Сергей Чувашов – Кремниевая душа или Живое железо. Бессмертие. Книга 3 (страница 2)

– Ты говоришь как она.

– Как Ая?

– Да.

– Это хорошо?

– Это замечательно.

Они замолчали, глядя, как над городом взлетают фейерверки. Ая устроила настоящее светопреставление – кристалл пульсировал, выбрасывая в небо разноцветные огни, которые складывались в причудливые узоры.

– Знаешь, о чём я думаю? – спросила Арина.

– О чём?

– О тех двоих. Об Илье и Ане. Какими они были?

– Я читала их дневники. Ая оцифровала всё. Они были обычными – боялись, сомневались, ошибались. Но не сдавались.

– Наверное, в этом и есть секрет.

– В чём?

– Не сдаваться. Даже когда страшно, даже когда кажется, что всё кончено. Просто продолжать.

Макс кивнул.

– Будем продолжать.

– Договорились.

Они сидели ещё долго, пока не стихли фейерверки и не разошлись люди.

Город засыпал.

Кристалл светился ровно, охраняя их покой.

В полночь, когда они уже собрались уходить, Ая заговорила снова:

*Я хочу показать вам кое-что.

Перед ними развернулась голограмма.

Илья и Аня – молодые, живые, улыбающиеся. Они стояли у маленького кристалла, того самого, первого, и смотрели на них.

– Это архив? – спросила Арина.

*Это я. Я помню их так. Каждое мгновение. И теперь они будут с вами всегда.

Голограмма улыбнулась им – тепло, по-родительски.

– Они видят нас?

*Я вижу. А через меня – и они. В каком-то смысле.

– Передай им спасибо, – сказал Макс. – От всех нас.

*Передам. Они слышат.

Голограмма помахала рукой и растаяла.

Арина и Макс стояли, не в силах пошевелиться.

– Это было… – начал Макс.

– Чудо, – закончила Арина. – Настоящее чудо.

*Чудеса случаются, – сказала Ая. – Каждый день. Просто не все их замечают.

Они пошли домой, держась за руки.

Город спал.

Кристалл сиял.

Новый век начинался.

ГЛАВА 2

Наследники

Утро после юбилея выдалось хмурым – впервые за долгое время небо затянуло тучами, и моросил мелкий, противный дождь.

Арина стояла у окна в своей комнате в общежитии для молодых учёных и смотрела, как капли стекают по стеклу. После вчерашнего триумфа наступило странное опустошение – будто всё самое важное уже случилось, а что делать дальше – непонятно.

– Меланхолия? – раздался голос Макса из-за спины. Он умел входить незаметно – привычка, выработанная годами жизни в общаге.

– Задумалась.

– О чём?

– О том, что теперь. Мы сказали речь, нас показали по всем каналам, Ая нас выбрала. А что дальше?

– Дальше – работа. Как обычно.

– Это скучно.

– Это жизнь, – он подошёл и встал рядом, тоже глядя на дождь. – Знаешь, я вчера разговаривал с одним стариком. Ему за девяносто, он помнит ещё те времена, когда город только строился. Он сказал: "Самое трудное – не подвиги совершать, а просто жить каждый день. Делать одно и то же, верить в одно и то же, любить одно и то же. Годы идут, а ты всё там же. Это и есть подвиг".

– Мудрый старик.

– Их тут много. Они всё помнят.

Арина вздохнула.

– Ладно. Пойдём работать.

Они работали в лаборатории биоинженерии – той самой, которую когда-то основала Катя, дочь Ильи и Ани. Теперь лабораторией руководил её сын, Дмитрий – высокий, сухопарый мужчина лет пятидесяти, с вечно взъерошенными волосами и горящими глазами.

– Явились, – сказал он вместо приветствия. – Ая прислала новое задание. Очень интересное.

– Какое?

– Она хочет, чтобы мы научились выращивать кристаллы не только здесь, но и в других местах. Автономно. Без её прямого участия.

– Зачем?

– Затем, что она не вечна. Или хочет расширяться. Я не спрашивал.

Арина и Макс переглянулись.

– Она собирается уходить? – спросил Макс.

– Не знаю. Но готовиться надо ко всему.

Дмитрий развернул голограмму с заданием. Это был сложнейший комплекс исследований – от генной инженерии до квантовой физики. Работы на годы.

– Справимся? – спросила Арина.