Сельма Лагерлеф – Удивительное путешествие Нильса с дикими гусями (страница 58)

Когда путники, ожидавшие парома, услыхали эти слова, им тоже захотелось узнать, что рассказал о реке пастор. И тогда крестьянин поведал им историю реки так, как она ему запомнилась.

У самой норвежской границы, среди скал, приютилось горное озерцо. Из него вытекала речка, бурливая и непокорная. Хоть была она невелика, прозвали ту речку Стурон, что значит – Большая река. И в самом деле, похоже было, что предстоит ей большое плавание.

Вот вышла речка из озерца и стала оглядываться: куда бы направить свой бег? Но зрелище, которое ей представилось, было не из весёлых. Справа, слева да и прямо перед ней – ничего, кроме поросших лесом горных кряжей и нагромождений горных скал с высокими горными вершинами.

Кинула Стурон взгляд на запад. Там высилась гора Лонгфьеллет с вершинами Юпгравстётен, Барфрёхогна и Стурветтесхогна. Посмотрела речка на север. Там поднимались горы Несфьелль, на востоке вздымалась вершина Нипфьеллет, а на юге – Стедьян. Стала тут речка раздумывать: не повернуть ли ей лучше назад, к озерцу? Но всё-таки решила попытаться пробиться к морю. И вот двинулась она в путь.

Каждому понятно, как трудно было речке прокладывать русло. То лес вставал перед ней, то горы, то разные другие преграды. Чтобы продвигаться вперёд, ей приходилось с корнем вырывать одну сосну за другой. Весной, лишь только наступало половодье, речка становилась могущественной и сильной, она наполнялась талым снегом из еловых лесов. Горные же потоки приносили ей воду с гор. А речка только этого и ждала. Со страшной силой бежала она вперёд, увлекая за собой камни, землю и прорывая себе путь среди песчаных холмов. По осени речка, разбухшая от осенних дождей, трудилась с такой же силой.

В один прекрасный день, когда Стурон, по обыкновению, прокладывала себе путь вперёд, услыхала она справа, в дремучей лесной чаще, шум и журчание воды. Прислушалась речка повнимательней и даже чуть приостановила свой бег.

– Кто бы это мог быть? – спросила она.

Лес, стеной стоявший вокруг, не мог не посмеяться над ней:

– Ты, наверно, думаешь, что ты одна на свете! А вот и нет! Шум, который ты слышишь, – это шум речки Грёвельон, вытекающей из озера Грёвельшён. Она только-только проложила себе путь через красивую долину и прибежит к морю, наверно, вместе с тобой.

Но Стурон была река норовистая, спесивая и на слова леса даже и внимания не обратила.

– Ну и бедняжка эта Грёвельон: не может одна справиться, – молвила она. – Скажи-ка ей, что речка Стурон из озера Воншён – уже на пути к морю; она позаботится и о Грёвельон, поможет ей добраться туда, если она захочет сопровождать Стурон!

– Ты хоть и мала, однако же хвастлива, – молвил лес. – Я передам твой привет; правда, не думаю, что Грёвельон он придётся по душе.

Но на другой день лес передал привет от речки Грёвельон и сказал, что той пришлось трудно и она рада любой помощи, что она, как только сможет, соединится с речкой Стурон.

Ну, после этого Стурон, само собой, помчалась ещё быстрее и забежала так далеко, что оказалась у красивого узкого озера, в котором отражались горные вершины Идребергет и Стедьян.

– Это ещё что такое? – застыв от изумления, спросила Стурон. – Неужели я мчалась вперёд как бешеная, чтобы снова вернуться к озеру Воншён?

Но лес, который в те времена рос повсюду, ответил:

– Вовсе нет! Ты не у озера Воншён! Это озеро Идрешён. Оно наполнилось водами реки Сёрэльвен. Вот это настоящая река! Сейчас она как раз кончила заливать озеро и занята тем, что пытается выйти из его берегов.

Услыхав эти слова, Стурон тотчас сказала лесу:

– Ты, растущий повсюду, можешь передать речке Сёрэльвен, что сюда явилась речка Стурон из озера Воншён. Если Сёрэльвен позволит мне пройти через озеро Идрешён, я возьму её с собой в море. Ей не придётся больше печалиться о том, как она туда попадёт, об этом позабочусь я!

– Я могу передать твои слова, – молвил лес, – только не думаю, чтобы речка Сёрэльвен пошла с тобой на уговор. Ведь она не менее могуча, чем ты!

Но на другой день лес ответил ей, что Сёрэльвен утомилась прокладывать себе дорогу в одиночестве и с радостью соединится со Стурон.

Прошла тогда речка Стурон через озеро и начала, как и прежде, единоборствовать с лесом и скалами. Много ли, мало ли прошло времени, а оказалась однажды речка в долине меж горами. Крепко-накрепко закрыли эту долину стены гор, и не было речке оттуда пути. Стурон бурлила от злости, но не могла двинуться дальше.

Услыхав её яростный шум, лес спросил:

– Что, и тебе пришёл конец?

– Вовсе нет, – ответила Стурон. – Просто я занята великими делами: намереваюсь наполнить своими водами озеро точь-в-точь как речка Сёрэльвен.

