Сергей Чувашов – Захваченные чувства (страница 1)

Сергей Чувашов

Захваченные чувства

Глава 1. Последний рейс

Мелкий октябрьский дождь барабанил по огромным окнам аэропорта Домодедово, превращая взлётную полосу в размытое полотно серых оттенков. Элина Морозова поправила ремешок сумки на плече и бросила взгляд на табло вылетов. Рейс в Санкт-Петербург задерживался уже на полчаса.

– Как же я устала от этих командировок, – пробормотала она, устраиваясь в кресле у окна в зале ожидания.

За последние три месяца это была уже четвёртая поездка. Проект реконструкции исторического центра Петербурга требовал постоянного присутствия главного архитектора, и Элина, несмотря на усталость, не могла доверить это дело никому другому. Слишком много зависело от успеха этого контракта – не только её карьера, но и будущее небольшой архитектурной студии, которую она создавала последние пять лет.

Элина достала из сумки планшет и открыла файл с чертежами. Даже в аэропорту она не могла позволить себе расслабиться. Тонкие пальцы скользили по экрану, внося последние коррективы в проект фасада старинного особняка на Невском проспекте.

– Извините, это место свободно?

Голос заставил её поднять глаза. Рядом стоял мужчина в дорогом тёмно-синем костюме, с небольшим чемоданом в руке. Что-то в его облике показалось знакомым, но Элина не могла понять что именно.

– Конечно, садитесь, – ответила она, не отрываясь от планшета.

Мужчина устроился в соседнем кресле, и Элина почувствовала лёгкий аромат дорогого парфюма. Краем глаза она заметила, как он достал телефон и начал что-то печатать. Длинные пальцы, дорогие часы на запястье – всё говорило о том, что её случайный сосед явно не из числа обычных пассажиров эконом-класса.

Внезапно в зале ожидания что-то изменилось. Элина не сразу поняла что именно, но воздух словно сгустился от напряжения. Разговоры стихли, люди начали оглядываться по сторонам с беспокойством.

– Внимание! – раздался голос из динамиков. – В связи с техническими неполадками все рейсы временно задерживаются. Просим пассажиров сохранять спокойствие и оставаться в зале ожидания.

– Техническими неполадками? – скептически произнёс мужчина рядом. – В наше время это обычно означает что-то более серьёзное.

Элина впервые внимательно посмотрела на него и почувствовала, как сердце пропустило удар. Тёмные волосы с лёгкой сединой на висках, серые глаза, знакомый изгиб губ…

– Максим? – прошептала она, не веря своим глазам.

Он повернулся к ней, и на его лице отразилось то же самое потрясение.

– Элина… Боже мой, сколько лет прошло?

Пять лет, три месяца и двенадцать дней. Элина помнила точно, хотя никогда бы не призналась в этом вслух. Пять лет с того дня, когда Максим Волков разрушил её мечты и заставил поверить в то, что в этом мире честность и талант ничего не значат перед связями и деньгами.

– Да, довольно много, – сухо ответила она, отворачиваясь к окну.

Но Максим, казалось, не собирался сдаваться так легко.

– Элина, я знаю, что между нами… что в прошлом произошло много неприятного, но…

Его слова прервал оглушительный взрыв где-то в глубине аэропорта. Здание содрогнулось, зазвенели стёкла, а в зале ожидания воцарилась паника. Люди вскакивали с мест, кричали, бежали к выходам.

– Это теракт! – закричал кто-то. – Террористы в аэропорту!

Элина почувствовала, как сильная рука схватила её за запястье.

– Быстро, за мной! – Максим уже поднимался, увлекая её за собой. – Нужно найти укрытие!

Инстинкт самосохранения оказался сильнее старых обид. Элина позволила ему вести себя через толпу паникующих людей. Максим явно знал аэропорт лучше неё – он уверенно направился не к основным выходам, где скапливались люди, а к служебному коридору сбоку.

– Сюда! – Он толкнул дверь с табличкой "Только для персонала". – Здесь будет безопаснее.

За дверью оказался узкий коридор, ведущий к техническим помещениям. Максим быстро осмотрелся и открыл ещё одну дверь.

– Заходи!

Элина шагнула в небольшую комнату, заставленную коробками и уборочным инвентарём. Максим захлопнул дверь за ними и повернул ключ, который, к счастью, оказался в замке изнутри.

– Здесь мы переждём, – сказал он, тяжело дыша. – Это кладовая, её вряд ли будут проверять.

В комнате было тесно и темно, лишь тонкая полоска света пробивалась из-под двери. Элина прислонилась к стене, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Адреналин постепенно отступал, уступая место осознанию происходящего.

