Сергей Абдалов – Хроники забытого Мира. Присказка (страница 7)

Глухой рёв тяжёлых ворот, сотрясая воздух шумом, похожим на стон раненых лесных великанов, наполнил пространство металлическим звуком. Казалось, что боль и страдания исходят от тяжелой цепи, сдерживающей неуемную мощь ворот и дверей циклопических размеров. Грохочущие шаги огромных Волотов и Костоломов, сопровождаемые глухим топотом конского бега, звучали далеко слышимыми ударами, откликающимися рокочущими вибрациями по всему пространству: гром…бом…гром…бом…

Земля содрогнулась от устрашающего рычания Рыкарей, сливающегося с низким рёвом Волотов, крепко сжимающих в лапах гигантские молоты, выкованные в кузницах преисподней Нави. Через ночной мрак прокатывалась звуковая волна тревоги, вызванная воинствующим призывом боевых рогов, собирающих тьму из потаённых уголков Мира, чтобы прийти на помощь Чернозмею.

«Пвввууу!» – возвестил рог, чей резкий звук пронесся эхом сквозь леса и пещеры, рождая атмосферу тревоги и страха.

«Пвввууу!!»

И вот вновь встревожила земную тишину глубокая дрожь, порождённая голосом повелителя Зла, чья сила была настолько велика, что само тело начинало дрожать от напряжения и ощущения угрозы. Богатырские лошади резко заголосили, напрягая мышцы и стараясь сохранить равновесие перед лицом нависшей опасности.

Спустившись с мостового перехода, отряды тьмы выстроились длинными рядами вдоль берега широкой реки Пуча́й, простирая ряды свои вплоть до горизонта. Расстояние между богатырями и войсками Нечисти сокращалось стремительно, пока не достигло полёта стрелы.

В рядах противника чувствовалось напряжённое ожидание боя. Глухое дыхание Волотов сопровождалось хрустом пальцев, сжимающих рукояти смертоносного оружия. Готовящиеся вступить в битву Валькирии взвывали и хлопали своими растрёпанными крыльями, возбуждаясь предстоящей борьбой. Луки скрипели от сильного натягивания тетивы, цепи с железными шарами позвякивали в сильных руках великанов. Яги́, бросив погрызённые мелкие кости наземь, припали на четвереньки и, скалясь, рычали, выражая нетерпение и ярость. Разнородная масса Чертей теснила друг друга: они толкались плечами и недовольно рычали, пытаясь укусить стоящего рядом собрата. Напряжение росло.

Напротив Велеса на своём мрачно-чёрном Мертвецком коне величественно возвышался Олзго́р. Ужасающие багровые лезвия кос угрожающе торчали в ножнах за его спиной, а в руках Чёрт держал длинное копьё, похожее на хребет зверя с острым извилистым наконечником, словно змеиный язык.

Приняв от Белодора крепкое дубовое копьё, Велес выставил его вперёд, зеркально повторяя жест противника. Князь ударил пятками своего верного И́ндрика – и тот мгновенно сорвался с места. Вслед за ним рванул и Мертвецкий конь Олзгора.

Два воина ринулись навстречу друг другу в смертельном поединке. Кони, встав на дыбы, отчаянно защищались от стремительных ударов копий.

Словно сокол и ворон, столкнулись Велес и Олзгор в жестокой битве. Остриё копья Олзгора пронзило князя прямо в ребро, тогда как княжеское древко пробило чёрную броню врага и вышло между лопаток.

Индрик, взвившись, обрушил передние копыта на череп олзгоровому коню, расколов её пополам. Мертвецкий конь рухнул наземь, увлекая за собой хозяина.

Князь спешился, тяжело стащив с седла большой щит. Всем показалось, он съехал с коня, оставляя на седле кровавый след. Но Велес, несмотря на боль, всё-таки спрыгнул с Индрика. Ноги едва держали его, однако князь справился с собой, выхватил меч из ножен и замер в ожидании, пока враг поднимется с земли.

Олзгор, извлечённый таинственной силой, встал на ноги, вырывая копьё из своей груди и отбрасывая его прочь. Затем, словно ведомый невидимым духом, он потянулся за своими косами, сверкающими подобно железному клюву хищника.

Противники начали кружить друг вокруг друга. Олзгор широко раскинул руки, демонстрируя бесстрашие перед ударом, раскрывая своё тело навстречу врагу. Велес, укрывшись за щитом, внимательно изучал лицо противника, пытаясь уловить малейшую подсказку предстоящей атаки.

Солдаты обоих войск прекрасно понимали значимость происходящего. Для многих этот поединок станет решающим моментом войны. Один сильный удар мечом мог определить судьбу целого Мира. В воздухе витала тревога, смешанная с предвкушением зрелища. Каждый боец знал, что победа одного означает поражение другого, и никто не хотел оказаться проигравшим.

Поединок

– Ещё не родился тот, кто сможет меня убить! – раскатистый хохот Олзгора, словно гром среди ясного неба, прокатился по раскалённому, насыщенному влагой воздуху. – А если и родился, то на бой не сгодился!

