Селина Катрин – Личная юрэй первого принца (страница 8)
Принц повторно обернул пояс вокруг талии, скрестил концы и выронил ткань.
— Катэ-э-эль!
Рыжеволосая девица влетела прямо сквозь стену.
— Ты! — Она метнулась к нему. — Наконец-то! Я тебя полчаса ищу! Не дворец, а лабиринт Минотавра!
— Что-что?
Катэль на секунду застыл. А ещё через мгновение осознал: пояс валяется на полу, а кимоно едва накинуто на плечи и не скрывает обнажённую грудь. Да что ж судьба издевается, что ли, над ним?! Почему призрачная барышня постоянно застаёт его в неприличном виде?
К счастью, в этот раз юрэй была слишком поглощена собственными переживаниями и не стала отпускать никаких колкостей.
— Такой большой и сложный, и, чтобы пройти, девчонка ещё нитку использовала. Неужели ты не знаешь эту легенду? — ответила она полную околесицу.
— Какая девчонка? Какая нитка? Зачем ходить по дворцу с ниткой? — спросил принц хрипло, пытаясь поймать полы кимоно.
Стоило юрэй появиться, как ему вновь стало казаться, что он сходит с ума, хотя утром на зарядке разум точно был ясным. Катэль даже специально медитировал целый час после тренировки, чтобы очистить свои мысли. И вот, пожалуйста. Зачем старался?
— Кажется, там не девчонка была, а всё-таки юноша А-а-ай, да какая разница? Я вообще не об этом. У меня проблема! Я исчезаю. Вот, смотри!
С этими словами она сунула ему под нос свою обнажённую призрачную кисть. Катэль невольно отстранился, разглядывая конечность. Будь она из плоти и крови, протянуть обнажённую аж до локтя руку незамужней женщины столь близко к лицу мужчины сочли бы скандальным нарушением этикета. Но призрака, очевидно, такие мелочи не волновали. Катэль точно не помнил, как выглядела юрэй и какого оттенка была её кожа вчера, но рыжие косицы сегодня действительно как будто бы больше не полыхали.
— Видишь?! — Голос юрэй дрожал не то от возмущения, не то от обиды. — Вчера я была не такая прозрачная! А сегодня уже почти дымка! И это ещё не всё — я не могу вспомнить своё имя!
— Но это же неплохо, — аккуратно заметил Катэль, переводя взгляд на лицо духа.
— Как это «неплохо»?! — Дева распахнула огромные синие глаза, и Катэль поймал себя на мысли, что никогда прежде не видел такого оттенка.
Он встречал синеглазых — среди эльфов, среди жителей Северных островов, но с такими яркими, почти сияющими глазами — никогда. Девушка была невысокой, немного пухленькой, порывистой и вертящейся, с широкими светло-коричневыми бровями и мягкими соблазнительными формами — совершенно не похожая на утончённых высоких дракониц из благородных родов с их плавными движениями и грацией, воспеваемой в песнях.
— Ты растворяешься сама по себе, так как забыла прошлое, — пояснил Катэль. — Тебя держит в этом мире желание отомстить, но раз ты потеряла память, твоё желание, судя по всему, ослабевает. Когда оно полностью пройдёт — твоя душа уйдёт в Нижний Мир на перерождение.
Девушка внезапно насупилась и как будто бы обиделась. Может, не поняла?
— Духи исчезают, когда теряют связь с миром живых, — добавил он тихо, пытаясь говорить спокойно, чтобы не расстроить юрэй ещё сильнее. — Обычно их держит цель. Жажда мести, незавершённое дело
— У меня нет никакой цели!
— Очевидно, есть.
*** Меня накрыло лёгким ощущением дежавю.
Снова дорогущая спальня с фарфоровыми напольными вазами и снова полуголый красавчик посреди помещения в распахнутом кимоно (или как это у них называется?) пытается завязать пояс, явно не ожидая незваных гостей. Мистер «Мужчины Азии: горячая подборка»: рельефный пресс, точёные скулы и тёмно-вишнёвые волосы А ещё он очаровательно смущается, когда понимает, что на него смотрят.
Но в этот раз всё это осталось фоном, потому что красавчик пытался втолковать мне совершенно возмутительную вещь!
— То есть, по-твоему, я умираю и должна этому радоваться?
— Строго говоря, ты уже покинула мир живых.
— Я не мертва, — взвилась я, взлетая под потолок от возмущения. — Я здесь, говорю с тобой! Cogito, ergosum. Я мыслю, значит, я существую!
Красавчик побледнел и схватился за меч.
— Прекрати сейчас же вызывать демонов, или я тебя разрублю!
Я зависла, набрав в грудь побольше воздуха для ответа, но вдруг обратила внимание, что за всё то время, пока спорила с его высочеством, мои любимые балетки как будто вновь стали более оранжевыми, а джинсы налились синевой. Или мне кажется? Да нет, руки вон тоже снова выглядели чуть менее призрачными — сквозь них уже не так отчётливо просвечивают предметы, да и родинка на запястье выделяется теперь контрастнее. Я подняла ладонь перед лицом, покрутила, сжала в кулак. Определённо, я стала плотнее!
