Сэм Уэллер – Хроники Брэдбери (страница 28)
Его карьера набирала обороты. За 1944 год вышло девятнадцать рассказов; некоторые из них, например «Озеро», «Жила-была старушка» и «Банка» (
Издатели Weird Tales настаивали на том, чтобы Брэдбери придерживался традиций жанра. По воспоминаниям Рэя, редактор Дороти Маклрайт, в мае 1940 года пришедшая на смену больному Фарнсворту Райту, в конце концов утомилась от поэтических сюжетов о призраках и посоветовала сочинять более традиционные жуткие рассказы. Многие произведения Рэя основывались на детских воспоминаниях, и он не желал ничего менять.
Несмотря на регулярные публикации, Рэй хотел большего, спешил попасть в историю литературы и досадовал, что не получается добиться этого быстро. Узнав, что Грант Бич ходит к психиатру, Рэй попросил у него контакты. Сеанс продолжительностью двадцать пять минут стоил двадцать долларов – в два раза больше, чем он зарабатывал в неделю, торгуя газетами. «Я накопил денег, пришел к врачу, сел напротив, – вспоминал Рэй. – Он спросил: «Что вы желаете узнать о себе? Чего вы хотите?» Рэй знал, чего хочет, и, недолго думая, выпалил: «Я хочу стать величайшим писателем в истории!» «Что ж, придется немного подождать, да?» – рассмеялся психиатр, а потом предложил Рэю почитать о знаменитых писателях в энциклопедии «Британника». Некоторые добились успеха очень быстро, а иным понадобилось на это десять или даже пятнадцать лет. «Почитайте об их жизнях, – посоветовал психиатр. – Почитайте, и поймете, что такое писательство, что такое слава и как добиться успеха». Совет не назовешь революционным, и тем не менее Рэй прислушался, пошел в библиотеку и стал читать биографии знаменитых писателей. Это лишь усилило его желание добиться бессмертия.
Грант Бич считал, что Рэй заслуживает гораздо большего, чем бульварные журналы, и посоветовал другу отправить свои произведения в одно из серьезных изданий – Mademoiselle,
«В трехстах семидесяти километрах…»: Van der Vat, Pearl Harbor.
«…с газетой, гласившей: «США ОБЪЯВЛЯЮТ ВОЙНУ»: Los Angeles Evening Herald Express, 8 декабря 1941 года.
«Скип рвался защищать родину…»: интервью автора с Леонардом (Скипом) Брэдбери-младшим.
«Рассказы принесли в сумме шестьдесят долларов…»: оба рассказа были проданы в последнем квартале 1941 года, однако их публикация состоялась лишь в первом квартале 1943-го.
«…хотя у Брэкетт оно писалось…»: Clute, Nicholls, Peter, Stableford, and Grant, The Encyclopedia of Science Fiction.
«…Ли Брэкетт была, по описанию Джека Уильямсона…»: Williamson, Wonder’s Child: My Life in Science Fiction.
«В начале 1940-х годов Ли жила…»: бунгало Ли Брэкетт находилось недалеко от дома, которым Рэй вдохновлялся при описании дома Констанции в романах «Смерть – дело одинокое», «Кладбище для безумцев» и «Давайте все убьем Констанцию».
«Ли Брэкетт описывала Рэя…»: Walker, Speaking of Science Fiction: The Paul Walker Interviews.
«Когда Ли показала Рэю…»: интервью Рэя Брэдбери Дону Конгдону, из личного архива Рэя Брэдбери.
«…как выразился исследователь творчества Брэдбери Гэрин Робертс…»: Wetzel, Book, сентябрь – октябрь 2003 года.
«Ее имя прочно вошло в анналы…»: Clute, Nicholls, Peter, Stableford, Grant, The Encyclopedia of Science Fiction.
«…Джули Шварц продал «Свечу»…»: журнал продажи рассказов Брэдбери Шварцем, из личного архива Рэя Брэдбери.
«15 февраля 1942 года…»: данные, полученные по Закону о конфиденциальности и свободе информации № 0966766-001.
«Утром понедельника…»: Брэдбери, «Пьяный за рулем велосипеда», сборник «Дзен в искусстве написания книг».
«Вскоре после регистрации Рэя в призывной комиссии…»: по многим опубликованным хронологиям жизни Брэдбери, его семья переехала в калифорнийскую Венецию в 1941 году. Однако согласно делу ФБР на Рэя Брэдбери, полученному по Закону о свободе информации, при регистрации в призывной комиссии и феврале 1942 года он указал адрес проживания «Западная 12-я улица, 30541/2».
«Семейству Брэдбери досталось бунгало…»: интервью автора с Кевином Миллером, архивариусом дома по адресу бульвар Венеция, 670, 2004 год.
