Сергей Баталов – Разум богов (страница 38)
Вернулся он с ним минуты через три. «Робин гуда» так парализовало от ужаса, что он не смог далеко уползти.
Землянин подвёл однорукого к молодому охотнику, подтолкнул поближе. Зелёный верзила поднял голову, всё прочитал в глазах друга.
«Ну, вот, так всегда! — Подумал он — Не хочет наш пришелец марать себя такой грязью, как казнь. А казнить этого парня надо. Значит, это придётся делать мне».
Он отвернулся от пленника в сторону озера, как будто заметил в нём что-то необычное.
Однорукий ненадолго отвлёкся…
Голова неудачливого любителя лёгкой наживы покатилась вслед за той, которая уже плавала в озере.
Заречнев отвернулся… …Дождь прекратился только через два Дня.
Пока шёл ливень, не было ни какой возможности разжечь погребальный костёр под телами разбойников. А потом, когда тучи ушли дальше на Запад, времени ждать, когда всё высохнет до горючего состояния, уже не было.
Разбойников, по предложению землянина, похоронили в большой и глубокой «братской могиле в полуперелёте стрелы от кампуса разбойников.
…Сегодня утром атаманша проснулась он необычной тишины. Перестал лить дождь, который не прекращался почти три Дня. Эта вынужденная задержка не очень-то помогла королеве разбойников. Её неусыпно стерегли днём и ночью шестеро Стражников, сменявшие друг друга на рассвете и на закате.
Работорговец всё это время находился в соседней клетке, за редким исключением. Иногда его «поднимали» наверх, к очередному раненному, у которого начались осложнения.
К полудню в подвал пожаловал сам властелин замка.
Он не стал заходить внутрь стальных клеток, издали удовлетворённо посмотрел на результат дела «своих рук»
— Вас казнят завтра, в полдень! — Наконец, соизволил вымолвить Т’марр. — На рассвете сожгут тела всех разбойников, которых мои воины убили в ту же ночь, когда ты угодила мою сеть. Должен тебе сказать — гора трупов получилась превосходная! Такой даже никогда не видел!
На казнь приглашены некоторые жители окрестных деревень и сел, а также хозяева всех близлежащих крепостей и фортов на два Дня пути.
Тебя и твоего прихвостня, — властелин посохом указал на лежащего работорговца, — казнят последними. Вы знаете, что нам, дракам, бессмертные Боги не даровали способности летать по небу. У вас будет такая возможность — раздвинуть границы познания.
Правда, ненадолго. Ровно на столько, сколько продлиться ваш полёт от вершины башни крепости до острых и твёрдых камней у её подножья!
Он захохотал, довольный своей «шуткой». Добавил:
— У меня есть правило.
Каждому, кого мы казним, мы даём возможность выполнить его последнее желание. Не скажу, что список ваших желаний длинен, но попробуйте, может, вам повезёт. Чего вы хотите в последний День вашей жизни?
Атаманша задумалась. Соблазн был велик.
И всё же игра пока не закончилась. Она, по сути, только начиналась по-настоящему. Не спроста же этот жулик упомянул о том, что на казнь соберутся не только простые драки, но и власть имущие.
«Ждёт, чтобы я сама назвала ему место, где находится заветный документ? Ведь этот пройдоха наверняка не исключает, что у меня может быть потомство, дети, которые имеют права на этот замок точно такие же, как и я! Ай да я! Какая я молодец!
— Просьба есть! — Сказала вслух королева разбойников. Она очень простая, и легко выполнимая. Но я скажу тебе её завтра, непосредственно перед казнью. Я не хочу, чтобы мои потомки думали, что кто-то из клана Дэв’ви умолял тебя перед смертью выполнить свою последнюю просьбу. Пусть все видят, как это было на самом деле.
Упоминание о возможных потомках заметно взбудоражило властелина крепости. Но он сдержался, повернулся к негоцианту.
— Какая у тебя просьба, лже-торговец?
— Моя просьба проста и выполнима. Я прошу, чтобы твои слуги принесли два больших куска кожи и полный бутылёк чернил — тех, которыми ты пишешь послания, когда отправляешь гонца очень далеко.
— А зачем тебе чернила? Хочешь что-то нарисовать?
— Нет, я хочу записать все те знания, которые у меня есть. Они касаются новых способов убивания боли, удаления гноя из ран. И ещё много чего… Я не хочу, чтобы эти драгоценные знания исчезли вместе со мной. Пусть я умру, но мой опыт поможет исцелять драков и после мой смерти.
Т’марр недолго подумал, покачиваясь на ногах вперёд и назад.
— Принесите ему всё, что он просит! — Наконец, сказал он. — После того, как он закончит свою работу, шкуры принесёте мне!
К’нарр помрачнел, но благоразумно промолчал.
На атаманшу он даже и не посмотрел.
— Так что за идея была у тебя? — Наутро, едва Отец Богов показал свою красную макушку над зубчатой каменной стеной Востока, поинтересовался зелёный верзила у «брата по крови»
— Я тут вспомнил, что когда мы были в лабиринте Храма Ока Богов, я на какое-то небольшое время увидел это самое Око.
