Сергей Абдалов – Омут Присказка (страница 5)
– Войны! – воскликнул Белодор, время от времени бросая взгляд на надвигающуюся тьму. Его голос звучал твердо, несмотря на боль, разливавшуюся по телу. – Велес не случайно привел нас к «Чёртовым Рогам». За этот поход мы истребили больше зла, чем смогли бы уничтожить, оставаясь дома! Чернозмей понес невосполнимые потери, и чтобы вернуть прежнюю мощь, ему потребуется не один год. Каждый враг, павший от наших мечей, ослабляет силу Чернозмея! Дружина моя! Сегодня мы дарим Миру покой на долгие годы, остановив эту рогатую орду, топчущую наши земли! Долгое время Чернозмей не сможет возродить свои черные полчища! Мы не позволим Нечисти продвинуться дальше наших рядов! Пусть «Крепость» соберет новые силы, чтобы нанести решающий удар!
Громыхнуло войско раскатистым криком. И радость была в нём, и ненависть, и отчаяние. Спешился Белодор, чуть отъехав в сторону, подозвал к себе заметно поседевшего, с мелкой бородкой Баюна. Присел около Кота главный стрелец Чу́ди, протягивая Ясному окровавленный свёрток.
Белодор, глядя на колышущиеся тени Нечисти, шёпотом обратился к стоящему рядом Коту:
– Грод, предок Баюнов, прошу тебя, – голос его дрожал от волнения. – Пошли на Остров Буян самого быстрого, молодого и отважного Кота. Пусть доставит этот ключ Громоруку. Тогда Вселидер соберёт свою армию и поведёт войско дальше, к сокровищнице Тридесятого Царства. Иди, друг, отправляй своего брата. Мы же обеспечим ему надёжное прикрытие!
Коты собрались на переговоры. Они долго искали смелого Баюна, который согласился бы отправиться в опасное путешествие. Волшебные зверьки обняли своего брата, и он выслушал мудрые напутствия от своего предка. Затем Город подозвал к себе Гамаюна. Эта женственная птица схватила Кота своими когтями, но не сжимала их сильно. Поднявшись высоко в небо, до самых туч, они скрылись из виду.
Приближаясь к войску, Нечисть перешла на бег, а затем и на галоп. Баюны снова выстроились спиной к своему войску, повернувшись мордочками к Чертям. По воздуху полилась печальная песня: последняя песня, наполненная горьким плачем матерей и протяжными стонами сыновей их, павших на полях сражения.
И от песни этой, под вздрагивания тонких струн гуслей, Нечисть падала на землю, бросая оружие. Кони спотыкались, ломая передние копыта и перебрасывая Чертей через голову. За ними падали Великаны, давя телами впереди идущих, и засыпали крепким сном.
Рыкари и Драуги продолжали своё неумолимое шествие, безжалостно попирая сапогами тела поверженных врагов. Их тяжёлые подковы раздавались глухим стуком, эхом отзываясь в сердцах тех, кто ещё стоял на поле боя. Завывая в небесную высь, как голодные волки на полную луну, они яростно били рукоятями своих сабель о щиты, пытаясь заглушить чарующие голоса Баюнов. Но даже их мощные удары были бессильны перед древней магией – один за другим войны, словно срезанные травы, падали наземь, погружаясь в глубокий сон.
За спинами Котов раздался свист стрел лучников, стремившихся в воздух подобно стае хищных птиц. Уцелевшие катапульты загремели, выбрасывая огромные камни и тяжелые бочки с ладаном прямо в ряды войска Чернозмея. Валуны с грохотом врезались в землю, разбрызгивая грязь и сметая с пути врагов.
Белодор вновь вскочил на спину своего белогривого скакуна, обнажая окровавленный клинок. Его лицо было суровым, глаза горели решимостью. Войско Велеса ринулось вперед, как мощный таран, сокрушая изумленную Нечисть. Рогатые всадники падали с седел, раздавленные мощным ударом копыт, а пехота, издававшая дикий рёв, была втоптана в грязь под тяжестью несущихся лошадей.
И внезапно дождь оборвался разом – будто сама Природа решила прекратить эту борьбу. Небо разверзлось, густые серые облака рассыпались, уступив место яркому золотистому лучу солнца, озарившего небесную даль. В свете этой лучезарной полосы стремительно исчезали силуэты Гамаюна несущегося в когтях отважного Кота, удаляясь всё дальше от шумной битвы, уже теряя очертания среди ясности нового дня.
Братья
Двенадцать лет назад два брата-близнеца, похожие друг на друга словно две капли воды, осчастливили своего батюшку и доставили немало хлопот матери. Любоми́р и Дароми́р – оба светловолосые, кудрявые, крепкие мальчуганы, унаследовавшие силу и выносливость своего отца-кузнеца.
