Сергей Чехин – Сакрополис. Маг без дара (страница 51)

– У гомункулов мало мягких тканей, – Зарубин пожал плечами. – Возможно, их просто неудобно есть.

– Да я не в этом смысле. Манород приманивает существ. А тут – никого, хотя излучения достаточно, чтобы заметить издалека.

– Даже не знаю… Может, где-то рядом лежит больше трупов, и все трапезничают там?

– Надеюсь, мы их отыщем.

Я наконец-то вынул заветный трофей и поднес к глазам, чтобы насладиться переливчатым сиянием. И только тогда заметил напротив целую россыпь светящихся голубых точек.

– Хм… Должно быть, вон та самая куча тел.

– Где? – Захар огляделся.

– Да вон же, – указал пальцем.

Товарищ направил на мерцание луч, который вырвал из мрака вовсе не ворох дохлых уродов, а одного – огромного и вполне себе живого. Тут же стало ясно, почему погасла одна из точек при нашем приближении, и почему рядом нет мелких хищников.

Все потому, что совсем рядом обосновался хищник побольше, и ему явно не понравилось, что мы позарились на его драгоценные кристаллы…

Глава 26

Выскочившее из мрака существо было размером с фургон и напоминало помесь осьминога, паука и краба. От первого оно взяло мясистую головогрудь, клюв и четыре толстых щупальца. От второго – по шесть мелких глазок и восемь членистых ног с острыми волосками, а от последнего – хитиновые шипы и пластины, выросшие по всему телу на манер латных доспехов.

Не став тратить время на попытку спугнуть чужаков, тварь тут же атаковала – толщина щупалец не позволяла легко и быстро обхватить столь мелкую добычу, зато врезать могла так, что уже не очнешься. Захар хотел ударить в ответ световым лучом по зенкам, то мутант успел прикрыть их решетчатым забралом, и заклинание лишь чиркнуло по броне.

Зато прямое попадание щупальца отбросило клирика метров на десять. Хорошо, что тот успел создать вокруг левой руки плотный водяной щит, иначе от костей осталось бы одно крошево. И пусть поручик уцелел, его сильно оглушило, и немедленно продолжить бой он не мог – просто висел над песком и пьяно тряс головой.

Гад же останавливаться не собирался – судя по нездоровому синеватому блеску в глазах, он каким-то чудом пристрастилось к манороду. Возможно, грунтовые воды попадали в море из подземелья, а может, в подводных пещерах находились еще неизведанные жилы – так или иначе, крабоног задался целью во что бы то ни стало полакомиться насыщенной маной плотью.

И немедленно устремился к обездвиженной добыче, не обращая внимания ни на что вокруг. И остановить его мог только я – даже если магистры выскочат из подлодки прямо сейчас, тварь успеет добраться до Захара. Что же – разве бывают герои без подвигов, а приключения – без сражений с чудовищами? Нет. А значит, прочь страх, долой сомнения – настал мой звездный час.

Я рванул мутанту наперерез, на ходу призывая силу сразу трех стихий. Несмотря на сложность задуманного, все получилось достаточно быстро – едва ли не со скоростью мысли, и тому поспособствовали два фактора. Во-первых, я прошел какую-никакую практику и разобрался, с какого конца держаться за «меч». Во-вторых, сказалось богатое воображение и опыт тщательного продумывания сцен и предложений.

Еще подплывая к твари сбоку, я во всей красе представил, как вода предо мной расступается, образуя широкий рукав или жгут прямо до бока противника. Из той же самой воды в эту полую подвижную «трубу» поступает чистый кислород, который поддерживает и многократно усиливает вырвавшийся из ладони огонь.

Раскаленная добела струя метнулась к цели с пузырчатым ревом, похожим на звук, когда в раскаленное масло бросили горсть кубиков льда. В итоге получилось некое подобие пламенного кнута, который на огромной скорости секанул по корпусу твари. Но даже такой силы не хватило, чтобы пробить хитиновый щит, зато одну из ножек срезало подчистую, а вторую прожгло насквозь.

Я не убил гада с первой подачи (довольно странно ваншотнуть рейд-босса), но выполнил свою главную задачу – спасти Зарубина. Осьмиук резко затормозил, зарывшись острыми кончиками ног в песок, и поднял целое облако мути. Развернулся в мою сторону, быстро нашел обидчика и немедленно приголубил сразу с двух щупалец.

И расторопности и реакции военного у меня, увы, не имелось. Я впопыхах замахал руками, мысли спутались, и вместо заслона напротив возник небольшой пузырь. И меня точно разорвали бы на части, но левый тентакль на полпути внезапно прижался к дну, а правый пригвоздила очередь из длинных гарпунов.

– Скорее на борт! – рядом со мной появилась Вивьен и водяным прессом сдавила щупальце. – Мы прикроем!

