Сергей Анисимов – Триединство Бога: аргументы, история, проблемы, реальность (страница 52)

Как оказалось, моя ирония предвосхитила реальное использование упоминания числа «три» в Новом Завете в качестве доказательства доктрины о Троице.

Рассмотрим следующий текст из книги Откровение:

«И вознес меня в духе на великую и высокую гору, и показал мне великий город, святый Иерусалим, который нисходил с неба от Бога. Он имеет славу Божию. Светило его подобно драгоценнейшему камню, как бы камню яспису кристалловидному. Он имеет большую и высокую стену, имеет двенадцать ворот и на них двенадцать Ангелов; на воротах написаны имена двенадцати колен сынов Израилевых: с востока трое ворот, с севера трое ворот, с юга трое ворот, с запада трое ворот» (Откр.21:10-13).

Подобно троекратному благословению «Свят, Свят, Свят» в Ис.6:3 и троекратному священническому благословению в Чис.6:24–26, упоминание трех ворот с каждой из сторон Небесного Иерусалима также не прошло мимо внимания тринитарных богословов.

Иерей Германской епархии РПЦ Александр Анисимов, ссылаясь на некое древнее толкование текста Откр.21:10-13, говорит167:

«И вот в этом толковании удивительные слова написаны, что ворота разделены на четыре группы. С востока трое ворот, с севера трое ворот, с юга трое ворот, с запада трое ворот. Он (автор древнего толкования) указывает, что четыре части света принимают тайну Троицы, и тем, что написаны имена патриархов, он показывает, что исполнилось древнее упование. То есть, таким образом, здесь символы познания Святой Троицы, то есть, в жизнь вечную можно войти не иначе, как познавая Святую Троицу».

Хотя символика числа три действительно часто встречается в Писании, ее автоматическое приравнивание к учению о Троице – это вопрос метода толкования текста. В данном случае текст не содержит ни пояснений, ни аллюзий, которые прямо связывали бы ворота с тремя лицами Бога. Более того, если следовать такой логике, то каждое упоминание числа три в Библии можно было бы считать «доказательством» Троицы, что ведет к произвольному толкованию.

Но главная проблема заключается в другом. К сожалению, отец Александр не учел, что такое толкование книги Откровение прямо противоречит словам Самого Христа, сказавшего:

«Итак, опять Иисус сказал им: истинно, истинно говорю вам, что Я дверь овцам. … Я есмь дверь: кто войдет Мною, тот спасется, и войдет, и выйдет, и пажить найдет» (Ин.10:7,9)

Этими словами Иисус четко указал на то, что символической «дверью» (или «воротами», что одно и то же) для входа в Небесное Царство (или в Небесный Иерусалим, что одно и то же) является исключительно Он Сам, а не какие-либо богословские конструкции.

Эту же мысль об исключительности Иисуса как единственного пути к Богу Писание выражает следующими словами:

«Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня» (Ин.14:6)

«ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян.4:12)

Однако, какими бы словами мы ни описывали Троицу, невозможно отрицать то, что Троица не тождественна Христу.

Следовательно, толкование о «входе через познание Троицы» представляет нам некий дополнительный или альтернативный путь ко спасению помимо Христа, что противоречит ясным словам Самого Иисуса, обозначившего Себя как единственную «Дверь».

Таким образом, прямое и ясное учение Нового Завета о Христе как единственном пути к спасению не позволяет считать, что в Откр. 21:10–13 содержится учение о Троице как «воротах» в Небесный Иерусалим.

Часть 6. Учение-аргумент о «вечном рождении Сына»

С точки зрения тринитарной доктрины, одним из двух «столпов» богословия Троицы является раздельность Личностей (второй «столп» – единство Бога).

В свою очередь, раздельность Личностей Троицы тоже базируется на ряде утверждений, из которых самым фундаментальным является следующий онтологический («бытийный») факт: Отец потому назван Отцом, что Он рождает Сына, а Сын потому назван Сыном, что Он рождаем Отцом. Отец – это не Сын, а Сын – это не Отец, следовательно – это две разные Личности.

То же относится и к Духу, как к третьей Личности (ниже я не буду отдельно комментировать тему «вечного исхождения Духа» ввиду преобладающей важности темы «вечного рождения Сына»).

Важно заметить, что в тринитарном богословии Отец не просто рождает Сына в какой-то момент времени, а вечно рождает Его, соответственно Сын вечно рождается от Отца (если бы это было не так, то есть существовал конкретный момент рождения, то данный факт означал бы, что до этого момента Сына не было).

