Сэм Хьюз – Эд (страница 19)

На горизонте как по щелчку пальцев бесшумно возникает гигантский восходящий полукруг отраженного бело-голубого света. Мы будем здесь, думаю я, разглядывая небо, которое в целом стало куда интереснее. Я не могу стоять в стороне от веселья, охватившего все западное полушарие, радостно приветствующее нашу новую космическую сестру-Землю. Мы сделали это — или, если быть точнее, за нас это сделали Эд Макферсон и инопланетяне. Энерговирус не был запущен, и Андромеда никуда не исчезла… пока что. Миру вновь ничего не угрожает.

К моменту восхода Земли-минус-десять линии связи — главным образом, правительственные спутниковые тарелки, размещенные несколько лет тому назад в ходе подготовки к этому самому моменту — уже открыты, и данные начинают передаваться в обоих направлениях. Я с трудом представляю последствия, которые это событие возымеет для людей с местной Земли. Тот факт, что они смогут совершить технологический скачок на десять лет вперед, не охватывает и половины всех возможностей. У одинаковых родителей появятся не похожие друг на друга дети. Люди, которым предстояло умереть в ближайшие десять лет, узнают об этом и, во многих случаях, сумеют избежать печальной участи. Эд Макферсон, который на нашей планете стал, пожалуй, самым влиятельным человеком за последние десять лет, оставив позади всех возможных конкурентов, к этому моменту уже должен быть навестить своего местного двойника, готового вступить в совершенную иную жизнь под знаменем первого закона. Решающее слово будет за предвидением. Правительства узнают о важных событиях, которые ждут планету в будущем и примут превентивные меры, чтобы их избежать, но в итоге, может статься, обнаружат, что теракт был перенесен на другой день или в другой город, поскольку стоящие за ним люди имели доступ к той же самой информации. И все это лишь предсказуемые последствия.

С точки зрения нашей новой Вселенной сегодня 1 августа 1998 года. Землю-минус-десять 1999 года, как предсказывают, будет просто не узнать.

Вечеринка продолжается всю ночь до самого утра. К восходу я единственный, кто еще не успел уснуть, поэтому именно мне приходится отвечать на тихий стук в дверь. Это Эд. Я бы удивился ему, если бы не знал, что у Эда есть космический корабль, на котором он за считанные секунды может добраться куда угодно. Он мягко ступает по полу, обходя спящих людей, и присоединяется ко мне на балконе, чтобы понаблюдать за небесным ходом новой Земли.

— Так сколько раз ты уже спасал мир?

— Эм. Дай-ка подумать. Если не считать те случаи, когда я спасал мир от самого себя, то… первое эриданское вторжение, которое мы выиграли, благодаря НЭМИ. Работая на ККО, я четыре… нет, три раза предотвратил уничтожение крупных городов. А после… что ж, честно говоря, миру больше ничего не угрожало. Был, конечно, астероид, но он не в счет, потому что остановили его не мы. Так что вместе с сегодняшним днем получается пять раз.

— Значит, вопрос с орбитальной механикой решен?

— Возможно, корректировочные секунды станут более привычным делом, но в общем и целом ты прав — андромедианцы справились со своей задачей настолько точно, насколько мне удалось проверить. Кстати говоря, они вернулись домой.

— Что, уже? Почему?

— Ой, да ладно. А как бы ты поступил на их месте? Люди и без того не на шутку обозлены их присутствием…

Так и есть. Изначально реакция землян была вполне обычной — такой, как мы привыкли видеть в фильмах: бомбардировки террористов, люди, чествующие инопланетян как посланников Бога или предвестников Апокалипсиса, ритуальные самоубийства в среде культов. Но теперь, когда непроизвольные реакции пошли на спад, в сердцах людей остались лишь страх, злость, обида и ненависть. И речь не идет о банальной ксенофобии или остолопах, не способных увидеть отличий между разными группами инопланетян: дело в том, что несмотря на все свои расчудесные технологии, андромедианцы не смогли, как по мановению волшебной палочки, привести наш мир в порядок.

Было бы приятно потешить себя мыслью, что после прибытия андромедианцев все внезапно станет лучше. Ведь они, как-никак, представители сверхразвитой метацивилизации, многообразие которой настолько поражает воображение, что его едва ли возможно охватить одним-единственным демонимом, количество рас не поддается счету, а история насчитывает сотню тысяч лет. Они кажутся всемогущими богами. Наука — физика, во всяком случае — это загадка, которую они решили много поколений тому назад, приспособив под собственные нужды. Ко всему прочему они настроены доброжелательно — или, по крайней мере, не питают враждебности, — что само по себе уже приятная смена обстановки. Но несмотря на это, они так и не решили все проблемы человечества. Да, конечно, они оказали нам помощь в создании Хроносети — в Андромеде путешествия во времени хорошо проработаны в теории, но незаконны, так что им потребовались наши ноу-хау — но в остальном…

