Сергей Буркатовский – Война 2020. Первая космическая (страница 58)
Были построены гигантские стенды, на которых с 1955 по 1967 год (завидное упорство!) отрабатывались самые мощные на то время, с тягой на уровне моря 670 тонн, двигатели F1, а также прожигалась первая ступень гигантской ракеты-носителя «Saturn-V» в сборе.
Была создана инфраструктура по производству и применению в ракетной технике жидкого водорода. Были отработаны компактные компьютеры для орбитальных и посадочных кораблей.
И главное – была отработана схема управления столь масштабными проектами.
Разработчиком и изготовителем первой ступени гигантской ракеты «Saturn-V» (S-IC) была компания «Boeing».
Второй ступени (S-II) – «North American Aviation».
Третьей ступени (S-IVB) – «Douglas Aircraft Company».
Одну ракету делали 3 крупные компании. Совместно. И делали хорошо – несмотря на отдельные отказы, все пуски «Сатурна-5» были успешными.
Двигатели – кислород-керосиновый F-1 и кислород-водородный J-2 производила компания «Rock-etdyne», командно-служебный модуль (орбитальный корабль) – компания «Rockwell», лунный модуль – компания «Grumman». В таком подходе были и свои минусы, проявившиеся, в частности, во время аварии корабля «Аполлон-13», когда поглотители углекислоты в системах жизнеобеспечения командного модуля и взлетной ступени лунного корабля оказались невзаимозаменяемыми. Но плюсы столь масштабной концентрации и координации усилий перевесили.
В результате инициированная в 1961 году президентом Кеннеди программа пережила две смены администраций в Белом доме и увенчалась успехом. 21 июля 1969 года в 02 часа 56 минут 20 секунд по Гринвичу американский астронавт Нейл Армстронг первым из землян ступил на поверхность Луны.
Однако после шести успешных высадок на Луну, после центнеров доставленного с нашего спутника грунта программа была закрыта.
Отчасти это объясняется общим кризисом западной экономики середины 1970-х годов, усугубленного конкретно для США поражением во Вьетнамской войне и последовавшим кризисом общества.
Отчасти – появлением новой «манящей звезды», многоразовой орбитальной космической системы «Space Shuttle», обещавшей, но не сдержавшей впоследствии обещания резко снизить стоимость выведения полезной нагрузки в космос. Проблема «Сатурна», основного носителя программы «Apollo», была в том, что для громадной ракеты грузоподъемностью более 100 тонн просто не нашлось коммерческих полезных нагрузок. Да, можно было закинуть на геостационарную орбиту двадцатипятитонный спутник связи с сотней мощных ретрансляторов. Но таких спутников не появилось – аппарат был бы слишком дорогим, неподъемным для любой вещательной компании даже не по весу, а по деньгам. Да и риск потери столь дорогого спутника был за рамками представимого. Плюс прогресс в электронике привел к снижению масс спутников до единиц тонн. «Сатурну» просто не нашлось места. А продолжать производство и эксплуатацию ракет, не работающих непосредственно на экономику, оказалось не под силу даже Соединенным Штатам.
Как бы то ни было, после «утилизации» оставшихся ракет и кораблей в рамках программ орбитальной станции «Skylab» и совместного советско-американского полета «Союз-Apollo» лунная программа США стала достоянием истории. Не воплотились в жизнь планы долговременной лунной базы, высадки на обратной стороне Луны и в районе ее полюсов, где в тени никогда не освещаемых Солнцем кратеров может скапливаться лед, из которого возможно производить компоненты ракетного топлива.
Значит ли это, что технический успех программы был бесполезен в историческом плане?
Нет.
Вспомним то время.
Читателям, родившимся уже после распада СССР, странно даже поверить, что после Победы 1945 года и до начала 1970-х годов Советский Союз впечатлял мир не только и не столько горами танков, сколько темпами послевоенного восстановления и развития экономики, высочайшим уровнем образования и науки. И самым зримым воплощением успехов России – на Западе СССР продолжали называть именно так – был космос.
«Побить русских» в космосе было жизненно необходимо США – прежде всего, чтобы восстановить чувство уверенности и гордости за США в своем собственном обществе и уже потом – во всем остальном мире, испытывавшем все большее влияние чуждой Америке политической системы.
Кроме того, опыт гигантского проекта с привлечением десятков различных вполне капиталистических фирм к разработке единого комплекса стал бесценным в разработке крупных проектов в дальнейшем.
Ответ на улыбку Гагарина был дан – «Маленький шаг одного человека» прошел по всем экранам мира.
Америка вновь поверила в свои силы.
Программа «H -1/Л-З»: лунная капитуляция
В то время как в США велась планомерная работа над лунной программой, в то время как десятки крупнейших фирм-конкурентов координировали свои усилия в рамках единого проекта, в опьяненной первыми успехами космической отрасли Советского Союза царил полный раздрай.
Казалось бы, плановая социалистическая экономика должна была облегчить задачу советским ракетчикам. Но не тут-то было.
Какие бы отношения ни были бы у «Боинга» с «Дугласом» или «Грумманом», как бы они ни рвали друг друга на рынке авиации, что военной, что гражданской, – в рамках национальной программы они работали вместе. По единому плану.
А в «плановом» СССР определяющими были факторы личных отношений. Поссорились Сергей Павлович Королев и Валентин Петрович Глушко, долго и плодотворно, с тридцатых еще, работавшие вместе, – и пришлось выдавать заказ на двигатели для лунной ракеты конструкторскому бюро Кузнецова – бюро мощному, но не имевшему опыта в создании именно ракетных двигателей. Да, в результате работы Кузнецова появился отличный двигатель «НК-33», даже в XXI веке остающийся конкурентоспособным, – но появился он слишком поздно.
Еще более определяющими были отношения главных конструкторов с политическим руководством: в результате только воплощавшихся в железе лунных программ было две – программа пилотируемого, но без выхода на орбиту, облета Луны «Л-1» и программа полета с высадкой на поверхность спутника «H-l/Л-З». А ведь еще были программа Янгеля «Р-5б» и Челомея «УР-700», также имевшие целью высадку на Луне. И, кроме того, программа исследования Луны и возврата лунного грунта автоматами -~ слишком много программ, слишком распылены были силы.
Политическое руководство СССР, казалось, тоже не вполне понимало, следует ли ввязываться в лунную гонку, а если ввязываться – то зачем? Официальное постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О работах по исследованию Луны и космического пространства» вышло только 3 августа 1964 года, то есть через три с лишним года после заявления президента США Кеннеди «Мы идем на Луну».
На фоне политических и организационных неурядиц слабость экономики СССР по сравнению с американской отходила на второй план. Советский Союз затратил на пилотируемую лунную программу, по официальной оценке, около 4 миллиардов рублей – против 25 миллиардов долларов.
Беда в том, что эти деньги были потрачены нерационально.
В рамках программы «Джемини» США отработали стыковку – мы опаздывали. США отработали кислородно-водородные двигатели – у нас их не было. В результате при равной с «Сатурном» стартовой массе советская лунная ракета «Н-1» доставляла на околоземную орбиту на 20