Сергей Арьков – Всем сосать! (страница 42)

– И не сестра она мне.

Баба в окошке привстала и пристально посмотрела на Агату.

– Девочка, – спросила она встревоженным тоном, – а кем тебе приходится этот дядя?

И указала пальцем на Васю.

– Этот? – повторила лолька. – Это мой любимый братик.

Кассирша перевела взгляд на Васю.

– Врет она! – буркнул тот. – Мы вообще не родственники.

Баба снова посмотрела на Агату.

– Девочка, а это точно твой братик?

– Это точно братик, – пропищала лолька, включив режим невинного ребеночка. – Братик требует, чтобы я называла его братиком. Он сказал, что если я не буду называть его братиком, он меня накажет. И еще сказал, что если я буду плакать, когда он трогает меня всюду, то не купит конфет. Братик иногда такой неласковый.

Глаза кассирши полезли на лоб.

– Девочка, – простонала она, – а где твои родители?

– Не знаю, – грустно выдавила из себя Агата. – С тех пор как братик забрал меня с детской площадки, я их не видела. Братик сказал, что если я буду проситься к маме с папой, он меня накажет. А он может.

– Да заткнись же ты, дура! – сквозь зубы процедил Вася.

– Что, братик? – хлопая глазенками, спросила Агата. – Нельзя об этом рассказывать, да? Прости, братик, я не знала. Я больше не буду. Не наказывай меня, братик. Не заставляй меня наряжаться горничной и исполнять для тебя непристойные танцы вокруг железной палочки.

Кассирша воззрилась на Васю со смесью ужаса и ненависти.

– Она все врет! – выпалил Вася. – Я не педофил! Меня подставили!

Рот кассирши начал открываться для крика. Вася внутренне сжался, ожидая неминуемой катастрофы. Вот сейчас эта баба заорет на весь кинотеатр, сюда сбегутся люди, и одному богу известно, чем все это кончится. А кончиться может очень плохо. Особенно если лолька продолжит свой гнусный спектакль.

Но в последний момент, когда крик уже готовился сорваться с уст кассирши, Агата быстро вскинула руку, резко взмахнула ей и что-то выпалила тихой неразборчивой скороговоркой. Баба, которая только что собиралась поднять тревогу в связи с обнаружением педофила, вдруг обмякла, потеряв интерес ко всему, и медленно опустилась обратно на стул.

– Можно нам наши билетики? – спросила Агата.

Без лишних вопросов кассирша протянула им билеты. Взгляд ее был пустым и потухшим. Из правой ноздри вытекла струйка вязкой субстанции и сползла по губам. Баба даже не обратила на это внимания.

– Приятного просмотра, – пробормотала она безжизненным голосом, глядя куда-то в пустоту.

– Спасибо, – сказала ей Агата. – Мы с братиком пойдем смотреть кино про любовь.

Кассирша продолжала неподвижно таращиться в одну точку.

– Братик будет трогать меня во время сеанса, – добавила Агата. – Братика хлебом не корми, дай пощупать сестренку за сокровенные участки юного тельца.

И вновь ее слова не вызвали у бабы никакой реакции.

– А еще… – вновь заговорила лолька, но тут Вася схватил ее за руку и оттащил от окна кассы.

– Ты что устроила, гадина? – трясясь от злости, спросил Вася.

Агата махнула рукой – дескать, пустяки.

– Больная что ли? – прорычал Вася. – А если бы….

– Братик, не бзди, у сестренки все под контролем, – самоуверенно заявила лолька.

– А если бы на тебя прямо сейчас кирпич упал и нахуй убил? – не унимался Вася. – Я людей гипнотизировать не умею. Меня бы повязали и закрыли лет на сорок за педофилию и прочую хуйню.

– То есть, тебя только это волнует? – удивилась Агата. – А то, что сестренку камнем убьет, тебе все равно?

– Я сам сестренку убью, если она еще раз такое выкинет! – пригрозил Вася. – Не хочу я срок мотать.

– Братик, ты же бессмертный вампир. От тебя не убудет.

– Ага, блядь, конечно. Раз бессмертный, то можно и на нары. Правильно, хули на свободе делать. За решеткой ведь заебись.

– У братика впереди вечность, а он изошел на говно из-за каких-то сорока лет.

– До вечности можно и не дожить. Сунут в жопу осиновую швабру, и поминай, как звали. А там эта процедура входит в стандартную программу духовно-скрепного перевоспитания путем традиционных высоконравственных пыток.

– Васенька, ты сегодня не в духе, – заметила лолька. – Расслабься. Дыши ровно.

– Расслабишься с тобой! Почему ты не пошла на этот сраный фильм одна? С билетами, как я вижу, проблем никаких.

– Одной скучно, – ответила Агата. – А так у нас с братиком как бы романтическое свидание.

– Ага, размечталась. Свидание. На свиданиях сосут....

Вася сказал, и тотчас же пожалел об этом, заметив зверскую ухмылку, возникшую на лице спутницы.

– Будет, братик, будет, – не переставая ухмыляться, заверила его лолька. – И это будет.

– Пойдем кино смотреть, – поспешил сменить тему Вася.

Собственно, касательно фильма, худшие Васины опасения подтвердились в полном объеме. Он боялся, что ему предстоит смотреть говно про гомиков, и нисколько не ошибся в прогнозе.

Называлось художественное непотребство «Смеркалось 8». Фильм, как умел, пытался рассказать историю любви между стремной бабой и каким-то петухом, которому положено было спать с мужиками, а не заглядываться на девок. За весь сеанс не показали ни сисек, ни писек. Зато соплей размазали тонн пятнадцать. Пару раз за сеанс Вася задремывал и начинал храпеть, но Агата всякий раз толкала его в плечо.

– Братик, не спи! – требовала она, тормоша сонного Васю.

– Да не сплю я, нах! – отмахивался он.

– Братик, ты храпишь.

– Нихуя подобного. Тебе показалось.

– Братик, почему ты не смотришь на экран?

– Я уже посмотрел. Там пиздец какой-то.

Некрасивая девка с заднего ряда наклонилась к Васе и сердито произнесла:

– Послушайте, вы мешаете другим.

– Братик, не мешай другим! – потребовала лолька. – Повернись и смотри кино.

– На хуй все идите! – прорычал Вася.

– Братик, как мы будем обсуждать фильм, если ты его не смотришь?

– Мы не будем обсуждать это дерьмо. Просто не будем, и все.

– Мужчина, вы здесь не один, – опять заявила баба.

– Он с сестренкой, – отозвалась Агата. – Братик привел меня посмотреть кино про вампиров. Не ругайте братика. Он растит меня один. Работает на трех работах. Братик вечно не высыпается. У нас не хватает денежек, но братик выкручивается. Братик почетный донор!

– Правда? – простонала баба.

– Святая истина. Дважды в неделю братик сдает сперму литрами. Сегодня как раз сдавал. Видите, как братик изнемог. Он выдоил из себя тройную дозу. Полведра. У меня неисчерпаемый братик.

– Бля, да заткнись ты уже, скотина! – взмолился Вася, натянув пиджак на голову.

Когда пошли финальные титры, Вася разрыдался от счастья. Его душили слезы радости – наконец эта пытка закончилась.