Кра сказала, что решение энергетического кризиса заключалось в топливных элементах, на которые мы пялились не одно десятилетие, и спросила, почему мы до сих пор не начали ими пользоваться. Она так быстро решила проблему мирового голода и вылечила все болезни, что поставила нас в неловкое положение, но из-за глупой человеческой политики люди по-прежнему болеют и голодают, а африканцы продолжают умирать. Конечно, она подарила нам новые технологии, но неизмеримо больше оставила при себе, сказав, что мы не готовы — или и вовсе не говоря ни слова, что случалось еще чаще. Всего три человека, один из которых — это Эд, имели доступ к чертежам до умопомрачения мощных источников энергии, питавших «Мантиссу», но эту информацию вычистили из их мозгов. Добавьте к этому знаменитые первые слова Кра, которые пугающее число людей по ошибке восприняли как пренебрежительное отношение к нашей неполноценности, и будет нетрудно понять, почему андромедианцы снискали дурную славу в масштабах всей планеты.

— И дело ведь не только в этом, — продолжает Эд. — Ты наверняка заметил, что и они сами нас не сильно жалуют, и что бы ты там ни думал, виноват в этом вовсе не я. Их озлобленность в мой адрес слабеет. Вряд ли они когда-либо меня простят — никто не в силах стереть прошлое, а реинтегрироваться в своем сообществе этим дублям будет отнюдь не просто — но они все же начинают успокаиваться. Я провел с ними время, узнал их, понял, чего я их лишил, и изо всех сил старался, насколько это возможно, возместить причиненный ущерб. Похоже, это чего-то да стоит. Проблема во всем остальном человечестве. Взгляни на наше общество, Сэм, посмотри на мир, в котором ты живешь со стороны — так, как на него смотрят они, со всей объективностью. Что ты видишь?

— Я скажу тебе, что видят они: ужас. Ад. Хаос. Войну. Голод. Людей, которые находятся у власти, потому что хотят власти, а вовсе не из-за того, что хотят распорядиться ею на благо других. Лидеров, которые оказываются у руля путем демократических выборов, но при этом не могут даже помыслить о том, что происходит за пределами их срока правления или границами их собственной страны. Бюрократическое и политическое безумие. Финансовая неустойчивость поистине невообразимых, чудовищных масштабов. Но это еще не все. Мы читаем все эти рассказы и смотрим все эти телешоу об идеальном будущем; о миролюбивых федерациях, где никто не страдает от голода, об обществах, где… где такое изобилие ресурсов, что не существует понятия денег, и все живут припеваючи. Нам кажется, что все эти миры так далеки! Но дело в том, что это будущее уже наступило: наши технологии это позволяют. У нас есть и медицина, и солнечная энергия, и… и книги, и телевизионные экраны миллиметровой толщины, и вакцины, и средства контрацепции, и образование, и технологи, которые всего тридцать лет назад показались бы чем-то невообразимым. Мы могли бы уже несколько десятков лет жить в такой утопии; Кра с ее пассажирами это ясно как дважды два…, и именно тот факт, что мы до сих пор этого не сделали, вызывает их отвращение.

— Вот что я тебе скажу. Подавляющее большинство разумных видов, населяющих Андромеду, владеют телепатией или, по крайней мере, имеют неплохие способности к эмпатии. Ограниченными, я имею в виду, в пределах своего вида. Это характеристика живучести. Если ты чувствуешь все, что происходит с другим представителем своего вида, то вы не будете драться, а станете заботиться друг о друге, тем самым обеспечивая сохранность вида в целом. Телепатия принципиально меняет характер развития вида. Мысль о том, что нужно помогать коллективу, а не заботиться о собственной выгоде, заложена в их мозгах с самого рождения. Видам, которые обладают телепатией, не нужно ни прилагать усилия для достижения утопии, ни даже осознавать ее существование, потому что в большинстве случаев она складывается сама по себе. А в галактике Андромеды их полным-полно!

— Если бы люди владели телепатией, то к 1800 году, а то и раньше, мы бы уже жили в идеальном мире. К 1850 году вышли бы в космос. К 1900 мы бы уже заявляли свои права на астероиды. К 2000 на Земле бы уже был построен действующий космический лифт. Эти даты — всего лишь догадки, но ты ведь понимаешь, к чему я веду? Кра была права, когда сказала, что мы заурядное явление в масштабах космоса, но ведь мы не блещем даже среди других разумных существ! Мы гораздо ниже среднего, нам еще многое предстоит наверстать, а андромедианцы вовсе не собираются нянчиться с нами, пока мы не выйдем на достойный уровень. Они не так себе представляют приятное времяпрепровождение: их ждут другие миры и другие люди. И честно говоря, я их не виню.