Фундаментальность утверждения о вечном рождении Сына заключается в том, что сами функциональные различия между действиями Отца и Сына базируются на их онтологическом (бытийном) отличии. Можно сказать, что на вечном рождении Сына построена вся доктрина о Триединстве Бога (в части, касающейся раздельности Личностей Бога), поэтому анализу этого учения мы посвятим отдельный раздел книги.

Тексты в защиту учения о вечном рождении Сына

В данной главе мы лишь представим основные библейские тексты, на которые опирается учение о вечном рождении Сына, с краткими комментариями о том, как понимаются эти тексты. Детальный разбор учения будет дан в следующих главах.

Итак, в защиту учения о вечном рождении Сына приводятся следующие стихи Писания:

«Господь имел меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони; от века я помазана, от начала, прежде бытия земли. Я родилась, когда еще не существовали бездны, когда еще не было источников, обильных водою. Я родилась прежде, нежели водружены были горы, прежде холмов» (Притч.8:22-25)

Здесь говорится о том, что Премудрость родилась прежде всякого творения. Предполагается, что в этом тексте Премудрость – это Бог-Сын.

«возвещу определение: Господь сказал Мне: Ты Сын Мой; Я ныне родил Тебя» (Пс.2:7)

Из этого текста делается вывод о том, что Отец – это Тот, Кто рождает Сына.

Тринитарные богословы, отделяя это «рождение» от какого-либо момента времени (воплощения, воскресения), видят в этом стихе указание на вечное, вневременное отношение порождения внутри Бога.

«И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца. … Бога не видел никто никогда; Единородный Сын (в оригинале – Единородный Бог), сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин.1:14,18)

«Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин.3:16)

Предполагается, что Сын является «единородным», то есть единственным рожденным, Который вечно существует в Отце именно как Сын, как Тот, Кто вечно рождается от Отца.

Тринитарный богослов Брюс Уэйр так прокомментировал эти стихи168:

«Основным доказательством или основным самым базовым основанием для ранних отцов церкви были фразы апостола Иоанна о рождении, о том, что Христос единородный, что Он рожден. Например, Иоанна 1:18: «Бога не видел никто никогда, единородный Бог» – в нашем переводе «Сын», но во многих ранних манускриптах «Бог» – «единородный Бог, сущий в недре Отчем, Он явил». То есть, этот текст говорит о том, что Он Бог, но Он в то же самое время единородный, и затем этот единородный Бог пришел во плоти, и Он физически и видимым образом явил, каков Бог, да, мы читаем, Он явил, или Иоанна 3:16: «ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного». То есть тот факт, что тот Сын, который пришел, Он был рожденным, единородным, они говорили, что это не может быть указанием на воплощение, на Его физическое рождения от Марии, то есть это не зачатие Христа, которое произошло во чреве Марии, но мы читаем, что Бог отдал нам уже своего единородного Сына. Вот эти тексты из Евангелия Иоанна для ранних отцов Церкви были основанием для концепции о вечном рождении Сына».

Далее:

«Который есть образ Бога невидимого, рожденный прежде всякой твари; ибо Им создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, – все Им и для Него создано; и Он есть прежде всего, и все Им стои́т» (Кол.1:15-17).

Предполагается, что Христос был рожден до того, как появилось первое творение, в создании которого Христос участвовал.

«Ибо, как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе» (Ин.5:26)

Здесь говорится о том, что Отец дал Сыну иметь жизнь, то есть родил Его, хотя здесь не говорится о том, когда именно родил. Тринитарии считают, что «дал иметь жизнь в Самом Себе» указывает на вечное сообщение сущности.

Из этих нескольких стихов тринитарное богословие делает вывод о раздельности Личностей Отца и Сына. О чем на самом деле говорят эти стихи и о чем они вовсе не говорят – мы увидим ниже.

Почему это учение настолько важно для Триединства Бога?

Прежде, чем мы перейдем к критическому разбору учения о вечном рождении Сына и вечном исхождении Духа, я хочу вначале сделать дополнительный подробный акцент на том, почему в рамках доктрины о Троице это учение настолько важно.

Как уже было сказано в начале данного раздела, онтологический («бытийный») факт рождения Сына Отцом является самым фундаментальным для разделения Личностей в Троице.

Важность этого факта (с точки зрения доктрины о Триединстве) проявляется в следующих ключевых аспектах.