Сергей Буркатовский – Война 2020. Первая космическая (страница 54)

Эфир

«Командование космических войск Российской Федерации опровергло версию о том, что американский спутник связи „Far Bird–12“, входящий в систему передачи данных MILSTAR, был сбит средствами российских ВКС. Предположительно спутник погиб из-за попадания в блок управляющей электроники высокоэнергетической элементарной частицы в результате внезапной вспышки на Солнце. ИТАР-ТАСС».

Часом позже

Эфир

«Космическое командование Китая заявляет, что находящиеся в настоящий момент на околоземной и окололунной орбите спутники связи и навигации „Горный поток“, включенные в объединенную международную систему передачи данных, функционируют нормально. Никаких проблем с программным обеспечением и радиационной защитой электроники нет. В настоящее время спутники используются для обеспечения спасательной экспедиции, проводимой пилотом Анастасией Шибановой при поддержке экипажа космического корабля „Волшебная Лодка-23“ под командой полковника ВВС НОАК Ю. В случае внезапного выхода из строя какого-либо из аппаратов связи китайская сторона оставляет за собой право произвести детальное расследование инцидента и в случае необходимости принять адекватные меры. Агентство Синьхуа».

20:15 мск (12:15 EDT)

Окололунная орбита

USSS «Orion-17»

– Русский спутник выведен из строя, сэр. Канал молчит. Он сам или?..

– Я вижу. Я не знаю.

Кэбот молча протянул руку и достал из матерчатого кармана трофейный планшет. Недорогой корейский «Самсунг» с приклеенной к задней стороне корпуса желтоволосой девочкой в синем платье. Вызвал на пилотский экран навигационную картинку. Данные поступали исправно. Гражински хотел что-то сказать, но раздумал. Отвернулся и стал смотреть в иллюминатор, на пепельный край Луны. Альварез сместился так, чтобы лучше видеть происходящее. Ну а то, что в лучшей для обзора внутренностей «Ориона» точке закреплена камера, которую заслонила сейчас спина в полетном комбинезоне, – это просто совпадение. Правда, таких совпадений в этом полете многовато – ну что поделать. Флуктуация.

20:20 мск

Окололунная орбита

КК «Союз-Л-14»

Связь отрубило – сдох спутник? Сбили? Ч-черт, нет времени переконфигурировать линк на китайцев. Ладно, до захвата «Козявки» радаром двадцать минут, подкорректируем. Топлива должно хватить.

А это что за… Планшет под локтем противно пискнул. «Моська»? С трудом поймав толстой перчаткой болтающийся на шнуре планшет, Настасья чуть не задохнулась от гнева. Этот сучонок с виноватыми глазами, Кэбот, еще пытается что-то сказать… Она яростно ткнула в экран пальцем – и промахнулась. Планшеты входили в личное имущество, и тренировок в скафандрах с ними, естественно, не проводил никто. Вместо того чтобы исчезнуть с глаз, значок развернулся во весь экран. Элементы орбит?.. Ее и… «Козявки». Ну и зачем? Это что, новый способ просить прощения? Параметры орбиты лунника немного отличались от тех, что она успела принять до того, как какой-то ублюдок в НАСА отрубил связь – или поменял коды, хрен редьки не слаще. Если Кэбот не врет… А зачем ему врать? Конечно, топлива у нее в обрез, а до захвата «Козявки» системой наведения еще четверть витка… Пытаются раскрутить ее на девяносто пять килограммов – весь ее резерв – для ложной коррекции? Или наоборот – в порядке извинения экономят ей тридцатник? Так. Включаем Боевую Женскую Логику.

«Моська» работает вне официальных каналов и не контролируется НАСА… Предположительно не контролируется. Пиндонавты решили обойти спятившее начальство? Или делают вид? Пятьдесят на пятьдесят – или встретишь динозавра, или нет. Да, я блондинка, чем и горжусь. Значит… смотрим трейс. Адрес…

Адрес ретранслятора в четвертой точке Лагранжа. Опять индусы. Впрочем, неудивительно – свой планшет, оказавшийся теперь у Кэбота, она настраивала именно на него. Между тем дефолтный шлюз – хьюстоновский «MoonBird-16» на высокой селеноцентрической. Похоже, маскируются от Земли. Или опять же – делают вид, что работают в обход начальства, а сами… «Баба сердцем чует», значит? А вот хрен вам, а не сердце. Включаем мозг. И быстро. Если топлива не хватит – есть возможность отстрелить бытовой отсек и пойти к Земле в спускаемом аппарате. Тесно, плюс писать в памперсы трое суток – да еще и в смешанном экипаже, – но можно потерпеть. Минус основной приемопередатчик – хуже, это риск не попасть в коридор при возвращении, но вытянет и резервный. «Нештатная штатная ситуация». Или «штатная нештатная». Зато – триста кило топлива экономии, как с куста. Самый что ни на есть распоследний резерв. Про который даже думать не хочется. Но – резерв. Итого, ежели янки врут – все выливается в мелкую пакость. Ну, мелкую мы перетерпим, если что.