— Ну, и что?
— А то, что снизу к нему никак не подобраться. Находится оно на высоченной колонне, прямой и гладкой, как поверхность меча.
Но при этом Глаз хорошо виден из любой точки Храма. Виден, потому что освещается из отверстия прямо над Оком Богов.
Так вот, я что подумал: а если нам не шариться по этому долбанному лабиринту, а по простому приземлиться на самую макушку Храма, отпустить вниз верёвку, спуститься по канату вниз, забрать Око и вместе с ним валить обратно, пока охрана нет раскумекала, что к чему! А? Что ты думаешь на это счёт?
— Идея интересная! Но надо подумать! У нас даже верёвки с тобой нет. А какой она должна быть длины? Насколько прочной? Хотя… Эту проблему, думаю, мы решим легко.
— И как?
— Да просто! Знаешь, из чего получаются лучшие верёвки? Нет? Из шкур! А шкуры у нас есть. Так что, доставай свой нож, и — за работу. Мне помогать будешь.
Длинная и прочная «верёвка» из тонких кусков кожи была готова только к полудню.
Землянин скептически осмотрел довольно тонкий и узкий кожаный канат. Он поднял сложенный в аккуратную кучку линь, перенёс поближе к высокому дереву, растущему на самом краешке центральной поляны заброшенного разбойничьего кампуса. Одна из ветвей — толстая гладкая «рука» росла довольно высоко, почти параллельно поверхности.
Александр примерился, с первой попытки перебросил тонкий и гибкий конец «плетёнки через ветку.
Он стал травить из кучи понемногу сыромятный ремень, пока оставшийся конец «верёвки» не оказался точно на уровне его глаз. После этого Сашка снова перехватился за переброшенный им конец, отошёл довольно далеко от дерева, крепко привязал его поодаль стоящему деревцу.
Ар’рахх, наконец, тоже понял намерения своего друга. Он подошёл поближе, бесстрастно наблюдая, как его «брат по крови» зависает на ремне, переброшенном через ветку.
Покачавшись немного на канате и убедившись, что его прочности достаточно для того, чтобы выдержать вес одного человека, Заречнев на этом не успокоился. Зная, что жизнь местные Боги очень любят преподносить охотникам за артефактами различные, причём самые что ни на есть неприятные сюрпризы, он жестом подозвал зелёного верзилу пригласил составить ему «компанию», то есть вместе покачаться на ремне.
Молодой охотник понял всё правильно. Он подошёл к кожаному тросу, уверенно взялся на него повыше того места, где за ремень держался Александр, подогнул ноги…
«Верёвка», сплетённая зелёным верзилой из отрезков шкур разных животных, выдержала.
Не выдержал сук. Он с хрустом подломился, роняя на мягкую, к счастью, почву, незадачливого «испытателя». Вдобавок сверху землянина крепко «приложил» отнюдь не щуплый Ар’рахх.
На этом испытания закончились. Можно было взлетать.
Поразмыслив, охотники за артефактами решили попробовать найти подходящую «взлётную» площадку на этом, восточном берегу Б’роода.
Экономилось время. Да и понятно было, что рано или поздно придётся отыскать площадку, пригодную для взлётов и посадок — поближе к золоту и артефактам,
«хранившимся» на дне озерка.
Примерно часовые «походы» по окрестностям становища «робин гудов» результата не дали. Видимо, осторожные «лесные братья» всерьёз относились к вопросам скрытности, коль расположили свой лагерь так, что даже с воздуха обнаружить его было очень сложно.
Впрочем, «братьев по крови» сей факт огорчил не слишком, особенно Александра, который, кажется, давно уже наметил для них с другом запасной вариант. Побродив ещё полчаса, он потянул за руку Ар’рахха, шедшего впереди, сказал:
— Хватит! Пошли в лагерь! Я знаю, откуда мы можем взлетать!
В лагере он молча показал рукой на макушку горы, пробитую метеоритом, или просто провалившуюся под действием каких-то природных сил. Охотники за артефактами сложили в мешки все свои пожитки, подхватили «крылья» и деревянные «скелеты дельтапланов, полезли с ними на гору.
Место для взлёта было идеальным. Небольшая, отполированная ветром и дождями каменная площадка, совершенно не заметная снизу из-за густых крон деревьев была словно специально создана для старта планеристов. Единственным минусом было то, что в случае ошибки во время старта в небо, воздухоплаватель не имел второй попытки: наветренная сторона горы обрывалась вниз почти отвесно.
Аппараты поэтому собирали с особой тщательностью, по нескольку раз проверяя все соединения, заменяя крепящие ремешки при малейшем намёке на возможную непрочность.
Наконец, оба планера были собраны. Охотники за артефактами стали лицами к едва заметному ветерку, дующему почему-то с Севера, замерли, ожидая более сильного порыва воздушного потока. Чтобы взлетать — наверняка.