Сергей Баталов – Разум богов (страница 37)
К’нарр без удивления встретил свою бывшую непримиримую неприятельницу, ничего не сказал. Он даже не повернулся, когда королева разбойников прошла в глубь клетки легла почти рядом с прутьями, за которыми замер негоциант.
Время разговаривать ещё не пришло.
…Полёт пришлось отложить.
За то время, пока охотники за артефактами «гостили» в бывшем кампусе «робин гудов» поднялся довольно сильный восточный ветер. Видимо, Отец Богов за что-то крепко осерчал на двух искателей сокровищ и приключений. Он гнал с Хребта Дракона порывистый холодный ветер; через Хребет начали переваливать даже тяжёлые бурые тучи, готовые разразиться тягучим летним ливнем на границе горячего каменного плато, служащего естественной границей между долиной Б’роода и каменистой пустыней, глубине которой находился Храм Ока Богов.
Напряжённо глядя на быстро надвигающие тучи, полные влаги, Ар’рахх и Александр приняли единственно правильное в этой ситуации решение — вернуться в лагерь «лесных братьев» и там переждать непогоду.
В лагере они довольно легко отыскали несколько местечек, «обещавших» быть сухими даже в случае самого затяжного и проливного дождя. Располагались они в глубине небольшой, но уютной пещерки недалеко от озера, в котором драк и человек утопили свои сокровища. …Когда обглодана последняя косточка аппетитно зажаренного летуна, когда выпито положенное количество воды, а дождь всё льёт и льёт, и делать больше всё равно нечего, единственным средством, позволяющим скоротать время, остаются разговоры.
За время, прошедшее с момента его появления на Дракии, землянин неплохо, если не сказать — отлично — освоил местный язык. То есть понимал он абсолютно всё, что говорили окружающие, затруднялся только в произношении отдельных шипящехрипящих звуков, из-за чего некоторые его слова вызывали дружный смех аборигенов.
Впрочем, самого Сашку это совершенно не смущало, он с завидной настойчивостью говорил всё, что было уместным в той или иной ситуации или подходило для описания какого-либо процесса.
Упорство чаще всего бывает вознаграждено.
Проходили Дни, и слова, ранее вызывавшие усмешку у слушателей, или просьбу повторить ещё раз то же самое, только медленнее, обретали ту форму и наполнялись тем смыслом, который вкладывали в них коренные жители этой планеты.
К этому моменту число слов, которые могли быть поняты не с первого раза уменьшилось настолько, что можно было смело утверждать, что по-дракски пришелец говорит совершенно свободно. С заметным, почему-то южным акцентом, но все звуки произносит правильно, не путает значений слов применительно к контексту разговора.
— Послушай, брат! — Именно так, в первый раз обратился к «брату по крови» землянин.
Тебе не составит труда рассказать, почему ты, когда выплыл из подземной реки, перевернулся на спину и довольно-таки долго не двигался. Признаюсь честно, ты напугал меня довольно крепко. Что тогда случилось с тобой?
Ар’рахх неожиданно рассмеялся.
— Да ничего не произошло! Я, перед тем, как уйти под воду, зажал отверстие, через которое дышал, зубами. Пока находился под водой, дышал носом — тем воздухом, который оставался внутри шкуры Б’орна. Под конец пути воздуха стало не хватать.
Пришлось терпеть.
А когда вынырнул на поверхность, перевернулся на спину, чтобы дыхательное отверстие было наверху.
Вот, собственно, и всё. Я отдышался, а потом, как ты видел, легко доплыл до берега.
— У тебя есть план, как добыть этот глаз Бога? Опять пойдём проходить ловушки?
— А как же ещё? Другого пути нет. Если только случайно не обнаружим тайные ходы, которыми пользуются Стражники.
— Ты думаешь, они там есть?
— Не знаю. Но, считаю, могут быть…
— Не уверен. За время, пока существует этот Храм, кто-нибудь мог случайно проболтаться, перебежать на сторону воров; могли узнать под пытками, наконец. Мне представляется, что Стражники вряд ли точно знают все ловушки, и как их обойти.
Например, я в целях безопасности сделал бы так, чтобы за Лабиринтом следили несколько групп Жрецов, причём ни одна группа Служителей Храма не знала секретов других групп…
— В принципе, я тоже постарался поступить так же.
Но должен же быть какой-то выход? Или нам опять лезть в этот ловушечный ад без гарантии, что обратно вернётся живой хотя бы один из нас?
— Ты знаешь, ты вот сейчас фразу интересную сказал — лезть в ад.
— Ну, и что?
— А там, где есть ад, обязательно должен быть и рай. А где есть рай, там могут быть ангелы…
— А кто такие ангелы?