«Я понял, что впервые…»: Брэдбери, «Беги быстрее, стоишь – замри», сборник «Дзен в искусстве написания книг».
«Шел сентябрь…»: Брэдбери, «Озеро», сборник «Темный карнавал».
«В интервью 1961 года…»: Cunningham, «1961 UCLA Oral History Program transcript».
«16 июля 1942 года он предстал…»: данные, полученные по Закону о конфиденциальности и свободе информации № 0966766-001.
«На следующий день после того, как Рэй прошел медкомиссию…»: журнал продажи рассказов Брэдбери Шварцем, из личного архива Рэя Брэдбери.
«Извлек ли я трудный, полезный или хотя бы простой урок…»: Брэдбери, «Беги быстрее, стоишь – замри», сборник «Дзен в искусстве написания книг».
«…первым классическим произведением Брэдбери»: Nolan, The Ray Bradbury Companion.
«…ему удалось продать двенадцать рассказов…»: журнал продажи рассказов Брэдбери Шварцем, из личного архива Рэя Брэдбери.
«…он продал двадцать две штуки»: там же.
«…Август Дерлет обратил на Брэдбери внимание и попросил у него…»: письмо Рэя Брэдбери Дерлету от 17 мая 1944 года, из личного архива Рэя Брэдбери.
«Поначалу Дерлет и Рэй думали…»: там же.
«…Рэй в переписке с редактором…»: письмо Рэя Брэдбери Дерлету от 5 июля 1944 года, из личного архива Рэя Брэдбери.
12. Путешествие в Мексику
Книги Рэя были одними из первых, что я купил на собственные деньги. Мне тогда было лет девять. В английском пансионе, где я учился, в музыкальном классе раз в четверть открывалась передвижная книжная лавка. Первыми я взял «Марсианские хроники», следом «Золотые яблоки Солнца», затем «Вино из одуванчиков», а потом где-то прочитал «Октябрьскую страну» и понял, что рассказ, который я полюбил в семь лет, встретив в большом старом сборнике в гостях у друга, – это «Возвращение» Брэдбери.
Август Дерлет продолжал готовить к выпуску антологию темного фэнтези «Кто стучит?», а параллельно предложил Брэдбери напечатать сборник его собственных жутких рассказов. Рэй, естественно, пришел в восторг и 29 января 1945 года ответил:
«Прежде всего хочу поблагодарить вас за предложение Arkham House напечатать в ближайшие два года сборник рассказов Брэдбери. Я, несомненно, рассчитываю и дальше писать вещи такого калибра, какой необходим для подготовки подобной книги. Некоторые из моих ранних работ в случае печати потребуется существенно переписать, чтобы они соответствовали моему нынешнему подходу и стандартам. Уже несколько лет я обдумываю и готовлю целый том фэнтезийных и жутких историй о детях. Он будет называться «ДЕТСКИЙ САД УЖАСОВ» (A CHILDS [sic] GARDEN OF TERROR). Я надеялся предложить готовую книгу издателям в 1946 или 1947 году в зависимости от успехов работы и качества рассказов. Теперь, раз вы говорите, что в перспективе издательство ARKHAM может быть заинтересовано в моих произведениях, я рассчитываю предложить готовую книгу вам. Думаю, это будет совершенно нестандартная вещь, довольно эксцентричная… и я чрезвычайно доволен названием. В любом случае буду с огромным удовольствием работать над этим проектом. Большое спасибо за ваше великодушное предложение!»
Итак, основа для «Темного карнавала» – первой книги Брэдбери – была заложена. Впрочем, название «Детский сад ужасов» вызывало вопросы. Дерлет счел его слишком узким, и Рэй охотно согласился. Вспомнив о своей любви к бродячим циркам и карнавалам, о знакомстве с Мистером Электрико и другими циркачами, он переименовал свой будущий сборник в «Темный карнавал» и даже предложил концепцию иллюстрации для обложки:
«На обложке можно изобразить небольшую ярмарку – карусель, шатер и афиши на лужайке темного леса в сумерках. От рисунка должно веять заброшенностью: ярмарка работает вовсю, но кругом пусто, и лишь на переднем плане видна фигурка одинокого маленького мальчика, который разглядывает карусель и афиши. А на афишах вместо тучных женщин, железных дровосеков и татуированных уродцев должны быть изображены странные, небывалые существа. И на карусели вместо лошадок, скачущих верх-вниз по блестящим медным шестам, будут невероятные пугающие твари, очерченные столь нечетко, что воображение зрителя сможет нарисовать на их месте любой образ. Итак, Темный карнавал, сияющий огнями в темном лесу среди гробового молчания ночи, и маленький мальчик, оцепеневший на переднем плане, прислушиваясь и ничего не слыша…»