Сэм Хьюз – Эд (страница 14)

Робот вытягивает руку, дав мне возможность нацепить кольцо на его левый указательный палец, прежде чем снова забраться в кабину. Напоследок я еще раз оглядываюсь. Девушка вышла вслед за мной на улицу. — Что происходит? — кричит она. Я не отвечаю, потому что в этом все равно нет смысла.

— Я только что получил какие-то координаты от команды реагирования ККО, — сообщает Маркус, когда робот снова складывается воедино. — Похоже, это наша следующая остановка. Но дело в том, что это место находится примерно в тысяче миль над центральной Индией. Все верно?

— Ага, — отвечаю я. — Мы не можем разместить кольцо на Земле, так как отдача от астероида, разрывающего атмосферу на скорости в одну десятую c, сама по себе причинит слишком большой ущерб. Мы собираемся строить кольцо в космосе — это единственный вариант.

Маркус начинает сгибать пальцы, и робот поднимается в воздух. — Мы хотим неподвижно зависнуть над этой точкой?

— Да, будьте добры — нам нужна геостационарная орбита с нулевой скоростью по вертикали; мы будем вручную поддерживать постоянную высоту, поэтому шансы провалиться в атмосферу, пока мы будем ждать, равны нулю. Желательно также попасть туда в пределах получаса, чтобы у нас осталось время на сборку.

— Хорошо. При двух g с переворотом на полпути я мигом доставлю вас на место. 2 g — это чуть больше привычной для вас нагрузки, но в этом кресле вам, скорее всего, ничего не грозит. Пристегнулись?

— Более чем, — отвечаю я, чувствуя, как меня вдавливает в кресло, когда робот начинает ускоряться к юго-востоку, быстро набирая высоту.

— Сэм, — жужжит у меня голове чей-то голос, пока мы несемся над Францией.

— Эд. В чем дело? Тебе разве не надо писать программу?

— Нет, я этим Тайро озадачил.

— Кто такой Тайро?

— А, точно. Ты ведь не знаешь. Тайро — это ИИ, который вырос из моего калькулятора для пропозициональной логики в 2000 году.

— Ты дал ему свободу? Чувак, я думал он под карантином!

— Знаю, знаю, федеральные законы, люди в темных очках, мне плевать, Сэм. Тайро — настоящий гений, если дать ему нужное количество вычислительной мощности — которая у нас есть — а в одиночку я бы ни за что не смог за такое короткое время написать идеальную УК-программу. У меня не было выбора, и честно говоря, трибуналы и прочие дела меня не особо-то и волнуют. Кроме того, Тайро, как тебе известен, настроен исключительно благожелательно.

— Ну ладно… раз ты уверен. Так… в чем дело? Я так понимаю, ты позвонил не ради светской беседы?

— Поскольку все необходимые шестеренки уже запущены, у меня появилась свободная минутка, чтобы поговорить. Ты сам это сказал, Сэм: черта с два бы булыжник случайно полетел в нашу сторону с такой скоростью, по такой ровной траектории, да еще и прямо со стороны Солнца, чтобы мы его не увидели, аккурат в самую густонаселенную область на планете. Ни за что. Кто-то его в нас бросил.

— Эриданцы?

— Возможно. А может, и нет. Я с трудом верю, что кто-то смог выжить после первого запуска энерговируса.

— На тот момент они могли располагаться в другой солнечной системе. Может быть, даже в нашей.

— Это неважно. Факт остается фактом. Кто-то наверху хочет нас истребить. Если они выяснят, что именно мы затеваем, то скорее всего, попытаются нам помешать. Я думаю, что кольцо может стать целью атаки. Именно поэтому половина всех роботов на планете встретится с тобой в точке контакта, а вторая половина направляется ко мне. Тебе придется оборонять кольцо — до, во время и после его постройки.

— Я? Разве Маркус не может сделать это удаленно?

— Ну, он и должен это делать, он сейчас на связи. Верно?

— Ага, — отвечает Маркус.

— Я просто хочу сказать: будь готов. Возможно, тебя придется потерпеть небольшую тряску.

— Вот видишь, именно поэтому я и не вступил в ККО. Это смертельный риск. Нам вообще не стоило создавать этого идиотского робота.

— Ой, да ладно тебе. Если бы не мы, наш мир бы уже с полдюжины раз успели поработить, а то и вовсе уничтожить. Расслабься, через сорок пять минут все закончится.

Глава 22. Финишная прямая

Переворот оказывается недолгим и, если не считать легкого головокружения, вполне сносным. К этому моменту робот уже вышел за пределы земной атмосферы и продолжает набирать высоту. Внизу — «внизу» с точки зрения силы тяготения; для меня это «впереди», поскольку именно там находится мой экран — заканчивается Средиземное море и начинается Аравийской полуостров.

