Сэм Уэллер – Хроники Брэдбери (страница 75)
Речь Брэдбери, как и все его выступления с конца 1940-х, была чистой импровизацией – пятнадцать минут любви, радости и вдохновения. Тем вечером он прыгнул с обрыва и вырастил крылья в полете.
Ему аплодировали стоя. Рэй смотрел в зал и почти ничего не видел в сиянии софитов, а восторженные крики оглушали его единственное здоровое ухо. Он был глубоко тронут и готов расплакаться, купаясь в любви, восхищении и благодарности всех поколений, равно молодых и старых.
Тот вечер стал кульминацией его карьеры. Как первая публикация рассказа «Дилемма Холлербохена» в 1938 году придала Рэю сил и уверенности в писательстве, так и медаль Национального книжного фонда подстегнула его творить еще больше. Он усердно трудился над романом «Из праха восставшие» и детективом «Давайте все убьем Констанцию», одновременно с этим продолжая писать по тексту в неделю, как делал на протяжении шестидесяти лет. «Каждый раз, отправляя Дону Конгдону очередной законченный рассказ или роман, я говорил в почтовый ящик: «Вот, Смерть, я еще тебя обскакал!» – объяснял Рэй.
Увы, пока он побеждал смерть, его друзья и близкие проигрывали эту битву. Часто он с грустью упоминал, что большинство номеров в его кожаной телефонной книжке уже не отвечает.
Ранним январским утром 2001 года Рэй медленно, но целенаправленно шагал по дорожке к дому в Палм-Спрингс. После инсульта он одно время пользовался тростью на четырех ножках, однако постепенно перешел на ходунки, а на большие расстояния перемещался в инвалидной коляске. Несмотря на физические трудности, Рэй был настроен бодро, как и всегда. К собственной досаде, ему не хватало терпения регулярно вести дневник, и все же сохранилась одна из редких дневниковых записей от 21 января 1939 года. В ней восемнадцатилетний Брэдбери емко выразил свой оптимистический взгляд на жизнь: «Сегодня весь день шел прекрасный дождь».
Теперь, шестьдесят лет спустя, медленно переставляя ноги вслед за ходунками, Рэй разговаривал сам с собой и тихонько посмеивался. Добравшись до крыльца, он выудил из кармана белых теннисных шорт связку ключей с маленькой оловянной рыбкой, которую ему подарил в 1953 году Джон Хьюстон во время работы над сценарием «Моби Дика». Рэй открыл дверь. В доме было темно – все ставни закрыты, все шторы задернуты. Дородный седой человек в белых теннисках, белых носках, белых шортах (которые полюбил носить еще в семидесятых), белой рубашке и галстуке с рисунком из разноцветных пасхальных яиц стоял на пороге и вглядывался в темноту.
Войдя в дом, Рэй распахнул дверцы гардеробной, заставленной картонками, книгами и игрушками, разыскал нужную коробку и перенес ее на стол рядом с раздвижными стеклянными дверями, выходящими в небольшой дворик с бассейном. Порывшись, вынул пачку газетных вырезок – пожелтевшие свидетельства давно минувших дней. Это были вырезки из Waukegan News-Sun за 1929 год с комиксами о Баке Роджерсе. Затаив дыхание, Рэй с печалью и изумлением листал газетные листки. Он провел в дороге два часа специально для того, чтобы найти эти осколки прошлого.
16 марта 2001 года в возрасте девяноста двух лет скончалась любимая тетя Рэя. Ушла его главная вдохновительница «Глинда Добрая». На закрытой церемонии прощания присутствовали только Рэй, Патрик Качурка и спутница жизни Невы Анна Энтони. Нева лежала безмятежно в ореоле длинных серебристых локонов. После прощания тело кремировали. Урну с останками Рэй держал на маленьком карточном столике в столовой рядом с двумя старыми фотографиями Невы и картиной, которую она написала в 1920-е годы. Это был алтарь, посвященный той, которая повлияла на Рэя больше всего.
В 2002 году вышел еще один сборник Брэдбери «Пора в путь-дорогу». Роман «Давайте все убьем Констанцию», заключение нуарной детективной трилогии, которое Рэй начал писать вскоре после инсульта прямо на больничной койке, появился в 2003 году. Тогда же вышел сборник «Рассказы Брэдбери», включавший сто его лучших историй, а в 2004 году Рэй подготовил книгу «Кошкина пижама» – еще один сборник старых и новых произведений, охватывавший всю его карьеру.
Время от времени Рэй выступал с лекциями в Лос-Анджелесе, и все же главной его страстью был театр. Труппа
Рэй вел активный образ жизни, регулярно ужинал с друзьями, старался правильно питаться и выпивал не больше одного бокала вина за обедом. По утрам он, разумеется, писал. После инсульта левая рука слушалась плохо, поэтому с 2001 года он стал надиктовывать рассказы по телефону дочери Александре. Сочинять так было сложнее, и Рэю не удалось войти в прежний ритм, однако другого выхода не было. Иногда он записывал тексты самостоятельно толстым маркером или пытался печатать на своей верной электрической машинке.