Чёрт нанёс первый удар. Косы, сверкая в полутьме, обрушились на князя, который уже успел отскочить в сторону. Уклоняясь от смертоносных лезвий, Велес взметнул меч навстречу врагу. Лезвие, острое как бритва, едва коснулось руки Олзгора, и на землю, промокшую от дождя, упали капли чёрной крови. Но враг, будто не ощутивший боли, продолжал атаковать. Косы, похожие на хищные когти, проносились над шлемом Велеса, оставляя глубокие борозды в земле каждый раз, когда князь уклонялся и падал.

Мгновение спустя, когда Олзгор промчался мимо Велеса, князь всей своей силой обрушил меч на ногу врага. Тело Чёрта дрогнуло, и он рухнул на одно колено. Следующий удар пришёлся прямо в наплечник, сделанный из чешуи дракона, разорвав его пополам. Войско Нечисти тревожно заревело, а богатыри, почувствовав шанс, уже натягивали тетивы луков.

Однако Олзгор, мастерски уклонившись от нового нападения, вскочил на ноги и скрестил свои косы, блокируя клинок Велеса. Вдруг резким движением он выдернул меч из рук князя и, подбросив его высоко вверх, рассёк надвое. Воины, наблюдавшие за битвой, застучали молотами о землю, а Рыкари – саблями о круглые щиты. Оставшись безоружным, князь начал отступать. Ранения, полученные Чёртом, начали затягиваться.

Ко́сы Олзгора продолжали мелькать, обрушивая удары на щит Велеса, подобно граду, что бьет по крыше. Щит, не выдержав столь яростного натиска, вскоре развалился на куски, оставив князя уязвимым для новых нападений.

– У тебя был острый меч, – произнес Олзгор, приближаясь и занося руки с косами над головой. – Но моя плоть неподвластна никаким заклятьям Сварога! Ни один кузнец, ни один маг, ни один храбрый воин не смогут меня уничтожить! В мире нет клинка, способного лишить меня жизни! Я – дух Чернозмея! Я – сила Чернозмея! Я – триумф Чернозмея!

– Велес! – голос Белодора прорезал завывание дождя, заставив Олзгора оборвать свою речь. Даже Черт обернулся на зов, когда слова, словно молния, пронзили ночь. – Хватай меч Перворода! Эти чудовища всегда нападают исподтишка, когда ты безоружен!

Меч, вырвавшись из первых рядов, блеснул в свете молнии. По обе стороны клинка сияли надписи, увековечившие имена предков Велесова рода.

Перед глазами Велеса промелькнул образ Перворода. Тот стоял на пороге между жизнью и смертью, скрывая разрывающую душу боль, и, собрав последние силы, передал тяжёлый меч своему сыну. От напряжения руки Перворода порезались, но он всё равно протянул оружие своему сыну. Меч, созданный первым князем для самого себя, теперь переходил к Велесу – так власть покидала одного, чтобы перейти к другому.

Словно стрела, пробивающая дождевую завесу, клинок устремился к вытянутой руке князя и, на подлёте развернувшись рукоятью вперёд, идеально лёг в ладонь Велеса. Богатырские пальцы сжали деревянную рукоять, и на миг князю показалось, что он чувствует руку отца.

Олзгор, тяжело ступая по грязи, развернулся навстречу врагу. Дождь хлестал с новой силой, и Гамаюны, боясь намокнуть, взметнулись вверх, образовав пёстрое кольцо над княжеским войском.

Чёрт рванулся вперёд, взмахнув острыми косами, стремясь одним ударом лишить Велеса головы и ног. Но князь ловко отпрянул в сторону и обрушил меч на древко одной из кос. Ведьмы, словно дикие псы, выскользнули из строя, злобно рыча и обнажая чёрные пасти. Богатыри выхватили клинки из ножен, и воздух наполнился звоном стали. Гамаюны, сделав круг над вражескими рядами, вновь зависли над копьями воинов.

Олзгор на мгновение застыл на месте, глядя на свою отрубленную косу, которая лежала в грязи. Велес тоже замер, осознавая, что произошло.

Уже через мгновенье, опомнившись, Велес прыгнул в сторону Олзгора и ударил Чёрта мечом, разрезав тому брюхо с той же легкостью, с какой топор рассекает трухлявый ствол дерева. Его глазницы вспыхнули рыжими огоньками, и, прикрывая рану свободной рукой, Чёрт рухнул на колени, забрызгав грязью Велеса.

Князь был в шаге от растерянного и беспомощного Чёрта Олзгора, который впервые за годы войны оказался на коленях. Велес торжествующе поднял над головой меч, но в этот момент между ними с грохотом разорвалась земля и появилась трещина. Опасаясь провалиться в разлом, Велес с приподнятыми руками замер на краю пропасти, роняя в бездну земляные крошки.

Черти переглянулись. Дрожь под ногами и копытами усилилась. Рёв Чернозмея под землёй принялся разламывать её на части, образуя широкие трещины между армиями. Чуде́й подняли заряженные луки, в любое мгновение намереваясь выпустить в сторону Калинова моста сотни стрел. Ры́кари и Дра́уги закрылись щитами, выставив копья. Олзгор попытался подняться. Чёрная кровь текла из раны, как вода из прохудившегося бочонка.