Селина Катрин – Муассанитовая вдова (страница 20)
Стараясь не показывать, что нервничаю, строго посмотрела на свое приобретение.
– Льерт, пока меня не будет, пожалуйста, ничего не трогай в доме. Хорошо?
– Хорошо. – Он кивнул, но на дне глаз блеснули странные искры.
Такие же, как когда уговаривала его не есть так много после голодовки.
Потеребила сумочку, думая, что упустила из внимания.
– Если услышишь странные звуки, не обращай внимания. У меня соседи шумные…
– Знаю, – последовал лаконичный ответ.
– Знаешь? – Удивленно всмотрелась в мужское лицо.
Так непривычно было видеть его без бороды…
– Оентальцы все шумные, а орши – вдвойне. На планете их большинство, так что логично предположить, что на одном из соседних участков проживает семья оршей.
В логике ему не отказать.
– Ладно. – Еще раз окинула беглым взглядом прихожую и Льерта, мысленно пересчитала секкеры. Почти все взяла с собой, так что, если он вздумает меня ограбить, сильно разочаруется. Разве что… – По дому можешь ходить где хочешь, но в мою спальню не заходи! Это понятно? – Мужчина снова кивнул, а я поймала себя на мысли, что еще чуть-чуть, и он закатит глаза и демонстративно фыркнет. – Ну что ж, вернусь скоро…
Глава 11. Пустой дом, ночной мотылек и «Гаванна»
Льерт Кассэль
Дверь за Лестой закрылась, а я почувствовал, как вместе с девушкой исчезли разлившиеся в воздухе тонкие эманации тревоги и свежий аромат эдельвейса. Она нервничала, оставляя меня в доме одного. Зачем, спрашивается, сняла наручники, если не доверяет? Забавная противоречивая человеческая девушка, которая хочет выглядеть смелой, самостоятельной и независимой. Хотя что взять с захухрей?
Вздохнул, задумчиво почесал затылок. Конечно же, после пробуждения меня посещали разного рода мысли, в том числе и сбежать из этого дома, что было бы проще, чем вывести истребитель на орбиту, но я запретил себе об этом думать. Как и о том, о чем мечтал годы после смерти Фьенны. Леста зачем-то выкупила меня у Аюра, и поступить с ней по-свински не позволяли остатки гордости. Надо выяснить, зачем ей понадобился раб, отдать долг. Она же на меня потратилась, значит, на что-то рассчитывала.
Решил еще раз пройтись по дому. Не за тем, чтобы совать куда-то свой нос, – просто чтобы сосредоточиться на деталях и лучше понять хозяйку. В голове не укладывалось, что такая миниатюрная и слабая девушка может жить одна. Но ведь одна же? Живи она с кем-то, поручила бы этому «кому-то» смотреть за рабом, это точно. Да и в сантехническом узле я увидел бы больше одной зубной щетки.
Повторный внимательный анализ вещей лишний раз подтвердил подозрение, что девушка в дом никого не пускает: ни гостей, ни приходящую контрактную прислугу. Насколько мне было известно, на Оентале в прихожей принято хранить запасные тапочки для гостей, но у Лесты их не было. Как и второго полотенца для рук или дополнительного набора столовых приборов – в ящике лежали четыре вилки, четыре суповых ложки и три чайных. Судя по всему, одну девушка потеряла, но ей удобно обходиться и таким количеством.
На чердаке захухря оборудовала что-то вроде мини-кабинета: коротковорсовый ковер, письменный стол и стул. Под самой крышей, криво прибитый к наклонной поверхности, мигал диодами усилитель инфосети. Занятно. Кто ей его настроил? Всегда считал Захран самой отсталой планетой Федерации. Приятно удивил ворох пластелей со стандартными шаблонами для изучения письменности языка и термоперо. Очевидно, Леста не местная и учит оентальский, чтобы лучше разбираться в тонкостях. Машинально переложил пластиковые листы в стопку, рассматривая, и наткнулся на пластели с миттарскими рунами и транскрипцией таноржского диалекта. Она действительно молодец! Неужели лелеет мечту облететь все Миры Федерации?
Настроение тут же скатилось ниже кратера. Перед мысленным взором всплыло очередное болезненное воспоминание.
В реальность выбросило так же резко, как и затянуло в прошлое. Я старательно помотал головой, приходя в себя. Аккуратно сложил пластели и, вернувшись на первый этаж, решил спуститься в подвал. Думал, меня уже ничем не удивить, но все же, настроив диодную подсветку периметра помещения, обнаружил высокие стеллажи с самыми что ни на есть «мужскими» вещами: универсальный набор инструментов, двусторонний скотч, переносная дрель, клей-гвозди, шпатель, три рулона мембранного материала, замазка, пара ведер, лопата… Да уж, Леста полна сюрпризов. Зачем ей все? Или это для контрактников?