Поздним утром и днем Рэй обычно разбирал почту. Он получал в среднем три сотни писем в неделю от поклонников из Китая, Аргентины, Японии – словом, со всего мира – и старался отвечать на все. «Когда тебе пишут любовное послание, нельзя не ответить!» – объяснял Рэй. Днем он, по обыкновению, ложился вздремнуть, а вечер проводил перед телевизором вместе с Мэгги. Как и вся страна, они в ужасе наблюдали за событиями 11 сентября 2001 года. Рэй назвал их «самым мрачным днем в истории Америки». Когда его спрашивали, как решить мировые проблемы, он, как истинный провидец, отвечал, что все игнорируют самую главную проблему – конфликт между Палестиной и Израилем. «Только после его разрешения настанет настоящий мир», – считал Брэдбери.
В субботу, 1 февраля 2003 года, они с Мэгги, по обыкновению, смотрели телевизор, когда по всем каналам прошло сообщение о том, что шаттл «Колумбия» взорвался при входе в атмосферу и все семеро астронавтов, находившихся на борту, погибли. Рэй сидел практически на том же месте, где тридцать шесть лет назад с ужасом смотрел новости о трагедии «Аполлона-1», и теперь, не веря своим глазам, наблюдал за кадрами разлетающихся по техасскому небу обломков «Колумбии». Трагедия пугающе напоминала его собственный рассказ «Калейдоскоп», в котором астронавта, падающего с неба, принимают за метеорит. Чтобы справиться с отчаянием, Рэй прибег к проверенному средству – начал новую историю. «Работа была единственным решением», – объяснял он.
К началу 2003 года Мэгги стала все сильнее уставать. Она редко выходила из дома, отменяла встречи с друзьями, записи к врачу и парикмахеру. Целыми днями она читала и разговаривала с котами – Джеком, Уин-Уином, Динго и любимчиком Дитзи. Сидя на диване перед телевизором, Мэгги смотрела в свой чудесный сад, засаженный розами, и болтала с подругами по телефону.
В Хэллоуин 2003 года Рэй с дочерью Александрой весь вечер вырезал тыквы за маленьким столиком в комнате для завтраков, а потом с большой миской конфет и «полароидом» стоял у двери и снимал явившуюся за угощением детвору в маскарадных костюмах. Мэгги в тот вечер выглядела особенно усталой, даже изможденной, и в развлечениях не участвовала. Когда две недели спустя она не смогла встать с постели, Рэй, несмотря на ее возражения, вызвал «Скорую», и Мэгги увезли в медицинский центр Бротмана в Калвер-сити. Из-за того, что все последние годы она не посещала врача, диагноз стал для всех шоком: у Мэгги обнаружили рак легких на поздней стадии.
Патрик Качурка постоянно дежурил у ее постели, а дочери и близкие друзья Рэя и Мэгги, владельцы книжного магазина Крейг и Пэтти Грэм, регулярно навещали ее, чтобы развеселить, и приносили цветы. Рэй приходил каждый день, держал жену за руку и плакал. «Я люблю тебя, мама, я тебя люблю…» – шептал он, давясь рыданиями.
Чувство юмора не изменяло Мэгги до самого конца. Даже когда она не могла говорить из-за зонда или кислородной маски, то всегда смеялась, если кто-то шутил.
24 ноября 2003 года в три часа пятнадцать минут дня Маргерит Сьюзан МакКлюр Брэдбери не стало. Они с Рэем были женаты пятьдесят шесть лет. Их брак, как и любой другой, не обошелся без трудностей, но Мэгги всегда оставалась верной советницей и твердой сторонницей Брэдбери, любовью всей его жизни. Выходя замуж за малоизвестного молодого писателя, у которого за душой не было ничего, кроме больших мечтаний, она добровольно приняла обет бедности. Рэй заявил, что хочет взять ее с собой на Луну – и она согласилась.
Простая закрытая церемония прощания состоялась в пятницу, 28 ноября, в часовне Мемориального парка Вествуд. В тот день вечный лос-анджелесский смог рассеялся, и на чистом голубом небе ярко сияло солнце. Рэй выбрал это кладбище, поскольку оно было небольшим, находилось недалеко от дома и стало приютом для многих знаменитостей двадцатого века – Мэрилин Монро, Берта Ланкастера, Дина Мартина, первой «странной парочки» Уолтера Маттау и Джека Леммона, Пегги Ли, Роя Орбинсона и Мела Торме[50]. Рэй купил место и для себя.
Под остроконечной крышей вествудской часовни собрались близкие и друзья Мэгги – дочери и внуки, Форрест Дж. Экерман, Норман Корвин, Сид Стебел, Билл Нолан, Стэн Фреберг и многие другие. Мэгги покоилась в гробу вместе с плюшевым черным котом и комиксом по роману Марселя Пруста «В поисках утраченного времени», который положил туда Рэй. Традиционной заупокойной службы не было, поскольку ни Рэй, ни Мэгги почти не посещали церковь. Вместо этого присутствующие делились воспоминаниями о Мэгги. Форрест Аккерман напомнил, что она провела с Рэем пятьдесят шесть лет, всегда заботилась о нем и будет теперь оберегать его с небес. После краткого выступления еще нескольких желающих Брэдбери заговорил сам. Он начал с самого начала – поведал об их с Мэгги романе и первых днях брака, особенно дорогих его сердцу. «Мы так сильно любили друг друга – это было настоящее чудо!» – признался он.