Сергей Чебаненко – Лунное сердце - собачий хвост (страница 56)
Довченко рычит - совершенно по-звериному, - и делает рывок ко мне. Иван, который стоит рядом с ним, молниеносно выставляет вперед ногу. Споткнувшись, убийца растягивается на песке. Пытается встать, но Иван ногой припечатывает его к марсианскому песку:
- Лежать!
- Уверен, что внутри зарядника сделана проволочная перемычка, - говорю я. - Перед тем как зарезать Белова, Довченко дождался, пока Иван и Сергей Николаевич вышли из купе, а Виталий Юрьевич задремал. Он вставил эту самоделку в розетку, которая расположена внизу, рядом с его полкой. Этого хватило для замыкания. Свет в вагоне погас. Нож у него уже был наготове. Довченко обернул рукоять простыней, взятой с полки Сергея Николаевича Петровина, и выскочил в коридор. До рабочего купе, в котором был Белов, всего пара шагов...
Человек у наших ног конвульсивно дергается и гребет руками, словно пытается зарыться в песок. Иван убирает ногу со спины Довченко.
- А потом он вернулся в купе, накрылся с головой простыней и начал храпеть, - я замолкаю на секунду. -Этот храп долго сбивал меня с толку. Виталий Юрьевич, -я поворачиваюсь к Кузину, - вспомните, пожалуйста, храпел ли Довченко в предыдущие две ночи?
- Н-нет, - чуть запинаясь, произносит Кузин. На его лице выражение растерянности и испуга. - У меня очень чуткий сон. Не храпел.
- Храп понадобился, чтобы создать алиби, - мои губы сами собой растягиваются в торжествующей улыбке. - Довченко храпел, чтобы все были уверены, что он ни на минуту не покидал своей полки. И у него все бы получилось самым замечательным образом. Любой следователь решил бы, что убийца пришел откуда-то из другого купе или даже из другого вагона. Но вмешался дух батыра Думрула и отделил ту часть поезда, в которой произошло убийство. Пока мы путешествовали по мирам, зарядное устройство с перемычкой лежало у Довченко под подушкой. Когда он случайно подслушал мой разговор с Айгуль в коридоре, - мы хотели понять, почему в вагоне погас свет, - то всерьез забеспокоился. Решил выбросить испорченный зарядник на ближайшей же остановке - на Луне.
Существо, бывшее когда-то человеком, резко приподнимается на локтях, подтягивает колени и так, на четвереньках, лавируя между наших ног, суетливо перемещается к холму. Его горло исторгает невнятное бормотание. Неловко приподнявшись, он встает на ноги и начинает карабкаться вверх по крутому склону -торопливо, оскальзываясь, то и дело съезжая по песку назад.
- Послушайте, Довченко, - произносит Зайчонок с откровенным презрением, - я хочу вам напомнить, что мы находимся на Марсе. Вам некуда бежать!
Существо, карабкающееся вверх по холму, издает невнятный рык и делает натужный рывок вперед.
- Он сошел с ума, - шепчет срывающимся голосом Петровин. - Его нужно немедленно остановить!
Трубный победный рев раздается за нашими спинами. Я стремительно оборачиваюсь. Ержан Рустемов широкими шагами идет к нам, прямо к подножию холма. Дух батыра Думрула узрел убийцу человеческими глазами...
Мы расступаемся, давая ему дорогу. Но Ержан вдруг останавливается. Клекот, пронзительный вой, давящий на барабанные перепонки, рождается в пространстве. Серебристый бешено крутящийся вихрь медленно выходит из тела Рустемова, и, увлекая за собой песок и мелкие камни, начинает подниматься к вершине холма следом за Довченко.
Глаза Ержана закрыты. Он на секунду замирает и начинает оседать, но Зайчонок и Иван, - слева и справа, -в мгновение ока оказываются рядом, подхватывая Рустемова под руки. Голова космонавта дергается, на лице появляется выражение боли и страдания, он открывает глаза.
- Где я? - голос у Ержана срывающийся, хриплый. Он окидывает нас суматошно-испуганным взглядом, останавливает взор на Зайчонке, потом на Айгуль:
- Лев. Доченька.
- Отец! - девушка заключает космонавта в объятия, прижимается лицом к груди.
- Ержан, мы - на Марсе, - нервно хохотнув, произносит Зайчонок. - Все объяснения - потом. Ты идти сможешь?
- Смогу, - Рустемов становится на ноги, стоит чуть покачиваясь.
Его удивленный взгляд скользит по лицам вокруг, по марсианской пустыне и барханам коричневого песка и останавливается на карабкающемся к вершине холма Довченко и уже почти настигшем его серебристом вихре.
Человек на четвереньках на склоне испуганно озирается, словно его ударили плетью, и всего лишь мгновение я вижу свисающую на лоб челку темных волос, округлившиеся от страха глаза, острые черные стрелки усов над перекошенным от ужаса ртом. Довченко издает душераздирающий вопль и почти уже ползком рвется вперед. Туда, где ему суждено умереть.
Вихреобразная фигура Думрула начинает дрожать. Вращение вихря убыстряется. Вверх взлетают пыль и мелкие камешки.
