Сергей Чувашов – Захваченные чувства (страница 3)

– Надо. Потому что я не знаю, выберемся ли мы отсюда живыми.

Эти слова прозвучали как ледяной душ. Элина вдруг остро осознала их положение. Они заперты в здании, захваченном террористами. Неизвестно, что происходит снаружи, придёт ли помощь, найдут ли их.

– Не говори так, – попросила она.

– Но это правда. И если это наш последний разговор, я хочу, чтобы ты знала: я никогда не переставал тебя любить.

Сердце Элины пропустило удар. Она знала, что он скажет это, чувствовала, как слова висят в воздухе между ними, но всё равно не была готова их услышать.

– Максим…

– Я знаю, что не имею права. Знаю, что причинил тебе боль. Но я не мог молчать.

Элина закрыла глаза, пытаясь совладать с эмоциями. Пять лет она строила стены вокруг своего сердца, убеждала себя, что ненавидит его. А теперь эти стены рушились от одного признания.

– Ты не можешь просто взять и сказать это, – прошептала она. – После всего, что было между нами.

– А что было между нами, Элина? – Максим наклонился ближе. – Что было такого, что ты до сих пор не можешь мне простить?

– Ты предал меня!

– Я не предавал. Я был молодым и глупым, позволил отцу решать за меня. Но я никогда не предавал тебя.

– А поцелуй с Викой Соколовой на выпускном? – Слова вырвались прежде, чем Элина успела их остановить. – Это тоже не предательство?

Максим замер. Элина увидела, как по его лицу пробежала тень воспоминания.

– Ты видела, – сказал он не спрашивая.

– Видела. – Голос Элины дрожал от сдерживаемых слёз. – Видела, как ты целовал её в саду, пока я искала тебя, чтобы поговорить о нашем будущем. Видела и поняла, что для тебя я была просто развлечением.

– Это не так…

– Тогда объясни! – Элина вскочила, насколько позволяла высота потолка. – Объясни, как можно говорить одной девушке о любви, а через час целовать другую!

Максим тяжело вздохнул и провёл рукой по волосам – жест, который она хорошо помнила.

– Я был пьян, – сказал он тихо. – И зол. На отца, на себя, на всю ситуацию со стипендией. Вика подошла, начала утешать, и я… я поддался. Это было глупо и подло, но это ничего не значило.

– Для тебя, может быть. А для меня это значило всё.

– Элина, пожалуйста…

– Знаешь, что было хуже всего? – Она повернулась к нему, и в свете телефона он увидел слёзы на её щеках. – Не то, что ты меня обманул. А то, что я поверила в сказку. Поверила, что между нами что-то особенное, что ты видишь во мне не просто красивую девушку, а равную себе. Партнёра. Соратника.

– Я и видел! Вижу до сих пор!

– Тогда почему? – Её голос сорвался на крик, который она тут же приглушила, вспомнив об опасности. – Почему ты выбрал лёгкий путь? Почему не боролся за нас?

Максим молчал, и в этом молчании была вся правда. Он не боролся, потому что это было сложно. Потому что проще было взять то, что предлагала жизнь, чем бороться за то, что действительно важно.

– Я был трусом, – наконец сказал он. – Молодым, избалованным трусом, который не понимал цены того, что терял.

– А теперь понимаешь?

– Теперь понимаю. – Он поднялся и сделал шаг к ней. – Понимаю, что потерял самое дорогое, что у меня было. Понимаю, что все эти годы я пытался найти в других женщинах то, что было только в тебе.

Элина отвернулась к стене. Его слова причиняли боль и одновременно лечили старые раны. Она так долго ждала этого признания, этого объяснения. Но теперь, когда оно прозвучало, она не знала, что с ним делать.

– Слишком поздно, – прошептала она.

– Почему?

– Потому что я другая. Потому что пять лет – это много. Потому что я научилась жить без тебя.

– Научилась? – В голосе Максима прозвучало сомнение. – Тогда почему ты до сих пор не замужем? Почему, когда я спросил у Андрея Петрова о тебе год назад, он сказал, что ты ни с кем серьёзно не встречаешься?

Элина резко обернулась.

– Ты спрашивал обо мне?

– Спрашивал. И не только у Андрея. Я знаю о твоей студии, о проектах, которые ты ведёшь. Знаю, что ты получила премию молодых архитекторов два года назад. Я следил за твоей карьерой, Элина. Гордился тобой.

– Зачем? – Её голос был едва слышен.

– Потому что не мог отпустить. Потому что надеялся, что когда-нибудь найду в себе смелость подойти к тебе и попросить прощения.

Элина почувствовала, как внутри неё что-то ломается. Все эти годы она думала, что он забыл о ней, живёт своей жизнью, не вспоминая об их прошлом. А оказывается…

– Максим, – начала она, но её прервал звук шагов в коридоре.

Они замерли, прислушиваясь. Шаги приближались, и теперь было слышно, что идёт несколько человек.

– Проверьте все двери, – раздался знакомый голос с акцентом. – Они где-то здесь прячутся.

Максим выключил телефон, погрузив их в полную темноту. Элина почувствовала, как его рука находит её руку и крепко сжимает. В этом прикосновении была не только попытка успокоить, но и обещание защищать.

Дверная ручка дёрнулась. Потом ещё раз.

– Заперто, – сказал кто-то по-русски, но с сильным акцентом.

– Взломать?

– Нет, это просто кладовка. Идём дальше.

Шаги удалились, но Максим и Элина ещё долго не решались пошевелиться. Только когда коридор снова погрузился в тишину, Максим включил телефон.

– Они ищут кого-то конкретного, – прошептал он. – Это не случайный теракт.

– Откуда ты знаешь?

– По тому, как они действуют. Методично, целенаправленно. Они кого-то ищут.

Элина кивнула, хотя в темноте он этого не видел. Страх, который на время отступил под натиском воспоминаний и эмоций, снова вернулся. Они в ловушке, и неизвестно, сколько ещё продлится это испытание.

– Максим, – позвала она тихо.

– Да?

– Если мы выберемся отсюда… что будет дальше?

Он помолчал, обдумывая ответ.

– Не знаю, – честно признался он. – Но я хотел бы попробовать начать сначала. Если ты дашь мне такой шанс.

Элина закрыла глаза. Сердце говорило одно, разум – другое. А где-то между ними билась истина, которую она пока не была готова принять.

– Спроси меня об этом, когда мы выберемся, – прошептала она.

– Обязательно спрошу.

И в его голосе прозвучала такая уверенность, что Элина почти поверила: они действительно выберутся. Живыми и невредимыми.

Глава 4. Исповедь в темноте

Прошло ещё несколько часов. Элина дремала, прислонившись к стене, когда её разбудил тихий звук. Максим что-то шептал, и сначала она подумала, что он разговаривает с ней. Но потом поняла – он молился.

– Максим? – позвала она шёпотом.