Семён Субботин – В городе чёрного лиса (страница 3)

– Всё потому, что именно клочки земли стали спасением, за которое развязались Последние войны. Человечество, даже на грани полного исчезновения, умудрилось в половину уменьшить свои ряды. Несколько месяцев Великая вода была с привкусом свинца, гари и тухлых тел.

Голубые глаза парня стали слегка влажными. Видимо, он вспомнил о ком-то близком, потерянном в тех событиях.

– Мой альянс расположен на сотне островов, по одному на каждого члена. Селиться на одном острове всем сразу или нескольким членам нельзя. Жизнь показала, что ресурсов таких осколков суши хватит только для одного, – при этих словах в глазах парня мелькнула толика холодной грусти, прям посреди залитого солнцем лица.

Мир, в котором нет гендерного неравенства, расизма, богатых и бедных, интернета и социальных сетей, зато вернулся каннибализм и радости простого человеческого общения.

– Иногда мы плаваем друг к другу в гости, обмениваемся ресурсами и ценностями, даже устраиваем небольшие вечеринки на нейтральных островах. Но это бывает редко, человеческая речь и общество других людей в моём мире – самый главный и востребованный ресурс. Все языки былого мира исчезли и остались одновременно – образовался Единый язык, с кучей диалектов и особенностей.

– А как же вода? Что произошло с океанами и морями?

– Есть только Единый океан. Всё смешалось, в прямом и переносном смысле. Нет больше тёплых и холодных течений, приливов и отливов, в привычном тебе понимании. Нет Северного и Южного полюса, магнитное поле Земли сместилось и нестабильно после таких перемен. Великая Вода неравномерно распределилась по земной поверхности, некоторые страны ушли под воду полностью. Есть только два метра толщи воды, прогреваемые солнцем, и бесконечная холодная глубина под ними. Крупные морские животные и хищники вымерли из-за таких изменений. Последнего синего кита видели возле твоей нынешней столицы в 2060 году. Мне рассказывали, что он даже поцарапал бок о ворота Спасской башни.

Проходящие мимо нас по набережной люди оборачивались назад и смотрели на странную парочку, беседующую так эмоционально и долго.

– Почему сёрф? Что за странный выбор транспортного средства? – моё недоумение было вполне уместно и объяснимо.

– Ты ещё не понял, что просто нет других средств перемещения между островами? Простейшие плавучие средства вроде лодок, шлюпок и вот таких персональных помощниц. Моя доска – моя жизнь, мой лучший друг и верный спаситель. Остатки человечества вернулись в каменный век, за небольшими и редкими исключениями.

– Несколько людей побогаче в самом начале Великой Воды снарядили свои ноевы ковчеги в виде шикарных трёхпалубных яхт, собрали своих друзей и самых красивых из выживших девушек, устраивали пиры во время натурального Великого потопа. Они бороздили бескрайнее Единое море несколько лет, пока не кончились запасы топлива и провизии. Их же обслуживающий персонал и члены экипажа суден погубили своих бывших работодателей. Начались страшные голодные бунты и плавучие замки со временем пришли в запустение. До сих пор эти корабли-призраки, те, которые ещё не разбились о скалы, попадаются одиноким странникам на водном пути, пугая своей былой роскошью и величием.

– А ты как выживаешь? Чем промышляешь в своём мире? Остались ли у вас подобия профессий и специальностей? – меня затянуло в познание устройства мира будущего моего собеседника.

– Меня можно назвать менялой. Курьер, продавец и мастер по ремонту досок. Человек я нужный и уважаемый в своём альянсе. Могу достать и выменять что угодно. Ну почти что угодно, – парень явно гордился своим статусом в этом полупервобытном обществе.

– Есть ли у тебя друзья или девушка? Кто-то из родных или близких есть в живых? – судя по тому, как съёжился парень, я залез на табуированную территорию вопросов.

– Никого близкого, никаких живых родственников. Только мой альянс. Сотня свободных людей со своими проблемами и интересами. Вопросы дружбы и отношений не стоят у нас так остро, как в твоё время. Мы научились сосуществовать и использовать друг друга себе во благо прежде всего. Если ты хочешь завести ребёнка, то должен предоставить будущей родительнице его перспективное место обитания – облагороженный островок с чистой водой и участком для посевов. Последние лет десять я не видел ни маленьких, ни новорожденных детей.

– Эти вопросы мучают меня с самого начала твоего рассказа. Как ты здесь очутился, в моём времени? Почему именно здесь, в этом городе? – задав их, я уже был готов к любым ответам, как мне казалось.