Перед ползущим Довченко на самой вершине марсианского бархана появляется красное свечение. Словно два огромных алых крыла развернулись в пространстве над песками.
- Пришел Алдашы - ангел смерти, - едва слышно испуганно выдыхает Айгуль.
Красные крылья стремительным движением охватывают фигуру убийцу, резко поднимают его вверх. И секунду спустя алая круговерть молнией уходит в небо, утягивая за собой что-то непроглядно темное, клубящееся и мрачное. Тело Довченко словно взрывом отшвыривает обратно к подножию холма, к нашим ногам. Одного взгляда достаточно, чтобы понять, - убийца мертв: в стекленеющих глазах навеки застыл ужас, лицо похоже на покрывшуюся мельчайшими трещинками глиняную маску.
- Ангел смерти забрал его душу... - шепот Айгуль набатом звучит среди наступившей тишины.
С легким клекотом серебристый вихрь духа батыра Думрула начинает перемещаться к вагону.
- Быстро назад! - командует Зайчонок. - Иначе останемся на Марсе!
- А с этим что делать? - Иван кивает на распростертое на камнях тело Довченко.
- Забираем с собой! - рычит Лев. - Не оставлять же на Марсе эту грязь!
Мы вчетвером - я, Иван, Зайчонок и Кузин -хватаем труп за руки и ноги и тащим в сторону вагона. Свитер на теле Довченко задирается вверх, становится виден широкий пояс с прозрачными карманчиками из полиэтилена, в которых аккуратно сложены столбиками золотые монеты.
Картина преступления окончательно складывается у меня в голове.
- Вот и мотив для убийства, - на ходу говорю я. -Скорее всего, Довченко перевозил контрабанду. Прятал ее где-то в багаже, а вчера вечером решил надеть пояс на себя и пошел со свертком в туалет. Но там, в двери, очень плохой замок. Белов случайно открыл дверь и все увидел. Тогда Довченко и решил его убить - как можно скорее, чтобы проводник никому не рассказал о золотых монетах на поясе у пассажира.
20
.Исчезают вогнутые серые стены со стороны вагонного коридора и тамбура. Туманную пелену за окнами вагона сменяет вид малиново-оранжевого рассветного неба над бескрайним степным простором. Земля.
Серебристый вихрь обретает очертания
человеческой фигуры. Дух батыра Думрула. Мне кажется, что я вижу его лицо - человеческое, доброе, улыбающееся.
- Спасибо, люди, - в его трубном голосе слышатся и торжество, и усталость. - Мы вместе нашли и покарали убийцу. Пусть всегда побеждает справедливость!
Серебристый смерч закручивается в тонкую колонну и уходит вверх, просачиваясь сквозь крышу вагона.
Мы все - я и Айгуль, Иван и Анечка, Зайчонок с Рустемовым, Елена Петровна с Баянгожиным, Кузин и Петровин - толпой стоим в коридоре вагона и растерянно смотрим друг на друга.
- Вот и все, - с кривой ухмылочкой произносит Иван. - Приключение закончилось!
- А было ли оно вообще? - Виталий Юрьевич скептически отвешивает нижнюю губу. - Может быть, нам все это просто привиделось? И Венера, и Марс...
- .И я на пару с Ержаном тоже привиделся, - со смешком продолжает Зайчонок. - И килограммов двести грунта с разных планет, который в мешках стоит в тамбуре.
- .И два трупа в купе проводников, - со вздохом добавляю я.
- Ну, знаете, - Кузин, смутившись, разводит руками. - Я всего лишь высказал предположение.
- Однако все не так просто, товарищи, - озадаченно говорит Сергей Николаевич. - Ну-ка, посмотрите на свои часы.
Мы дружно смотрим - кто на часы, а кто на экранчики мобильников и смартфонов.
- Двадцать один час сорок пять минут, -продолжает Петровин. - Если верить часам, то наше космическое путешествие заняло всего пятнадцать или двадцать минут. С того самого момента, как в купе был обнаружен труп проводника и появился Думрул.
- Ну, уж этого никак не может быть, Николаич! -скептически кривит губы Кузин. - Есть же все-таки субъективные ощущения. Прошло не менее восьми часов!
- Виталий Юрьевич, - громогласно хохочет Иван, -сами же только что говорили: все могло нам просто привидеться!
- Я решительно отказываюсь что-либо понимать! -возмущенно пыхтит инженер и трясет полными щеками. -Это все за пределами логики, товарищи!
- Можно вот что предположить, - говорю я, - внутри серой сферы, которая отсекла часть вагона от остального поезда после убийства проводника и вмешательства Думрула, время шло как-то иначе. А теперь мы снова соединились с поездом, и временной поток стал единым, как и прежде.
- Пожалуй, это самое логичное объяснение, друзья, - кивает Ержан Рустемов. Он уже полностью пришел в себя после тесного “общения” с Думрулом и, кажется, окончательно разобрался в ситуации. - Мы с вами путешествовали внутри некой локальной вневременной зоны. А сейчас вернулись в нормальный поток времени.