Если посмотреть вперед, то общая картина выглядит сложнее. Тактическое ПО накладывает на вид спереди целую массу специальных пометок. Крошечные зеленые перекрестия обозначают других роботов, которые покидают свои базы, направляясь к голубой точке, указывающей место сбора — именно там будет производиться сборка червоточины.

Внизу, на поверхности Земли, бледно-красный крест указывает предполагаемое место падения астероида в Центральной Индии. Место сбора соединено с ним прямой серой жилкой, тонкой, как паучий шелк. В противоположном направлении жилка тянется в сторону Солнца — желтого светящегося пятна, замаскированного подпрограммами робота — и пересекает более темный и зловещий красный маркер, обозначающий текущее местоположение самого астероида. Под ним расположен крошечный таймер, ведущий обратный отсчет. Сорок две минуты.

Довольно изощрюмный[8] тактический софт, — думаю я про себя. Первоначальная модель робота была оснащена только детектором тепла. Любой горячий предмет расценивался как нечто враждебное и помечался красным маркером — вот, собственно, и все. До смешного примитивно, если честно.

— Хроносеть погибает, Сэм, — говорит Эд, отчего я подпрыгиваю на месте. Я и не понял, что он до сих пор здесь.

В Эдинбурге есть машина, слоевой сонар, который каждые пять секунд посылает импульс в один из слоев, где c примерно в миллиард раз превышает нашу скорость света, а затем измеряет время, за которое сигнал отражается от волнового фронта. На специальном сайте можно наблюдать за посекундным обратным отсчетом и даже прослушивать отдельные пинги. Эти пинги уже стали предметом культа, как часы Судного дня[9]. И с каждым днем они становятся немного быстрее. С того момента, как было обнародовано существование энерговируса, время между пингами сократилось вдвое. Но людей пугает другое. Самое страшное — это отсутствие позитивных новостей насчет Хроносети, которая уже больше года стабильно отстает от графика. Самое страшное — это вслушиваться в шаги приближающегося энерговируса, думая о том, что когда Человечество, наконец, возьмется за ум, будет уже слишком поздно.

Впрочем, до этого момента лично мне страшно не было, потому что я знаю, кто такой Эд — самый умный человек из всех, о ком мне доводилось слышать — и уверен, что он справится. И вот теперь, когда он говорит что-то в духе «Хроносеть погибает», мой мир резко пошатнулся. — Погибает?

— Энергия — вот в чем загвоздка. Количество энергии, которая потребуется, чтобы перебросить такую гигантскую массу в такое далекое прошлое, на порядки превосходит все, что мы можем выработать на сегодняшний день — даже с учетом ядерных взрывов. Но пока я не придумаю источник энергии, мы не сможем спроектировать спутники, а пока мы не спроектируем спутники, нельзя ни строить ракеты-носители, ни планировать запуски.

— Ты же всегда находишь решение.

— Я знаю, что всегда нахожу решение. Раньше каждый раз, когда я что-то разрабатывал и оказывался в тупике, ответы как будто уже были у меня в голове. Меня осеняло, стоило мне немного на них сосредоточиться. Раньше все было просто. Но теперь ответы исчезли. Я столкнулся с этой проблемой меньше, чем через десять минут после того, как предложил построить Хроносеть, и вот уже прошло четыре с половиной года, а у меня до сих пор нет ни малейшего представления, как к ней подступиться. Решения нет ни у кого из нашей команды, а ведь со мной работают люди поразительного ума. Но вот какое дело: кое у кого ответ все-таки есть.

— Чтобы разогнать метеорит до такой скорости…

— Именно. Нам нужен их источник энергии. Мне плевать, на что тебе придется ради этого пойти. Когда они атакуют кольцо — а я уверен, что так и будет — у тебя, скорее всего, появится шанс войти с ними в контакт. Когда это произойдет, сообщи мне, и мы подключим к этому каналу связи Тайро. Его способностей должно быть достаточно, чтобы расшифровать их язык и начать переговоры. Как только сообщишь им о нашей безоговорочной капитуляции, выясни, чего они хотят и дай им желаемое, чего бы это ни стоило. Понял?

— На все сто, хотя если бы я знал, во что меня втягивают, то не стал бы садиться на место пилота после того, как Маркус получил кольцо.

— Решение было за тобой. Просто постарайся выжать из него максимум. Итак… если верить моим приборам, ты сейчас в точке сбора, верно?

— Похоже на то, — отвечаю я, когда резкий спад торможения вытряхивает меня из кресла, моментально прижав к страховочным ремням. Затем, когда робот зависает в воздухе, а точнее, безвоздушном пространстве, слабая гравитация планеты берет верх и тянет меня вниз, к далекой Земле. Зеленые крестики, обозначающие других роботов, облепили меня, как мухи; некоторых из них я вижу довольно хорошо, хотя другие находятс яна расстоянии в несколько километров — слишком далеко, чтобы их можно было разглядеть. На моем экране светится большая голубая метка, обозначающая точку сбора. — Ты сейчас где?