– Люди не в один миг утратили все знания и технологии. Понимая, что спасение будущего заключается только в прошлом, человечество в 2045 году собрало последние силы, лучшие умы со всех стран и крохи тех ресурсов, что у него оставались. Общими усилиями на отдалённом плато, не побеждённом Великой Водой, удалось собрать Первые врата – механизм столь мощный и вычурный, что на постройку ушло целых пять лет. Врата способны дырявить пространство и время, перемещать в определённую точку прошлого живую и неживую материю. Врата стали нашей последней надеждой, ключом для сохранения будущего и единственным путём сюда, в твой мир. Решения по использованию Врат принимает Архонт – совет из нескольких потомков их изобретателей.

Не хотелось ни прерывать его, ни верить в то, что он говорит. Хипстер в яркой рубашке уже битый час мне рассказывал о грядущем и неизбежном крахе человечества. Такое не часто услышишь из уст прямого свидетеля, но логическая моя часть просила больше фактов и доказательств.

Даже в наше время существовало племя на отдалённых и забытых Богом островах, которое жило по законам, актуальным в недалёком будущем. Туземцы верили в «Железную птицу» и поклонялись ей, как божеству. Семьдесят лет назад вертолёт с авиабазы США, расположенной рядом с ними, пролетал мимо и сбросил контейнер с гуманитарной помощью – едой и одеждой. Островитяне с благоговейным ужасом упали на землю и боялись оторвать головы, чтобы посмотреть, что происходит наверху. Железная птица с ужасающим грохотом сбросила божественные дары. В сознании людей быстро закрепилась прямая связь поклонения и получения ценного груза. Уже следующее поколение этих поселенцев получило простое и понятное наставление от старшего – хочешь вкусной еды и новой одежды – нужно усердно молиться при появлении громоподобной винтокрылой машины. Американцы же сохранили эту славную традицию и вот уже семьдесят лет подкармливали тёмных людей своими консервами и новыми Найками.

Пока я размышлял над услышанным ранее, сёрфер продолжил меня добивать страшными подробностями не такого уж далёкого будущего.

– В этом году мне исполнилось двадцать пять лет. В качестве подарка и утешения на такую дату Архонт позволяет использовать один раз Первые врата в своих целях и желаниях. Я захотел отправиться сюда, в это время и место. Время, когда всё ещё было относительно нормальным, суша находилась на поверхности и возвышенности, а привычный тебе мир не был тронут Великой Водой. Место, где одна из Великих рек в будущем выйдет из берегов и поглотит один город за другим, – парень мрачно уставился на бескрайнее полотно сибирской могучей реки, такой спокойной и безмятежной сегодня.

Река на протяжении тысячелетий была кормилицей, спасительницей и источником жизни для местного населения. Не верилось, что однажды она же станет погибелью и последним пристанищем для тысяч людей, так восхищавшихся её бурными водами.

– Получается, вы можете иногда и ненадолго присылать в прошлое человека с его пожитками? Чем-то напоминает отпуск, который получаешь на работе с периодичностью в пару лет, – такой вывод нарисовался в моей голове.

– Примерно так. С небольшой лишь разницей –каждый из нас имеет только одну такую возможность. У меня всего неделя до того, как Первые врата притянут меня обратно, вернут в 2071 год. Я передам тебе все знания и опыт, которые могут пригодиться тебе и твоим потомкам. Возможно, ты найдёшь какой-то выход или решение.

Парень был лишь немногим младше меня самого, но в его глазах чувствовалось, что он испытал куда больше боли и страданий, чем выпали на мою долю. Я – коренной житель этих мест, вышедший из полной семьи, с целой оравой друзей и коллег, со стабильными планами на будущее, незапятнанным прошлым и прозрачным настоящим. Молодой парень напротив меня же был опытным выживальщиком и мог похвастать иммунитетом к жизненным передрягам, знаком с голодом и людской жестокостью не понаслышке.

С большим трепетом и с дрожью в руках он отдал мне своё главное сокровище – дневник памяти – толстую тетрадь, содержащую тайны следующих пятидесяти лет.

– Используй эти знания с умом. Многие люди положили свои жизни для того, чтобы я мог написать и передать тебе его. Надеюсь, тебе хватит разума и фантазии, чтобы применить его с пользой для себя и своих потомков.

С этими словами он схватил свою деревянную помощницу и попрощался со мной крепким рукопожатием. Свет его голубых глаз последний раз отразился ярким лучом солнца, и он ушёл по направлению центра города, держа доску за спиной.

Больше я его нигде и никогда не видел в городе, хотя постоянно выискивал взглядом. Открыв его дневник, я был ошеломлён его содержимым и возможной ценностью. Большая часть дневника, а именно с сегодняшнего дня до 2045 года, была заполнена до боли знакомым подчерком – моим собственным.