Сергей Афанасьев – Феодора - 5. Александрия (страница 2)

Но Рус понимал – убийца на самом деле находится среди них. Тем более, что круг подозреваемых очень уж существенно сузился.

Египтянин чуть ли не с середины лестницы ловко спрыгнул на палубу, даже не коснувшись ее руками.

– В гнезде никого нет, – доложил он капитану, небрежно выпрямляясь.

Сириец кивнул.

– У меня все чисто! – выкрикнул Хорив из-за бочек.

– У меня тоже, – буркнул обнаженный негр, свесившись через борт и размахивая внизу факелом, и глядя на сетки.

Воин зачем-то забрался на самый нос и был плохо виден. Серый плащ скромно стоял поодаль от капитана. Оружия в его руках не было.

Найдя глазами Феодору, Рус неторопливо оторвался от стенки инсулы, хотя сердце его бешено колотилось о грудную клетку.

Держа в одной руке кинжал, а в другой факел, девушка медленно шла вдоль борта, сосредоточенно глядя вниз, готовая тут же метнуть смертельное оружие туда, в темноту.

Рус медленно направился в ее сторону, глупо улыбаясь. Он был очень рад, что эта странная девица с еще более странными замашками все же осталась жива. Только сейчас он понял, как все таки сильно успел к ней привязаться.

Вдруг, замерев, она, чуть отстранившись, принялась медленно водить факелом, осторожно посматривая вниз.

Увидела что? – тут же насторожился юноша, изготавливая кинжал к бою.

Замер позади нее, чтобы случайно не отвлечь и тем самым не помешать.

Какое-то время Феодора осторожно помахивала факелом. Потом чуть нагнулась над бортом, снова помахав. А потом просто склонилась, помахав факелом уже где-то глубоко внизу.

Корабль качало на волнах и Рус, побоявшись, что она свалится за борт, быстро подскочил к ней, хватая девушку за бедра и невольно прижимая к себе.

– Это я, – поспешно прошептал он, не желая получить удар кинжалом.

И она тут же порывисто выпрямилась, протянув руку назад, и он быстро сжал ее, вдруг испытывая настоящее блаженство от этого простого действия.

– Что случилось с каютой? – тихо произнес он, обхватив девушку за грудь и крепче прижимая к себе, и невольно поцеловав ее шейку, впрочем, еле сдерживаясь, чтобы не ударить ее, в порыве тех чувств, что очень уж энергично все это время бурлили в нем, пытаясь взорвать его мозг и тело, и о чем сильно зудели его плечи.

– Я выскользнула через окно, стараясь тебе помочь, – жалобно пролепетала Феодора, расслабляясь и опуская руку с ножом.

– Но ведь я кричал!.. – в отчаянном бессилии выдавил юноша.

– Но ведь и я не видела убийцу и не могла себя выдать! – еще более решительно возразила она.

Рус понял – с этой девицей не поспоришь. Она всегда окажется права. И ему тут же захотелось поднять ее на руки и быстро отнести в каюту.

Да уж, вздохнул он с трудом беря себя в руки, с ней справиться невозможно, с ней можно только подчиняться.

В это время египтянин, встав на колени, старательно осматривал хорошо освещенное мертвое тело. Принюхался к чему-то. Приподнялся, посмотрел на капитана, отрицательно покачал головой.

И тогда сириец обвел взглядом своих пассажиров.

– Ну? Кто из вас убийца? – зло процедил он, непроизвольно разминая кисти рук, словно готовясь схватиться со злодеем и тут же покарать его. – Сознавайтесь. Облегчите душу. Больше ведь некому.

Он снова медленно обвел внимательным взглядом оставшихся в живых пассажиров, поочередно задерживаясь на каждом из них. Его понять было можно – при официальном расследовании подозрение в первую очередь падет на него с экипажем. Но никто на его колючий взгляд не обратил внимания – так все были подавлены случившимся.

Пассажиры промолчали, впрочем, быстро переглянувшись – действительно, кто?

– Не согласен, – возразил Рус, чуть подавшись вперед, чтобы обратить на себя взгляд капитана. – Кто-то из ваших мог узнать кого-то из пассажиров. Я сам слышал подобный возглас от грека. Могли просто свести свои старые счеты и потом убирать свидетелей.

