комнаты. Лёнчик заглянул под шкаф, отнял у пылесоса свои ботинки, которые тот успел засосать, пока я делал заметки в пионерской газете и мальчишки выбежали на улицу…
2
Я заглянул в комнату кружка электроники. У стен стояли, перемигиваясь лампочками роботы, которых делали ребята из старших отрядов. На полках шкафов стояли приборы, компьютеры, на большом столе гудела маленькая электростанция с высоковольтками и домами. Жорик дремал на подоконнике…
"Кажется ничего не разбили… – с облегчением подумал я. – Эти могут!"
Я улыбнулся и вернулся в пионерскую комнату.
– Вьюжанин! – в клуб вошёл вожатый Илья Громов, ведя за собой Рудьку, которого мы приняли в отряд ещё тем летом. – Как вахта?
– Нормально, – зевнув, ответил я. – Лёнчик приходил с ребятами.
– Они ничего не натворили? – в тревоге нахмурился Илья. Как и я, Илька слишком хорошо знал Лёнчика и его ватагу.
– Нет, – успокоил я вожатого. – Они как-то быстро умчались…
– Ещё одного робота делают?
– Ага.
– Слушай, – спохватившись, сказал Илья, – слезай с подоконника и пошли с ребятами на пустырь. Школе нужен металлолом.
– Как? – удивился я. – Сейчас? Не могу… Я на дежурстве!
– Я тебе сменщика привёл, – деловито объяснил Илья. – Рудька подежурит, а ты бегом за мной, нас уже ребята ждут!
– Справишься? – недоверчиво поглядел я на Рудьку.
– Он справится, – поспешно ответил за Рудьку Илья. – Я ему по дороге всё объяснил. В конце концов он привыкнет. Сдавай вахту, времени мало.
– Капитан второй группы Серёня Вьюжанин вахту сдал!
– Матрос третьей группы Рудька Никитин вахту принял!
Мы отсалютовали друг другу.
– Не скучай, скоро наши придут, заниматься, – ободрил я Рудьку, снимая с рукава красную повязку и повязывая ему.
– А я и не скучаю! – с непоколебимой уверенностю мотнул головой Рудька.
– Сейчас, – попросил я Ильку. – Я ему кое-что дам.
Я подошёл к шкафу и вытащил духовую винтовку, которую принёс в отряд Сашка Жариков, ещё позапрошлой зимой. Её часто давали ребятам, которые первый раз дежурили, чтобы поднять их дух и дать понять, что это всё всерьёз. Мы брали её в походы, но чаще всего она лежала в отряде.
– Вот, – протянул я винтовку Рудьке. – Вот так заряжать, вот такие пульки… Да, железные! Теперь ты часовой. Отвечаешь за клуб.
Рудькины глаза загорелись восторгом, а я вспомнил, как мне самому давали пульковый автомат в мою первую вахту, когда я был ещё ноябрёнком.
– Есть! – отсалютовал Рудька.
– Ладно, пошли в школу! – нетерпеливо взял меня за плечо Илья.
Мы вышли на улицу, где нас ждал большой велик, лежащий на плите.
– А где твои новые кеды? – вдруг спросил меня Илья.
– Мама отняла, – пожал я плечами и сердито засопел.
– Это ещё почему?
– Ну-у-у…
Кеды были так изрисованы, что мама не позволила мне их надеть и сказала, чтоб я побегал в старых кроссовках, а она пока их отмоет.
– Опять изрисовал? – догадался Илья.
– Угу, – сказал я, понимая, что отпираться бессмысленно.
Я засмеялся и побежал за вожатым, влетел в лужу. Мои ноги тут же вымокли, потому, что в кроссовках были дырки.
– Как маленький ребёнок! – укоризненно бросил Илья, посмотрев, как я вылезаю из лужи. – Дать соску?
– А ты сам тоже ещё дитё! – довольно хмыкнул я, чувствуя, как мои старые кросовки пропитались влагой.
А магнитофон больших ребят гремел на всю улицу:
Илька влез на велик, я сел на заднюю сидушку и мы помчались по улице. Ветер затрепал мои волосы, обдувал мне руки и ноги. Велик бросало то вправо, то влево и я держался за Ильку, чтоб не упасть.
Ребята уже разошлись по пыстырю.
– Тань, вот он, Вьюжанин, – деловито сказал Илья, тормозя возле Таньки.
– Очень хорошо, идите собирать.
– Есть!
Но сегодня мы занимались уборкой недолго.
Была пятница, последний день занятий перед весенними каникулами, родители приходили поздно и я был на весь день отдан улице…
3
Небо над головой было синее-синее, а в вышине плыли жёлтые облачные груды, подсвеченные солнцем. Во дворе на столбе играло радио, орали ребята, о чём-то разговаривали бабки у подъезда, тренькали велосипедные звонки.