Теперь уже отработанными движениями – тут, на «специально обученном» пульте, хоть вслепую – она вбила в комп поправки. Шесть с небольшим секунд работы движка – и цифры ее собственной траектории начали меняться.

Снова свист «Моськи». Ага, еще один набор цифр. Хорошо идем, почти идеально… если не врут. Ладно, поздно пить «Боржоми». Так, а это что – их параметры? Понятно, таки поменяли плоскость орбиты. Ну, это ничего. Им до перехвата еще два часа. Разумно. Если у меня не получится… Тогда, ребята, возражений нет. С самого начала бы так. И не было бы кучи дерьма на душе. А может быть – и вообще ничего бы не было. Понятно, что им приказали ублюдки снизу. «Но зачем ты был первым учеником, скотина ты эдакая?» Впрочем, космос и пара суток в корабле, наедине с совестью, похоже, прочистили им мозги. Есть. Захват. Не соврали. Теперь – работаем.

21:30 мск (13:30 WT)

Вашингтон

Штаб-квартира NASA

Специальная группа

Сигнал с аварийного передатчика «Союза» шел прямиком на экран. И если разобрать русскую, да еще и перекрываемую регулярно помехами речь не мог никто – то картинки «слайд-шоу» (для полноценной трансляции ширины канала не хватало) были понятны всем, а налагаемые поверх размытого зашумленного изображения цифры – большинству.

– Два фута в секунду… Марка точно в центре мишени. Импульс торможения… Фут… Нет, ноль семь в секунду дистанция три… два… один… Есть касание. Есть захват. Идеальная работа.

Занявшая кресло Пола черноволосая женщина с четырьмя собственноручными стыковками за спиной комментировала действия русской профессионально-монотонно, но под конец в ее голосе послышалось что-то похожее на несвоевременное и неуместное торжество. По крайней мере, Алекс глянул на нее исподлобья – нашла, мол, время профессиональную солидарность демонстрировать. Он так ничего и не понял – один из всех.

Рон оглядел сидящих – у половины из них восхищение чертовой Гайкой смешивалось со злостью, у второй половины такое же восхищение смешалось с унынием. Благодаря политикам – да и ему в том числе, что уж тут скромничать, – Америка становилась за пределами атмосферы изгоем. Не навсегда. Слишком велики ее возможности, слишком многое она может предложить миру. Но на долгий, долгий срок. Который надо сократить любой ценой. Он проиграл – ввязался в авантюру, не смог вовремя сказать «стоп», сбросить карты – и проиграл. Теперь надо было минимизировать потери. Он знал как.

Сквозь шорох помех донеслось вполне распознаваемое «normalno» – хотя, понятно, никакой нормальностью и не пахло. Корабли далеко-далеко отсюда уже стянулись. Через пятнадцать-двадцать минут миссис Шибанова откроет люк. И поражение станет окончательным.

– Они еще могут накрыться в атмосфере. И тогда мы окажемся на коне! – Дурак. Боже милосердный, какой он все-таки дурак. Если этот гений пиара останется в НАСА, да еще и поднимется выше – а ведь может! – период презрения затянется втрое, если не всемеро. Ничего. Он этого не допустит.

– Подготовьте пиар-кампанию на этот случай, Алекс. Шансов мало, но они есть. Выложитесь на полную катушку. Что-то вроде: «Если бы русские не оказали сопротивления – мистер Тоцци благополучно сел бы в „Орионе“». Впрочем, вы и сами все знаете – вы отличный профессионал.

Все, кроме Алекса, дернулись. Да, леди и джентльмены, да. Рональд Дюбуа – бесчестная и бессердечная скотина. Которую так легко ненавидеть. И на которую так легко… Впрочем, сейчас будет еще легче.

– Итак, леди и джентльмены, вы, – «вы» выделилось правильно, хорошо выделилось, – вы обосрались. Фактически без сбоев сработала только команда Алекса – она полностью перекрыла все контрольные показатели по работе с общественностью. К сожалению, об остальных я этого сказать не могу. Мистер Аппельбаум, – лицо Дока уже не выражало профессиональной доброжелательности, – вы не обеспечили полного соответствия ситуации на лунной станции плану. Несмотря на ваши заверения, вам не удалось спровоцировать Тоцци и Третьякова на драку. Далее, вы не смогли предсказать реакции миссис Шибановой. Это существенней прокол. Я хочу, чтобы вы указали это в своем отчете.

Док хотел было что-то сказать – но передумал. Глаза почти скрылись под веками. Этот напишет. Ох, напишет. Пиши, Док, пиши.

– Кевин. Ситуацию с пистолетом я вообще не могу объяснить, а вы?

– Мистер Дюбуа. Я предупреждал, что пункт пять-один проверить не удалось. И я предупреждал, что наши астронавты не имеют специальной подготовки. – Взгляд бывшего копа тоже был… многообещающим.

– Тем не менее – вы согласились с операцией. Я жду вашего отчета с подробным разбором ситуации.