Сергей Баталов – Новобранцы (страница 34)
Но молодой следопыт не растерялся. Он заглушил повреждённый мотор, начал резко маневрировать, не давая сопернику возможности довершить начатое. Но богомол видел всё.
Он уверенно зашёл в тыл драка, не колеблясь, всадил ракету в верхний двигатель истребителя, пилотируемого драком.
Единственный уцелевший мотор какое-то время «чихал», выплёвывая из своего нутра частички разрушенного верхнего мотора, но потом, «прочихавшись», снова заработал ровно, без перебоев.
— Он снова заходит сзади! — на дракском наречии произнёс Заречнев, ни на мгновение не упуская из виду авиапоединщиков.
— Вижу! — довольно спокойно ответил Ар'рахх. — Когда он приблизится еще немного, я его собью.
«Как»? — хотелось спросить Сашке, но он тут же прикусил язык. Ситуация была напряжённейшая, отвлекать друга было опасно.
«Альбатрос» догнал, наконец, истребитель драка, даже не пытавшегося уклониться от смертоносного залпа, приблизился настолько близко, насколько позволяла мощность его ракет — чтобы не пострадать при взрыве собственных НУРСов — внутри самолёта «землянина».
А дальше произошло нечто совершенно невероятное. Машина, подчиняясь твёрдой руке драка, резко задрала нос, «поймала» встречный поток, завершая манёвр, «кувыркнулась» назад. При этом «альбатрос», не успевший снизить скорость, проскочил вперёд. Точно под дула пушек Ар'рахха. Чтобы воспользоваться своим преимуществом, у бывшего гладиатора было не больше пяти десятых секунды. Но молодому охотнику хватило и этого микроскопического времени. Его истребитель дал залп одновременно из всех четырёх пушек, а спустя неуловимое мгновение по траектории, прочерченной снарядами, полетели аж четыре ракеты.
«Альбатрос» богомола просто разорвало на части — как воздушный шарик, передутый слишком мощным насосом.
Над обеими площадками повисла мёртвая тишина. Такого не бывало никогда — чтобы воздушный бой выиграл пилот, потерявший в схватке два из трёх маршевых двигателей!
Двигатель самолёта драка снова захлопал, зачихал, выплёвывая чёрные сгустки дыма.
«Как же он сядет»? — снова заныло в левой стороне груди Заречнева. — «Может, на воду»? Истребитель стал дёргаться, мотор «захлопал» гарью еще чаще.
«Неужели разобьётся»? — всё еще не хотел верить своим глазам Александр, судорожно сжимая рукоять управления. — «Чем же помочь ему? Чем»? И тут его осенило.
— Поднимайся повыше, тяни километров до трёх! — на дракском «проскрежетал» землянин. — Затем открывай кабину и покидай самолёт. Зелёный верзила понял всё.
— А ты меня поймаешь? — с сомнением спросил он, набирая, однако, высоту.
— Ты же меня поймал!
— Ладно, давай, только не опоздай.
Его истребитель задымился, но двигатель по-прежнему работал, исправно тянул вверх изувеченную машину.
Сашка опустил фонарь кабины, вывел двигатели на взлётный режим. Дита как-то странно посмотрела на него, но ничего не сказала.
— Будет планировать? — раздался под шлемом приглушённый рёвом моторов вопрос бессмертной.
«Богомолы» наверняка нас слышат и понимают, о чём мы говорим»! — мелькнула мысль у Сашки.
— Не знаю! — слукавил он. — Наверное… Щас увидим… Его истребитель с рёвом ушёл вверх.
Мотор Ар'раххова самолёта заглох окончательно. Драк открыл кабину, снял и выбросил шлем. Камеры крупным планом показали его огромное тело, зелёную шишковатую голову, трёхпалые руки-клешни, распластанные в стороны в начавшемся свободном полёте…
Между драком и водой в момент его «расставания» с гибнущим самолётом было не больше двух километров. «Секунд сорок, если не меньше»! — мысленно прикинул Сашка, выводя свой самолёт на траекторию, повторяющую путь его друга к земле. — «Ошибиться нельзя, времени на второй заход не будет»!
Размытая клякса Ар'раххова тела стремительно приближалась. Слишком стремительно, чтобы быть уверенным, что друг успеет ухватиться за какую-нибудь выступающую часть самолёта Александра.
Землянин убрал газ, зелёный верзила стал приближаться гораздо медленнее. Слишком медленно, для того, чтобы его «перехватить» до земли. Сашка снова чуть-чуть прибавил мощности двигателям, прикинул расстояние между ним, Ар'раххом и поверхность озера, нажал на рычаг, открывающий кабину.
«Всё должно получиться»! — думал он, заводя самолёт под «зелёную звезду» друга. Драк повернул голову, что-то прокричал… Александр наклонил ручку, совмещая открытую кабину своего истребителя с линией падения зелёного верзилы. До воссоединения бывших гладиаторов оставалось три-четыре секунды.
Вдруг взгляд Заречнева упал на площадку богомолов. Он заметил, как с нее поднялись два истребителя и на большой скорости помчались к месту «спасательной операции».
— Собьют, суки! — проскрежетал зубами землянин, дрогнувшей было рукой удерживая самолёт на выбранной траектории.
