Сергей Чувашов – Виноградные берега. Анапа 1936, 1945 (страница 1)
Сергей Чувашов
Виноградные берега. Анапа 1936, 1945
ГЛАВА 1. ПРИБЫТИЕ
Поезд замедлил ход, и сквозь запотевшее окно вагона показались первые проблески моря — той самой синевы, которая манила Екатерину Волкову уже несколько месяцев, с тех пор как она получила направление на археологические раскопки в Анапе. Май 1936 года выдался на удивление тёплым, и даже здесь, в купе третьего класса, пахло весной и солёным ветром.
Екатерина поправила выбившуюся из-под берета прядь каштановых волос и в который раз проверила содержимое своего потёртого чемодана. Всё на месте: полевые дневники, измерительные инструменты, фотоаппарат «Фотокор» — подарок научного руководителя, и самое ценное — письмо от Института археологии с официальным разрешением на проведение раскопок античной Горгиппии.
— Анапа! Конечная! — прокричал проводник, и сердце Екатерины забилось чаще.
Она была археологом всего три года, но уже успела поработать на раскопках в Херсонесе и Танаисе. Анапа же представлялась ей особенным местом — здесь, на месте древней Горгиппии, должны были скрываться сокровища, способные пролить свет на жизнь античных поселенцев Причерноморья.
Вокзал Анапы встретил её запахом акации и морской соли. Небольшое здание утопало в зелени, а за ним, словно мираж, мерцала синяя полоса моря. Екатерина остановилась на перроне, вдыхая этот удивительный воздух, в котором смешались ароматы степных трав и морской свежести.
— Барышня, извозчик нужен? — обратился к ней пожилой мужчина в выцветшей гимнастёрке.
— Мне нужно в гостиницу «Кавказ», — ответила Екатерина, поднимая чемодан.
— А, к Марии Петровне! Хорошая хозяйка, чистота у неё образцовая. Садитесь, довезу за пятнадцать копеек.
Пока повозка катилась по пыльным улочкам Анапы, Екатерина жадно впитывала новые впечатления. Город показался ей удивительно уютным — невысокие домики под черепичными крышами, палисадники, полные роз и винограда, и повсюду этот особенный южный свет, мягкий и золотистый.
Гостиница «Кавказ» располагалась в двухэтажном здании недалеко от центра. Хозяйка, полная женщина лет пятидесяти с добрыми глазами, встретила Екатерину как родную дочь.
— Мария Петровна Сидорова, — представилась она, вытирая руки о передник. — А вы, стало быть, та самая учёная барышня из Москвы? Уж как я ждала! Комнату лучшую приготовила, с видом на море.
Комната действительно оказалась прекрасной — чистая, светлая, с высокими потолками и большим окном, из которого открывался вид на морскую гладь. Екатерина поставила чемодан на деревянный пол и подошла к окну. Внизу расстилался небольшой садик с виноградными лозами, а за ним — бескрайняя синева Чёрного моря.
— Красота, правда? — спросила Мария Петровна, входя с подносом. — Чай привезла, с местным мёдом. А завтра, если хотите, познакомлю с Николаем Морским — он у нас лучший знаток здешних мест. Отец его, царство ему небесное, всю жизнь рыбачил, много чего интересного рассказывал про старину.
Екатерина с благодарностью приняла стакан ароматного чая. Имя Николая Морского ей уже встречалось в переписке с местными властями — его рекомендовали как проводника, хорошо знающего побережье.
— Он согласился помочь с раскопками? — спросила она.
— Ещё как! Николай парень любознательный, хоть и рыбак потомственный. Говорит, интересно ему узнать, что там под землёй скрывается. Завтра утром и встретитесь.
Вечер Екатерина провела, изучая карты местности и планы будущих раскопок. За окном шумело море — тихо, убаюкивающе, и этот звук казался ей музыкой, под которую рождались самые смелые научные планы.
Она и не подозревала, что завтрашняя встреча с Николаем Морским изменит не только её исследовательские планы, но и всю её жизнь. А пока что она засыпала под мерный шум прибоя, мечтая о древних сокровищах, которые вот-вот откроют ей свои тайны.
Утро в Анапе началось с пения птиц и запаха жасмина, доносившегося из сада. Екатерина проснулась рано, полная энергии и предвкушения. Сегодня начиналась её новая жизнь — жизнь исследователя в этом удивительном южном городе.
ГЛАВА 2. ВСТРЕЧА У МОРЯ
Николай Морской поднялся с рассветом, как это делал каждый день уже двадцать лет своей жизни. В тридцать два года он был одним из самых опытных рыбаков Анапы, хотя соседи частенько подшучивали над его «учёными замашками» — Николай любил читать и размышлять о прошлом своего родного города.