Отец с ранних лет обучал их сложению больших чисел в уме и чтению справа налево, как говорят большинство представителей нечистой силы. Братья умели терпеть боль, не причиняя её слабым; радовались солнечному свету и ориентировались в темноте; опасались внеземной красоты и не гнушались уродства.
Но однажды вся жизнь круто изменилась, словно чёрный ворон опустился на тихий дом. Судьба обрушилась на их род тяжёлым молотом, разбив спокойное течение дней вдребезги. Отец братьев встретил свою печальную участь от Чертей, а мать долго таяла, увядала, будто тонкая свеча, чьё пламя слабело под дыханием ледяного ветра, пока холодная рука самой Смерти не вырвала её душу, оставив после себя лишь глубокие раны в сердце осиротевших сыновей. Теперь перед ними открывалась тёмная дорога одиночества, полная горькой памяти и слёз.
Остались братья одинокие посреди необъятной широты жизненных дорог, бережно оберегая в сердцах своих теплые воспоминания о дорогих родителях, рано покинувших сей бренный Мир. Тлеющее пламя печали медленно угасло, оставив после себя лишь мягкий свет былых дней, согревающий душу тихим теплом воспоминаний.
Но мудрость отца жила вечно в каждом дыхании, каждое движение их молодых рук, крепко сжимающих рукоятку кузнечного молота, пронизано было опытом ушедшего поколения. Мальчики продолжали великое ремесло отца своего, ковав оружие грозное – острые клинки и крепкие топоры, украшения дивные и инструменты искусные, словно передавая каждому удару молота частичку любви и уважения к дивным предкам своим. И жили братья, поддерживая друг друга во всех делах житейских, хранимые любовью к родным, несмотря на долгие года одиночества вдали от родительского тепла.
Жить на Чёртовых землях и надеяться на продолжение дела предков было безнадежным стремлением. Ткачи превращались в кузнецов, а кузнецы по воле судьбы становились коробейниками. Те, кто раньше трудился на полях, уходили строить корабли, а плакальщицы брали на себя обязанности повитух. Люди выживали, как могли. Удача братьев заключалась в сохранении семейного дела, иначе их могли бы взять на торговые суда грузчиками, платя лишь сухарями. А если бы на борту оказался приспешник Нечистой силы, которых среди людей было предостаточно, то братья работали бы за сохранение собственной жизни.
Такова была судьба мальчиков, но они держались вместе, поддерживая друг друга в этом суровом мире.
Деревушка, где жили близнецы, также находилась во власти рогатых, но была столь мала, что даже сам Черти лишь изредка присылал туда своих Драугов – да и тех в малочисленных отрядах. Слишком незначительной казалась эта деревушка для Олзгора. Пока не настал тот самый миг, который был уже совсем близок.
В тот день братья возвращались с Железной скалы, сгибаясь под тяжестью мешков, полных руды. Оставив своё оружие дома, они вооружились лишь кирками, которыми выбивали из твёрдых скал железные глыбы. Эти инструменты вполне годились для защиты от врага, если таковой вдруг объявится. В небе не кружили во́роны, не собирались чёрные тучи, предвестницы нападений Чертей, и потому братья решили, что лишние доспехи будут лишь ненужной обузой. Впрочем, ни один из них не рискнул бы уйти далеко от дома без отцовской кольчуги, которую кузнец создавал долгие годы, обжигая руки о раскалённое железо, ночи напролёт проводя у горна и прокалывая пальцы острой проволокой. Отец вложил всю свою душу в эти доспехи, желая защитить сыновей от когтей Оборотней и ядовитых стрел Драугов. Так кузнец оставил своим детям вечное наследие – защиту, полную заботы и любви.
Мать близнецов так же оставила после себя память, создав нечто важное для своих детей. Она сшила им рубашки из кожи оленя, которые надевались под кольчуги. Предвидя возможные трудности впереди, она сделала эти рубашки на вырост. Сейчас они доходили мальчикам лишь до колен, а рукава приходилось закатывать до локтей. Эти рубашки надежно защищали от ветра благодаря своей плотной ткани, а капли дождя скатывались с поверхности, сохраняя тело сухим.
На этот раз, готовясь к возможной непогоде, Даромир и Любомир надели одежду, которую им подарили родители. Они были одеты в кожаные брюки и сапоги из кирзы с железными подошвами. Сегодня братья решили не надевать стальные шлемы, оставив свои вьющиеся золотые кудри открытыми. Южный ветер легонько играл их волосами, а яркое солнце, которое освещало путь обратно в село, ослепляло мальчиков, мешая им сразу разглядеть окружающую обстановку.