Она заперта в четырёх стенах с Максимом Волковым. С человеком, которого пять лет назад поклялась никогда больше не видеть.

– Как ты думаешь, что там происходит? – тихо спросила она.

Максим приложил ухо к двери, прислушиваясь к звукам в коридоре.

– Пока тихо. Но лучше не рисковать и посидеть здесь подольше.

Элина кивнула, хотя в темноте он этого не видел. Странно, но присутствие Максима, несмотря на всё прошлое между ними, почему-то успокаивало. В критической ситуации старые обиды отступали перед инстинктом выживания.

– Спасибо, – сказала она негромко. – За то, что вытащил меня оттуда.

– Не за что. – В его голосе послышались нотки той теплоты, которую она помнила по университетским годам. – Мы же… мы были друзьями. Когда-то.

Друзьями. Если бы всё было так просто. Элина закрыла глаза, и перед ней тут же всплыли воспоминания пятилетней давности…

Глава 2. Призраки прошлого

В тесной кладовой время словно остановилось. Элина сидела на перевёрнутом ящике, обхватив колени руками, а Максим устроился напротив неё на полу, прислонившись спиной к двери. Изредка до них доносились далёкие звуки – крики, топот ног, но в их импровизированном убежище царила тишина.

– Помнишь, как мы готовились к защите дипломов? – неожиданно произнёс Максим в полумраке. – Ты тогда три дня не спала, дорабатывая проект культурного центра.

Элина вздрогнула. Она не ожидала, что он заговорит о прошлом, да ещё и о хороших воспоминаниях.

– Зачем ты об этом? – холодно спросила она.

– Просто… – Максим помолчал. – В такие моменты понимаешь, что жизнь слишком коротка для вечных обид.

– Обид? – Элина почувствовала, как внутри неё поднимается знакомая волна гнева. – Ты называешь это обидами?

– Элина, я…

– Нет! – Она резко встала, насколько позволяла высота потолка. – Не смей сводить всё к детским обидам. Ты украл у меня будущее, Максим. Ту стипендию должна была получить я, и ты это прекрасно знал.

В темноте она не видела его лица, но чувствовала напряжение, исходящее от него.

– Я не крал, – тихо сказал он. – Комиссия приняла решение…

– Комиссия, в которой сидел твой отец! – Голос Элины дрожал от сдерживаемых эмоций. – Ты думаешь, я не знала? Анатолий Петрович Волков, член попечительского совета университета, вдруг проявил интерес к студенческим стипендиям именно в тот год, когда его сынок решил поучаствовать в конкурсе.

Максим молчал, и это молчание было красноречивее любых слов.

– Моя работа была лучше, – продолжала Элина, чувствуя, как старая боль поднимается из глубин памяти. – Все это знали. Даже профессор Кравцов сказал мне после защиты, что не понимает решения комиссии.

– Элина…

– А знаешь, что было хуже всего? – Она наклонилась к нему, и в тусклом свете её глаза блестели от слёз. – Не то, что ты получил стипендию. А то, что ты позволил мне поверить… что между нами что-то есть. Все эти месяцы, когда мы работали вместе, когда ты провожал меня домой после библиотеки, когда…

Она осеклась, не в силах продолжить. Воспоминания нахлынули с такой силой, что перехватило дыхание. Тёплые майские вечера, когда они сидели на скамейке в университетском дворике и обсуждали архитектурные проекты. Его рука, случайно коснувшаяся её руки, когда они склонялись над чертежами. Взгляды, которые длились чуть дольше, чем следовало…

– Ты думаешь, для меня это было игрой? – В голосе Максима прозвучала боль. – Думаешь, я специально…

– А разве нет? – Элина вытерла слёзы тыльной стороной ладони. – Ты же получил всё, что хотел. Стипендию, стажировку в Лондоне, связи отца. А я… я потеряла не только возможность учиться за границей, но и веру в то, что честность что-то значит в этом мире.

Максим поднялся, и в тесном пространстве кладовой они оказались совсем близко. Элина чувствовала тепло его тела, знакомый аромат одеколона, который он носил ещё в университете.

– Ты хочешь знать правду? – Его голос звучал хрипло. – Я не просил отца вмешиваться. Узнал об этом только после объявления результатов.

– И что же ты сделал? – Элина подняла на него глаза. – Отказался от стипендии? Сказал правду?

Максим молчал, и этого молчания было достаточно.

– Вот именно, – горько усмехнулась она. – Ты выбрал удобную позицию. Получил всё, что хотел, и при этом сохранил чистую совесть. Ведь формально ты ни в чём не виноват, правда?

– Элина, ты не понимаешь…