Так и не определившись, как отношусь к находкам в подвале, я вернулся в гостиную и прилег на диван. Ощущать себя слабым было мерзко, но как бы ни хотелось сделать вид, что месяцев рабства и экспериментов у Аюра не было, ресурсы организма не безграничны. От рогов шла уже привычная боль, растекаясь во рту легкой горечью, легкие жгло при глубоких и резких вдохах и выдохах. Тело потратило колоссальные силы, чтобы зарастить внешние раны. Прикрыв глаза, я дал себе установку проснуться, когда вернется Леста, чтобы задать ей интересующие меня вопросы, и позорно провалился в глубокий сон.
Селеста Гю-Эль
В дикой спешке я накидывала в тачку на воздушной подушке мужские брюки, клетчатые свободные рубашки, однотонные тянущиеся футболки, а также дезодорант, пену для бритья, зубную щетку, шлепки, кроссовки… Размеры брала на глаз, надеясь, что хотя бы часть одежды подойдет. Когда не знала, какой размер выбрать, хватала тот, что побольше. Пускай мешковато будет сидеть, зато налезет. Потратила почти все секкеры, но ничуть не жалела. Заработать местную валюту на бытовые траты несложно, а на что-то громоздкое – все равно надо думать, как слетать в Федерацию и снять имеющееся со счетов.
Домой почти бежала, выставив на аэротачке максимальную скорость – восемь километров в час. У злосчастной калитки на участок сообразила, что так и не купила аккумулятор для замка, и принялась рыскать по карманам в поисках ключа. Пока искала, услышала звучный голос Гутрун, только, на мою беду, любопытная соседка собиралась прогуляться на вечер глядя, и не одна, а в компании своих трех сыновей.
– Хей, Леста! Как дела? Опять домой прибежала с первыми сумерками? А мы в «Гаванну» идем, не хочешь с нами?
Я оторвалась от поисков ключа и внимательно посмотрела на четверку. Гутрун впервые за долгое время предстала передо мной не в холщовом комбинезоне и садовых сапогах, а в ярком цветастом платье кислотно-оранжевого цвета в зеленый горох, весьма, надо сказать, гармонирующим с цветом ее кожи. Длинные темно-изумрудные волосы она заплела в какую-то высокую башню на голове и украсила фиолетовыми перьями. Хэварт, Оден и Финнр не так чтобы очень отличались от своей матери в плане расцветок. Кричащие пестрые костюмы, цветная лакированная обувь, даже нижние клыки не поленились покрасить по последней моде временной фосфоресцирующей краской.
Я растянула губы в вежливой улыбке и покачала головой.
– Нет, спасибо. У меня другие планы на вечер.
– Пойдем, Леста, весело будет! – подхватил приглашение матери Хэварт.
– Я не люблю громкую музыку, – почти не соврала.
Убираться или что-то делать под музыку мне нравилось, но под ту, которую выберу сама, а не тереться о потные тела оршей под взвизгивания колонок, которые могут разорвать барабанные перепонки слабоподготовленному гуманоиду. Почему-то для местного населения ночной клуб «Гаванна» был синонимом чуть ли не рая. Никогда не понимала этих увлечений.
– Тогда посидим на балкончике, попьем сельдереевый сок, – вмешался обычно застенчивый Финнр, делая шаг вперед. – Ну?
С изумлением посмотрела на младшего сына соседки. Сельдереевый сок и дома попить могу, да я его не люблю.
– Ты прямо как старая дева, только на базар ходишь раз в неделю да пироги свои печешь на продажу! Ни разу ни в «Гаванну» не ходила, ни в ресторации! – возмутился Оден, а я машинально сделала шаг назад.
Амплитудный детектор на мою голову! Приехали! Они за мной следят?! С момента, как я узнала о Службе Безопасности на Цварге и приказе Лацосте меня контролировать, это стало личным пунктиком. Пальцы предательски задрожали – не то чтобы я считала семейку оршей тайными агентами, просто это была реакция организма на саму мысль, что кто-то за мной следит.
Гутрун неожиданно шикнула на сыновей и сократила расстояние между нами до шага.
– Эй, Леста, все в порядке? – она попыталась прошептать, но мощная грудная клетка не умела выдавать тихие звуки.
Я кивнула.
– Да-да, все отлично. Я правда не люблю шумные места, как заметил Оден. Идите, развлекайтесь без меня.