Серг Усов – Королевства (страница 52)

Глава 29

Бродить с самого утра по зимнему лесу, пусть и бесснежному — ну, не выпадают в этих местах белые красавицы-снежинки, куда деваться? — Вике понравилось. Не самая плохая замена невозможному в этот период года — начало второй половины зимы — купанию в прибрежных водах Алернийского океана.

Попаданка сделала почти полный круг и вышла к своей заимке. Остановилась на опушке поляны, где по её приказу рядом с ручьём был возведён небольшой дом, с пристройкой для дворового раба, баня и дровяной сарай — всё нужное, как она когда-то и мечтала, для отдыха в лесной глуши, где можно отрешиться от насущных проблем и забот.

Во дворе валаниец — одного из своих «мулатов», как и служанку Вика взяла с собой для помощи по хозяйству — колол дрова. Привычку хозяйки вставать с первыми лучами позднего зимнего солнца поневоле переняли и её слуги.

— Не прячься. Говорила же, я тебя всё равно увижу, — в сторону кустов, где скрывался Бегемот, она головы не поворачивала, но кот и так понял, что опять обнаружен, и вышел из своего укрытия, делая вид, как будто бы просто прогуливался, — Теперь спать пойдёшь? Эх, вот это жизнь, — позавидовала попаданка, обхватывая прыгнувшего ей на руки хвостатого друга.

Бегемот затяжелел настолько, что когда забирался Вике на плечи, у той чуть ли не ноги подгибались. Всё же в этом мире лесные коты были покрупнее земных.

Так с Бегемотом в обнимку на плече, улыбнувшись рабу в ответ на поклон, повелительница и зашла в свой скромный домишко, сразу же за входной дверью оказавшись в небольшом холле с горящим камином.

Собственно, жара от этого очага, с учётом местного климата, вполне хватало, чтобы во всём одноэтажном доме, где кроме холла имелось ещё шесть комнат, включая кухню, ванную и комнату служанки, совмещённую с небольшой кладовой, было тепло.

Кроме спальни у Вики здесь имелся и кабинет. Хоть и клялась она себе, что никакой работой на заимке заниматься не станет, но, как говорится, жизнь внесла свои коррективы.

— Я чай ещё не заваривала. Может, вина? — встретила её вопросом рабыня.

Это была уже то ли седьмая, то ли восьмая — попаданка не считала — Викина личная служанка после Юнты. Они у неё надолго не задерживались.

Если девушка, ей прислуживающая, оказывалась умной и расторопной, то попаданка давала рабыне свободу и помогала в жизненном устройстве — на роль ли жены и матери или на службу в разраставшийся аппарат Ордена, не суть дело — держать в неволе вполне нормальных и адекватных людей она считала не правильным.

Если же служанка оказывалась глупой или нерадивой, то Вика тем более от неё избавлялась, отправляя работать куда-нибудь на птичник или возвращая туда, где Петелия эту девицу нашла.

Вот и нынешняя — попаданка уже решила — по возвращению в резиденцию отправится снова в посудомойки. Там ей самое место — старательна, но безнадёжно глупа.

— Я хотя бы раз по утрам пила вино, Ловна? — Вика так со своей мурчащей ношей и села в кресло, — Подожду, пока ты соизволишь сделать то, что должна. Такая уж у нас повелительниц доля.

В отношении слуг имелся конечно и третий вариант — воспитание. Только попаданка этим заниматься откровенно не хотела. Не видела смысла.

Сидеть долго перед камином, пить чай и гладить дремавшего Бегемота у неё долго не получилось — к заимке приближался человек. И хоть Дальновидение не позволяло определить его личность, Вика и так знала, что это Дубок. Никто другой сейчас к её заимке подойти не мог.

Вовсе не из желания защиты — попаданка в этом деле обошлась бы и без помощников — а только, чтобы никто посторонний её не беспокоил, вокруг лесного жилища Вики в окружности трёх-пяти лиг на всех тропках несли дежурство сменяемые посты графских дружинников, ассасинов и рыцарей Ордена, два десятка которых были присланы магистром воинов Алеком на постоянную службу в резиденции Тени.

— Что на этот раз, Дубок? Ого, какой здоровый! — так она и поприветствовала главного орденского лесничего и оценила его добычу — огромных размеров гуся, — Только учти, готовить тебе самому придётся. Мне не по статусу, а эта…, - Вика посмотрела на еле сдерживающую слёзы дурёху и вздохнула — бывший браконьер и так знал весьма невысокие кулинарные способности рабыни, повелительница с ним не раз её стряпнёй делилась, — Отдай ей птичку. Уж ощипать-то Ловна сможет.

Попаданка так и не привыкла, что при всей схожести местной флоры и фауны с земной, всё же отличия, в том числе, в повадках зверей и птиц, имеются довольно существенные. Вот и здешние гуси почему-то с уходом лета на юг не улетают. Хотя, при такой зиме, пожалуй, и Вика на их месте никуда бы не улетала.