— А… Это товарищи типа нас с тобой — крылатые, бесполые…
Погоди-ка, погоди-ка..
Вспомнил! Вспомнил идею, которая пришла мне в голову, когда ты спросил у меня, зачем мы топали с тобой по раскалённой пустыне, если могли бы долететь!
Вспомнил!!
— Ну, и что за идея?
— Погоди, дай подумать… Идея пока зреет…
Ар'рахх не стал торопить друга высказывать свои мысли. Он откинулся назад, положил руки под голову, устремил взгляд в потолок, задумался о чём-то своём.
Неожиданно в мерный шум дождя стали вкрапливаться другие, посторонние звуки. Еле слышимый треск влажной веточки, шлепок лужи под ногой, шорох раздвигаемых чем-то кустов.
«Животное?» — Подумал Александр, поворачиваясь к «брату по крови». Но многоопытный зелёный верзила, похоже, не разделял предположений землянина. Он прислушался, потом осторожно сполз со своего мешка, полез в него за оружием. Глядя на него, то же самое сделал и Заречнев.
По мере приближения звуков к пещере охотники за артефактами смогли не только понять, какие существа любят бродить по лесу под проливным дождём, но и сосчитать, сколько их.
Незваными «гостями» были пятеро драков, судя по одежде — разбойников. «Гостями» потому что вёл из сюда единственный оставшийся в живых «хозяин» кампуса — тот самый «робин гуд», которого «братья по крови» отпустили, что называется, «с миром»
Охотники за артефактами не стали выдавать своего присутствия, они решили сначала проследить, куда направятся «гости», что у них на уме, и что вообще они знают сокровищах, покоящихся на дне озера внутри горы.
Из-за плотной пелены дождя не было слышно, о чём разговаривали между собой «гости и «хозяин». Однако красноречивее всех слов были жесты, которыми они обменивались между собой.
«Робин гуд» «отпущения» привёл своих спутников на берег озерка, точно к тому месту, где в последний раз он видел огромный сундук с сокровищами. Он помахал единственной рукой, показывая то на воду, то на то место, где чернели угли, оставшиеся после погребального костра, на котором вознесли к небесам погибшие от собственной жадности «лесные братья»
Наконец, один из «робин гудов» стал неохотно раздеваться. Скинув одежду, он зашёл воду и без брызг, что выдавало немалую сноровку и опыт именно в плавании под водой, ушёл в глубь.
Не было его довольно долго. Когда он вынырнул, то отрицательно помотал головой.
Однорукий бандит снова ткнул клешнёй в водоём, только уже ближе к себе.
Примерно через полчаса «лесные братья» клад нашли.
Золота в ящике было очень много, его хватило бы и этим шестерым, и ещё многим другим, которые могли прийти сюда позже. Но на свою беду драк-ныряльщик ухватил ящике то, что попалось ему на глаза первым. То есть огромный красный кристалл фантастической ценности.
Сердце Богов. Трофей, спрятанный туда охотниками за артефактами.
Участь «кладоискателей» была решена.
Однорукий вытаращил глаза на огромное красное чудо, отрицательно замотал головой ответ на заданный ему кем-то вопрос.
Он почему-то попятился от кристалла, как от смертельно ядовитой лягушка Ж’ба, стал лихорадочно озираться по сторонам.
Наконец он увидел то, чего больше всего не хотел бы видеть в этот миг, и чего боялся намного больше смерти.
Через пелену дождя к шестерым разбойникам шли двое.
Однорукий сразу узнал эти фигуры. Высокую, с тёмно-зелёной кожей — принадлежащую охотнику с Хвоста Дракона. И светлую, бесхвостую — его друга и бессменного спутника Саш’шу.
К ним шла смерть.
«Хозяин» помотал головой, пытаясь отогнать наваждение, надеясь, что это не драк, это морок, сон, нежить..
Фигуры приблизились и остановились. Оружия в их руках не было.
Пятёрка «робин гудов» недоумённо переглянулась; они достали свои мечи, не торопясь, разошлись в стороны вокруг необычной парочки, выбравшей, на их взгляд, такую странную смерть.
Однорукий медленно опустился на песок, осторожно пополз к выходу из пещеры.
«Лесные братья» переглянулись и одновременно напали на безоружную пару.
Схватка была скоротечной.
Прошло всего пятнадцать или двадцать секунд, а все пятеро разбойников лежали на песке — кто-то со сломанной шеей, кто-то с перерубленными собственным оружием ногами. У одного вообще не было головы. Отрубленная, она укатилась в воду и теперь медленно отплывала от берега.
Александр посмотрел на Ар’рахха, поймал его взгляд. Ничего не сказав, поднял чей-то меч, пошёл в ту сторону, в которой скрылся «хозяин» лагеря.