Что, чёрт возьми, происходит?
Я что, материализуюсь, когда злюсь на этого красавчика? Или когда с ним спорю? Или просто когда нахожусь рядом с ним?
Принц моих действий не понял, изменений в цвете тела не заметил и лишь с напряжением наблюдал, как я летаю по его спальне, плавно переходящей в гардеробную. Я же вдруг подумала: а что я нервничаю-то? Его высочество построил для себя какую-то легенду о духе и после этого перестал пытаться меня убить. Мне такой расклад выгоден? Выгоден. По каким причинам моё тело становится то плотнее, то пытается развеяться — выясню самостоятельно. Пускай думает себе что хочет. Очевидно, он неправ, но стоит ли его высочество тыкать носом?
Если это сон, то я ничего не потеряю. Если же это не сон, а некое сверхъестественное перемещение в иной мир, то стоит быть вдвойне аккуратной, так как законов я не знаю. Чувствуя себя Паскалем, я шумно выдохнула и приняла решение успокоиться.
— Хорошо, не буду.
Футон — тонкий матрас для сна на полу.
Блез Паскаль — французский математик, прославившийся гениальной стратегией хеджирования рисков: верить в Бога выгодно, потому что если Он есть — ты в раю, а если нет — невелики потери. Зато если не веришь, но Бог существует — вечные муки, что перебор. Паскаль превратил теологию в теорию вероятностей и остался очень доволен результатом.
Глава 8. Двадцать тысяч риен и ни капли
воды
Катэль Аккрийский
Катэль наблюдал за рыжеволосой девицей с нарастающим чувством, что его разум медленно, но верно покидает тело. Ещё малое деление клепсидры назад она бессвязно говорила, призывала демонов на мёртвом языке и вела себя как безумная юрэй накануне мести. Как вдруг замерла, опустилась ближе к полу, улыбнулась, сложила руки перед собой в жесте покорности и сказала:
— Хорошо, не буду. — Подумала чуть и добавила: — Кстати, повтори, пожалуйста, как ты меня назвал?
Катэль моргнул. Потом ещё раз. Мысли в голове путались, словно нити в руках неумелой вышивальщицы.
— Юрэй, — наконец ответил принц, не зная, что и думать.
Дух наморщил носик.
— Юрэй, Юра, Юрочка Нет, мне не нравится!
Катэль почувствовал, как что-то в его мозгу тихо лопнуло. Возможно, последняя нить здравомыслия.
— Это не имя, — медленно произнёс он, будто объяснял что-то маленькому ребёнку. — Юрэй — это собирательное название для неупокоенных душ, жаждущих отмщения
— Мужское, — перебил дух категорично. — Юра — это мальчик. У нас в классе был Юра. Лентяй и раздолбай, между прочим. Вечно списывал у меня математику.
Катэль открыл рот. Закрыл. Открыл снова.
«В классе»? «Списывал»? Как на каллиграфии? Но девушек не учат математике, зачем им это? Рисованию, пению, музицированию — да, но математика — наука для мужчин
— Слушай, а нельзя как-то по-другому? — Она склонила голову набок, разглядывая его с любопытством. — Ну, я не знаю Призрак? Привидение? Астральная проекция?
— Астральная что?! Юрэй — это официальное название, — попытался он сохранить остатки терпения. — Так духов называют уже тысячи лет. Это не
— А как тебе Юля? — перебила девушка. — Мне нравится, как звучит. Будешь так обращаться?
И тут до Катэля дошло. Она хотела себе
— Йу-ль-а. — Он попробовал повторить звуки.
— Юля-я-я, — поправила призрачная барышня, на мгновение ярко вспыхнув.
Похоже, неуклюжая попытка произнести какое-то иноземное имя её рассмешила. Где-то с пятого или шестого раза у Катэля всё-таки получилось.
*** Юля
Я всё взвесила и решила: если на минутку представить, что это не странный затянувшийся сон, а мою душу по-настоящему занесло в другой мир, то надо адаптироваться. Я даже думать не хочу о том, что предположение может быть правдой, уж очень похоже на шизофрению Но тем не менее отставить панику, сосредоточиться на важном: я прохожу сквозь предметы, не понимаю местной письменности и ничего не могу сделать физически. Я даже страницу в книге перевернуть не могу! Я, кстати, пробовала. Единственный человек, который меня видит и слышит, — красавец с вишневыми волосами. Значит, если я хочу тут как-то обжиться, а не слоняться бесхозным привидением, то нужно наладить контакт с его высочеством. А именно: найти рычаг давления, чтобы он делал то, что я мне надо. И, увы, это точно не зарплата, как в нормальном офисе. Если он считает меня неким злобным духом, жаждущим мести, и только на таких условиях собирается помогать, то пусть так оно и будет. Мне даже следует подыграть: вот он, рычаг давления!
— Юля Юлия Госпожа Юлия — Пока я размышляла, Катэль тренировался произносить моё имя.
Имя, кстати, мне очень нравилось. После него в груди будто тепло разливалось. Может, меня так раньше звали?