В отличие от Неллы, всю свою короткую жизнь питавшуюся объедками с кухни или купленными у Половинкиной кухарки готовыми продуктами и потому кашеварить совершенно не умевшей, попаданка была бабушкой научена так, что могла бы, пожалуй, дать фору иному повару из приличного ресторана. Вот только, ей, и в самом деле, демонстрировать теперь эти свои умения не стоило — вид повелительницы возле плиты мог вызвать панику.

Впрочем, как и почти любой человек, любящий вкусно поесть, Дубок умел и хорошо приготовить. И помощник в лице Викиного «мулата» ему нашёлся. Небольшое участие приняла и повелительница, выдав совет не просто запечь дичь в печке, а сделать это с яблоками и сливами — магия Сохранения позволяла иметь под рукой свежие фрукты целый год.

Гуся хватило всем. Питание прислуги остатками еды господ Вика прекратила у себя ещё до въезда в резиденцию, так что, рабы получили свою половину по честному.

— Успехи-то есть? — спросила попаданка у бывшего браконьера, омывая руки после еды.

Пообедали они вдвоём, приказав накрыть стол прямо перед камином. Вика, по достоинству оценивая результаты поварского искусства, в основном, только слушала Дубка, делившегося семейными проблемами, главная из которых у него была связана со старшей дочерью. Девушке уже исполнилось шестнадцать, и бывший браконьер сильно желал увидеть её в этом году студенткой университета.

— Не очень у неё получается, — вздохнул Дубок, — Говорит, старается. Но, не знаю, Нилона хочет на естественный факультет, а там, сама понимаешь, уважаемая Мелина Гронс…

— Ай, не прибедняйся, дружище, — попаданка сама налила себе чай, отпустив рабыню, с тазиком в руках, на кухню, — Блат, он везде блатом остаётся. Дочь главного лесничего Ордена, к тому же, друга повелительницы, примут, куда она захочет, даже если мычать с ошибками будет. Но, ладно, помогу тебе по дружбе. На следующей неделе пришли её в резиденцию. Сама с ней позанимаюсь. Надеюсь, что после этого, твоя Нилона по-честному сразу на второй курс сможет поступить. Или лучше ей достойного мужа подыскать? Нет? Ну, дело твоё. И это, давай без благодарностей — знаешь ведь, что не люблю. Ну, а вообще, — Вика пальчиком прочертила в воздухе круг, — что в мире происходит? Стабильности нет? Пираты опять корабль захватили?

— Тебя в мире нет, госпожа, — усмехнулся Дубок, — Уже неделю. Все, и в твоей резиденции, и в замке великого магистра, извелись. Меня просто на части рвут, едва на глаза попадаюсь. «Когда повелительница вернётся?», «Дубок, ты ведь с ней разговаривал, что она сказала?», «Ты не мог бы спросить?», — передразнил он соратников.

— Так я же им всем сказала, что через десять дней, — досадливо поморщилась Вика, — Или они думают, начальству отпуск не положен?

На самом деле её досада была немного наиграна. Да, первые три-четыре дня попаданка по-настоящему наслаждалась уединением — прислугу она уже привыкла воспринимать, как нечто полезное, вроде мебели — подолгу бродила по лесу, играла в прятки с Бегемотом и сидела вечерами перед камином, отрешившись от всех насущных проблем, вспоминая покинутый мир и события двух с половиной лет новой, подаренной ей жизни.

Только вот не в её характере оказалось долго бездельничать. Как Вика поняла, размышляя о тех или иных своих поступках, многое из того, что она делала, она вполне могла бы доверить своим друзьям, соратникам и помощникам, а в путь или в бой её гнало, как это называла бабушка, шило в заднице, нежелание сидеть на попе ровно.

И уже на пятый день Вика принялась в перерыве между обедом и вечерней прогулкой просматривать отчёты, составленные университетом по результатам экспедиции к Гретвиру, одному из южных материков.

Результаты похода на юг намного даже превзошли достижения адмирала Эдорика, но только в плане доходности торговли. Что же касается решения задач исследований земель дикарей, то здесь вышло не всё так хорошо, как рассчитывала повелительница и её учёные.

Читая доклад Флемма, Вика не знала, смеяться ей или плакать. Двое университетских наставников, добровольно и с большим энтузиазмом вызвавшиеся стать первыми в этом мире этнологами, алернийскими миклухо-маклаями, переругались между собой уже в первые дни плавания, и дело у них дошло до взаимного мордобития.

Командовавший эскадрой один из доверенных военных флотских капитанов Урании развёл драчливых петушков по разным кораблям, но проблему это решило только на время похода до Гретвира. Стоило же экспедиции Вьежского географического общества добраться до побережья южного материка, как эти два ботана, которым, собственно, и было поручено решать вопросы не касаемые торговли, опять сошлись в бесконечных спорах, перераставших во взаимные обвинения и оскорбления. Магистр науки приложил их доносы друг на друга к своему докладу.