— Не собьют! — неожиданно отозвались в его шлеме сразу два бодрых голоса — Тимофеева и Дягилева. — Не дадим! Доводи до конца то, что начал, мы присмотрим! И они «присмотрели».
Взлёт был невероятно быстрым. Словно невидимый батут подбросил штурмовики землян на пятнадцать-двадцать метров, громыхнули двигатели, унося тяжёлые машины навстречу паре «альбатросов».
Богомолы не сразу заметили две мощные машины с тяжёлым вооружением, неожиданно появившиеся в воздухе над площадкой землян — так они были увлечены охотой на странное существо, зачем-то внёсшее диссонанс в годами отработанную «схему» Дня Патруля — участвуют они и люди, побеждают — только они. Незнакомца нужно было наказать — жёстко и быстро. Так, чтобы другим впредь было неповадно. А то, что нарушаются какие-то там правила? Так правила можно и переписать. Потом — когда всё закончиться.
«Присматривающих» землян они заметили слишком поздно. Видимо, были увлечены гонкой за медлительным и неуклюжим человечком, всё-таки поймавшим в открытую кабину необычное зелёное существо. Тесная кабина после этого так и не закрылась. А «сладкая парочка» медленно летела в сторону своего космолёта, «зависнув» над землёй на двух нижних двигателях, используя в качестве маршевого — верхний. Скорость их была такой черепашьей, что богомолы даже не стали атаковать их с ходу. Они приблизились, выровняли скорость в надежде получше рассмотреть большого зелёного человека…
Откуда-то сверху и сбоку в их строй прямо-таки втиснулись два истребителя-штурмовика землян.
«Альбатросы» (нужно отдать должное их выучке!) отреагировали мгновенно. Они резко ушли вверх, оставив «добычу» более сильному. Впрочем, ненадолго.
В «кампусе» богомолов произошло какое-то быстрое движение, с площадки в воздух ушли еще четыре «альбатроса».
— Нам капец? — без эмоций поинтересовался Сашка, прежде всего, конечно, у бессмертной. Но Дита неожиданно рассмеялась.
— Летите спокойно! Не дёргайтесь! У меня есть кое-что для наших друзей!
Этим «кое-чем» оказалась… сама бессмертная. Она сделала несколько шагов вперёд, по направлению к озеру, встала так, чтобы её видели и богомолы, и зрители, и земляне. Она… скрестила руки на груди, положила ладонь на рукоять бластера. И это сработало!
Шестёрка «альбатросов» при виде одинокой фигурки веером разлетелась в стороны, вернулась на свои места у космолёта богомолов.
— И что это было? — не удержался от вопроса Николаю Платоновичу Сашка, выбираясь из самолёта, вытирая обильный пот на лбу и помахивая влажными перчатками.
— А ты, что, не понял?
— Если честно — то нет! Ситуация, сами видите — какая. Туплю, наверное.
— Вот и дальше — тупи… Тебе, кстати, через десять минут взлетать…
— Так всё-таки? Седой посмотрел на бессмертную, она усмехнулась одними уголками глаз.
Николай Платонович вздохнул, довольно долго думал о чём-то, наверное, подбирал необходимые слова.
— Наша… Госпожа Дита — элойка. Это — её родная планета. Ни одно существо не сможет безнаказанно покинуть Город Богов, если оно нанесло даже самый незначительный урон одному из жителей этой планеты. Ни — одно! Если от действий инопланетных жителей пострадает элой, на его защиту встанет вся планета. Так было всегда.
— Ну, не совсем всегда. — вмешалась в разговор бессмертная. — Может быть, только последние пятьдесят тысяч лет; или около того. Земляне восхищённо замолчали. Эти элои умели ценить жизнь своих сопланетников.
Заречнев медленно натянул мокрые перчатки, задумчиво побрёл в своей машине.
— Выше нос, курсант! — донёсся до него приободряющий возглас седого. — Мы ждём тебя только с победой»!
«Мы? Он сказал — мы»? — забилось сердце в груди бывшего гладиатора. Он хотел оглянуться, но потом передумал — из боязни раньше времени узнать, что «мы» — это только седой, а не та, о которой он сейчас думает.
Сашка закрыл фонарь, услышал в наушниках сигнал, означавший начало воздушного боя с богомолом, почти до упора вперёд отвёл рычаг управления вектором тяги, интуитивно почувствовав, что «ноги» его самолёта больше не касаются грунта, подал максимальную тягу на верхний двигатель.
Ар'рахх был потрясён не меньше остальных. Такого «фокуса» из курсантов не освоил еще никто. Все помнили, чем закончился учебный «полёт» Макса при попытке «взлететь» именно так. Со стороны всё выглядело очень просто: истребитель Заречнева приподнялся над грунтом, а потом… попросту исчез, превратившись в быстро удаляющуюся тёмную точку.
Доли секунды, отвоёванные у соперника на старте, Сашка использовал «на все сто». Он форсировал двигатели, за считанные секунды поднялся к самому верху силового купола. Его соперник опоздал всего на пару секунд. Но Александр тут же наглядно показал, как это много — две секунды в схватке двух истребителей на Дне Патруля!