Капитан с удивлением посмотрел на Руса

– Вот только не надо переносить свои проблемы на плечи других, – недобро произнес он. – Я за своих ручаюсь своей жизнью и подобного не потерплю. Ищи другие варианты.

– Хорошо, буду искать, – незамедлительно ответил Рус, который и ждал этого предложения, и даже его слегка спровоцировал. Просто ему очень нужно было добро от капитана на расспросы пассажиров. А как его получить, он долго не мог сообразить.

В это время Хорив развернул легкое одеяло и быстро накрыл им труп. Взял в каюте у матроны, сообразил Рус. Между тем кок тщательно подвернул края материи под тело, чтобы покрывало не унесло ветром.

– С рассветом похороним, – произнес капитан.

Никто и не возражал.

Все это время юноша и девушка так и стояли замерев – он животом прижимался к ее спине, а она спиной прижималась к его телу. Но после слов капитана она проворно развернулась к юноше лицом. Быстро вжалась. Снова замерев.

Аккуратно приподняв, юноша осторожно перенес ее подальше от борта. Палуба упруго ходила под его ногами, но он уже успел освоиться и проблем при ходьбе не испытал. Донес до самых бочек и, медленно опустившись прислонив вдруг ослабленную девушку к мачте, внимательно глядя на видневшуюся из-за бочки женскую руку.

Что-то упорно не давало ему покоя.

– Извини, – пробормотал он, быстро ответив на поцелуи Феодоры и мягко освобождаясь от ее рук.

Медленно приблизился к трупу, ловя себя на мысли, что он что-то упускает существенное, но вот что – никак не мог понять.

Остановился, глядя на распластанное на досках палубы женское тело.

Да уж, не такой судьбы она себе мечтала, вдруг подумал он, невольно покривившись, чтобы загасить ненужные эмоции.

– Служанка тоже мертва? – тихо поинтересовался капитан, впрочем абсолютно равнодушно.

Рус отрицательно покачал головой.

– Ее усыпили, – пояснил он и внимательно покосился на народ на палубе.

– Может быть кто-то слышал, как она выходила на палубу? – неспешно произнес юноша. – Кто-то выходил после нее или перед ней? Она кому-то назначала встречу, или кто-то назначил ей? – Рус замер. Все молчали. – Вспоминайте.

– Я ничего не слышал, – наконец тихо ответил Воин, все еще с силой сжимая меч и, не в состоянии успокоиться, время от времени резко двигая им вправо-влево.

– Я тоже, – тут же смиренно прознес Стилиан, склонив голову.

– Меня вообще разбудили твои толчки, – покривился капитан и покосился на своих матросов. – Ну а их обьяснения тебе нужны? – недобро поинтересовался он у юноши.

Рус зло ухмыльнулся, принимая вызов.

– Я распрошу каждого отдельно, – внятно произнес он, взглядом выбирая первую свою жертву.

Это оказался Хорив.

– Разжигай. Все равно никто уже не уйдет, – кивнул сириец своему коку, и тот тут же устремился к мангалу.

Рус последовал за ним.

– Рив, – приблизившись, произнес юноша, – ты что-нибудь слышал подозрительное?

Корабельный кок как раз развязал кожаный мешок, достал березовые поленья, внимательно посмотрел на замершего в ожидании ответа Руса. Потом, улыбаясь, отрицательно покачал головой.

– Все было как обычно – ветер шумел в парусах. А двери и руль не скрипели – сам помнишь, их хорошо смазали.

– Напрягись! – чуть ли не умаляюще выдавил Рус.

Но Хорив только пожал плечами, складывая поленья в мангал.

– Мне пора разжигать. Скоро уже рассвет.

Кивнув, Хорив нагнулся к своим мешкам, а Рус, помедлив, быстро направился к рулевому, мысленно вспоминая склянки – его это вахта была или не его? Сообразил – этот рулевой в момент убийства действительно находился на палубе.

Быстро поднялся по качающейся лестнице, вдруг почему-то вспомнив свои первые шаги на ней. Невольно улыбнулся, подходя к египтянину.

– Слушай, ты ничего не слышал странного или подозрительного?

Тот только пожал плечами, наблюдая за парусом.

– Я постоянно перевязывал руль, – произнес он. – Ветер сильно трепетался. И мне было не до того, что происходит на палубе.