И стала она заливать своими водами озеро Сёрнашён, и работа эта заняла у неё всё лето. Однако, по мере того как вода в озере прибывала, Стурон и сама поднималась всё выше и выше и наконец, отыскав себе выход, прорвалась из ущелья к югу, счастливо избежав опасности.

Однажды услыхала речка слева от себя могучий рёв воды, какого ей никогда прежде слышать не приходилось, и она тотчас же спросила, что это значит.

У леса, как всегда, ответ был наготове.

– Это речка Фьетэльвен, – молвил он. – Слышишь, как она шумит, бурлит и кипит, прокладывая себе путь к морю?

– Если ты подойдёшь так близко к речке Фьетэльвен, что слова твои заглушат её шум и она тебя услышит, – сказала Стурон, – передай ей привет да скажи этой жалкой речушке, что речка Стурон из озера Воншён поможет ей добраться до моря. Но за это она должна взять моё имя и течь по моему руслу.

– Вряд ли Фьетэльвен откажется от того, чтобы одной добежать к морю, – сказал лес.

Но на другой день ему пришлось признать, что и Фьетэльвен устала прорывать себе путь и готова соединиться с речкой Стурон.

А та всё двигалась и двигалась вперёд. Но всё-таки Стурон не была ещё так велика, как можно было бы ожидать, зная, сколько у неё помощников. Зато она была страшно спесива и самоуверенна. Стремительным потоком, со страшным грохотом неслась она вперёд, прибирая к рукам всё, что струилось и журчало, будь то даже всего-навсего весенний ручеёк.

Однажды Стурон услыхала, как далеко-далеко на западе шумит какая-то река. И когда она спросила лес о ней, тот ответил, что это речка Фулуэльв, которая берёт своё начало в горах Фулуфьелль и уже успела проложить себе длинное и широкое русло.

Узнав про это, Стурон и ей послала свой обычный привет, а лес, как всегда, взялся передать его.

На другой день он вернулся с ответом от речки Фулуэльв.

– Передай речке Стурон, – сказала Фулуэльв, – никаких помощников мне не надо! Это мне скорее пристало бы передавать такие приветы, а не речке Стурон. Разве может она сравниться со мной в могуществе! И уж к морю-то я приду первая.

А у Стурон уже и ответ наготове.

– Немедленно передай речке Фулуэльв, – закричала она лесу, – я вызываю её на единоборство! Пусть бежит со мной наперегонки и докажет, что она более могущественна, чем я. Победительницей станет та, что первой придёт к морю.

Услыхав эти слова, Фулуэльв тут же ответила:

– Ссориться со Стурон мне ни к чему. Мне больше по душе спокойно течь своим путём. Однако было бы трусостью с моей стороны не вступить в единоборство, ведь горы Фулуфьелль, я уверена, помогут мне, питая своими родниками.

Так и началось единоборство двух потоков. С ещё большим шумом и много быстрее, чем прежде, помчались они вперёд, не ведая покоя ни летом ни зимой.

Трудно пришлось Стурон. Казалось, что она вот-вот раскается в своём безрассудстве. Ведь она наткнулась на почти непреодолимое препятствие – огромная гора преградила ей путь. Пробиться сквозь неё можно было лишь через узкую расселину. Речка сжалась и, бурно пенясь, рванулась вперёд. Однако ей пришлось ещё долгие годы точить и долбить камни, прежде чем удалось раздвинуть узкую расселину в мало-мальски сносное русло.

И всё это время Стурон не реже чем раз в полгода спрашивала, как поживает Фулуэльв.

– Лучше быть не может, – отвечал лес. – Теперь она соединилась с речкой Йорэльвен, которую питают воды с норвежских гор.

В другой раз, когда она спросила про Фулуэльв, лес ответил:

– О ней тебе печалиться не надо. Совсем недавно она вобрала в себя воды озера Хормундшён.

А Стурон и сама собиралась завладеть озером Хормундшён. Услыхав, что оно отошло к Фулуэльв, она страшно разъярилась, прорвалась наконец сквозь тесное ущелье Тренгслет и выскочила оттуда, дикая и бурливая, унося с собой много больше деревьев и земли, чем обычно. Стояла весна, и воды реки затопили всю округу между горами Хючьебергет и Весабергет, и, прежде чем успокоиться, речка вырыла ту долину, которая зовётся Эльвдален.

– Любопытно, что скажет об этом Фулуэльв? – спросила у леса Стурон.

А Фулуэльв вырыла тем временем долины, где селения Транстранд и Лима; затем, успокоившись, надолго застыла у горы Лимед, раздумывая, как бы найти обходной путь, потому что не смела броситься вниз, под кручу. Но, услыхав, что Стурон прорвалась сквозь ущелье Тренгслет и вырыла долину Эльвдален, она сказала: «Будь что будет, спокойно стоять на месте я больше не стану». И бросилась очертя голову в водопад Лимедсфорсен.

Хоть и был он высок, как гора, Фулуэльв, цела и невредима, спустилась вниз и давай без устали трудиться! Речка вырыла долины Малунг и Йерна, потом уговорила речку Ванон соединиться с нею, хотя та была длиною не менее десяти миль, и разлилась по всей большой долине озера Веньян.