Сегодня утром он не пошёл в море. Вчера Мария Петровна попросила его встретиться с приезжей археологом, и Николай, несмотря на природную застенчивость, согласился. Что-то в этой просьбе его заинтриговало — возможно, наконец-то найдётся человек, который поймёт его интерес к древним камням и черепкам, которые он иногда находил в своих сетях.
Он шёл по набережной к гостинице «Кавказ», любуясь утренним морем. Вода была спокойной, словно зеркало, отражающее розовые облака. Чайки кружили над волнами, высматривая добычу, а вдалеке виднелись паруса рыбацких лодок, уходящих на промысел.
У крыльца гостиницы его ждала молодая женщина в простом, но изящном платье цвета морской волны. Каштановые волосы были аккуратно убраны под небольшую шляпку, а в руках она держала кожаную сумку и блокнот. Когда она подняла голову, Николай увидел серые глаза, умные и внимательные, в которых читалось любопытство к миру.
— Вы Николай Морской? — спросила она, и голос её оказался мелодичным, с лёгким московским акцентом.
— Да, это я, — ответил Николай, снимая кепку. — А вы, должно быть, Екатерина Александровна?
— Просто Катя, — улыбнулась она, и Николай почувствовал, как что-то тёплое разливается в груди. — Мария Петровна так много рассказывала о вас. Говорит, вы лучше всех знаете здешние места.
— Знаю с детства, — скромно ответил Николай. — Отец водил меня по всему побережью, показывал, где какие камни лежат, где рыба ловится. А теперь я и сам иногда что-то интересное нахожу.
Они пошли вдоль берега, и Николай рассказывал о том, что знал об истории этих мест. Екатерина слушала внимательно, время от времени делая пометки в блокноте, и Николай удивлялся тому, как легко ему говорить с этой женщиной. Обычно он был немногословен, особенно с незнакомыми людьми, но с Катей слова лились сами собой.
— Вот здесь, — сказал он, остановившись у небольшого мыса, — дед мой находил когда-то монеты. Старинные, с непонятными буквами. Одну я до сих пор храню.
— Можно посмотреть? — оживилась Екатерина.
Николай достал из кармана небольшую медную монету, потемневшую от времени. Екатерина осторожно взяла её в руки, и когда их пальцы соприкоснулись, оба почувствовали лёгкое волнение.
— Это действительно античная монета, — сказала она, рассматривая находку. — Видите эти буквы? Это греческий алфавит. Скорее всего, монета чеканилась в самой Горгиппии.
— Горгиппии? — переспросил Николай.
— Так назывался ваш город в древности. Здесь жили греки, торговали, строили храмы. И где-то под нашими ногами лежат остатки их домов, их жизни.
Николай смотрел на Екатерину, и ему казалось, что он видит её впервые. В её глазах горел огонёк увлечённости, и этот огонь был заразителен. Впервые в жизни он встретил человека, который мог превратить обычные камни и черепки в живую историю.
— Покажете мне место, где хотите копать? — спросил он.
Они поднялись на небольшой холм, поросший дикой травой и кустарником. Отсюда открывался прекрасный вид на море и город. Екатерина достала карту и начала объяснять свои планы.
— По данным предварительных исследований, здесь должен находиться центр древнего города. Возможно, мы найдём остатки агоры — рыночной площади, или даже храма.
— А что, если найдём что-то ценное? — спросил Николай. — Золото, например?
Екатерина засмеялась — звонко и радостно.
— Для археолога любая находка ценна. Простой глиняный горшок может рассказать больше о жизни древних людей, чем золотая диадема. Хотя, конечно, — добавила она с лукавой улыбкой, — золотую диадему найти тоже было бы неплохо.
Они проговорили до полудня, и Николай понял, что не хочет расставаться с этой удивительной женщиной. Когда солнце поднялось высоко, он предложил:
— Может быть, покажу вам наши пещеры? Там тоже иногда находят старинные вещи.
— Обязательно! — согласилась Екатерина. — Но сначала давайте пообедаем. Мария Петровна обещала приготовить что-то особенное.
Они вернулись в гостиницу, и за обедом Николай рассказал о своей семье, о рыбацких традициях, о том, как любит море в разную погоду. Екатерина слушала, и ей казалось, что она знает этого человека уже много лет. В его простых словах была такая искренность, такая глубина, что сердце её невольно откликалось.
После обеда они отправились к пещерам. Тропинка вела через виноградники, где уже наливались первые грозди, и воздух был напоён сладким ароматом цветущих лоз. Екатерина шла рядом с Николаем, и ей казалось, что она попала в сказку — так прекрасен был этот южный день, так удивителен был её спутник.
У входа в пещеру Николай зажёг фонарь.
— Осторожно, — сказал он, подавая Екатерине руку. — Здесь скользко.
Их руки снова соприкоснулись, и на этот раз оба не торопились разжать пальцы. В полумраке пещеры, освещённой дрожащим светом фонаря, они стояли очень близко друг к другу, и воздух между ними словно наэлектризовался.