Хотел спросить: мы – это кто, но тут мимо пролетел пучок ослепительных молний и ужалил чудовище в уродливый мешок на башке. Зых неудержимым электрическим шмелем накинулся на монстра и принялся хлестать разрядами в неприкрытые хитином места. Никогда не видел старика в таком яростном задоре – усы встопорщены, в глазах мерцают голубые сполохи – ну прямо Зевс, только маленький.

Несмотря на относительно слабые атаки, теперь сам крабоног оказался оглушен и дезориентирован. Вот только все еще пребывал в опасной близости от поручика. И вместо того, чтобы спастись на корабле, я со всех сил рванул к нему, схватил на полном ходу, как нападающий регбист, и увел прочь от топчущейся на месте громадине.

Обогнул ее широкой дугой и взял курс на буксир, как вдруг третье щупальце схватило за ноги и сжало, как питон. Хорошо, что Захар к тому моменту пришел в себя и резанул промеж пластин сфокусированным лучом. Но вместо того, чтобы отпустить добычу, чудище дернуло конечностью так, как обычно дергает рукой человек, когда случайно хватается за что-то горячее.

И я описал такой крендель, что на миг потерял сознание от перегрузки. А очнулся в шаге от раззявленного клюва, куда меня пытались поскорее запихнуть. Раз уж не дают нормально поесть – хватай, сколько влезет, и по тапкам. Но меня больше взволновала не скорая кончина, и не возможный план по спасению, а блестящие сопли в пасти гиганта. А если точнее, то на покрытой мерзкой слизью глотке я увидел голубые отсветы со знакомой угловатой кромкой.

Похоже, прежде чем перейти к десерту, крабоног плотно перекусил дохлыми гомункулами, а это заметно усложняло дело. Мы не могли отпустить гада, потому что он таскал в брюхе козырную карту для нашей победы. И не могли лупить его магией, ведь если мясной мешок лопнет, то сферы могут сдетонировать – и тогда прощай единственный шанс на спасение.

И пока я думал, как провернуть все в лучше свете, неподалеку раздался усиленный магией крик Вивьен:

– Матвей, держитесь!

Из грунта выстрелил длинный ржавый штырь, явно созданный Раулем из старого якоря или иного обломка, пробил клюв и застрял в нёбе. Тварь дернулась, попыталась вырваться, но тщетно – так и осталась с раззявленным ртом, и француженка тут же направила в него поток перемешанной с грязью воды. Зачем? Школьная физика подскажет – чем ближе частицы, тем лучше по ним пройдет разряд.

Проще говоря, магистр сделала токопровод, и Карл Васильевич уже катал меж ладоней яркий как аргоновая сварка разенган, готовясь послать электричество прямо в желудок. То есть туда, где как раз лежали проглоченные сферы. И знаете – никогда прежде я не соображал столь быстро и четко. И за доли секунды сделал для монстра то, чего не смог сделать себе и соратнику – а именно, поднял непроходимый для заряда воздушный щит.

Стена воздуха развеяла мутный жгут, и француженка от удивления аж всплеснула руками.

– Что вы делаете?!

– Он сожрал сферы! – прокричал, борясь со сдавившим тело отростком. – Его нельзя бить магией!

– Тогда давайте просто прогоним…

– И прогонять нельзя! – вот же задача трех тел, млять. – Займитесь щупальцами!

Волшебники объединил усилия и срезали удерживающий меня отросток силой трех стихий. Крабоног заверещал, оттолкнулся всеми оставшимися лапами и соскочил со штыря. После чего сразу атаковал нас сквозь облако густой, похожей на чернила крови.

– Надо уходить! – Вивьен скрестила предплечья перед лицом и сгустила воду почти что до плотности льда.

От хлестких ударов ледяная стена тут же пошла трещинами, а во все стороны брызнула крошка – еще немного, и придется возводить новую. Но судя по тяжелому дыханию и обильному поту, большие фокусы отнимали большие силы.

И это без учета постоянных трат маны на поддержание колдовских скафандров, так что дальнейшая схватка в тех же условиях грозила обернуться скорым поражением. А нам нужна победа. Всего одна. И за ценой не постоим. Но и разбазаривать ресурсы тоже не стоит, иначе на финальную схватку ни черта не останется.

– Все на борт! – я указал на парящую над нами подлодку. – Корабль станет нашем оружием!

Возражений не последовало. Мы один за другим поднялись в рубку и заперли дверь.

– Рауль, нам нужно больше гарпунов, – я утер лицо и зажмурился от соленой влаги. – Штук сто, чтобы превратить эту шныгу в подушку для иголок. Рауль?

Давыдов лежал в углу в полубессознательно состоянии, мелко трясся, как от разрядов тока, и пускал пену с губ. Я не врач, но по всем признакам – эпилепсия, чего раньше за парнем не наблюдалось. Либо удачно скрывал, либо болезнь проявилась на фоне чрезвычайного нервного и физического напряжения. Бросился к товарищу и кликнул Захара, но клирик уже взялся за дело.