Селин Данжан – Колодец Смерти (страница 5)
– Поверьте мне, вы идете по ложному пути. В моем окружении почти никого. С родственниками очень сложные и натянутые отношения. Друзей нет… Ко мне никто не приезжает, я живу отшельницей. У меня есть только Бальто, мой верный кокер-спаниель, и мне этого достаточно! – заключила она с некоторым вызовом.
Луиза вспомнила начало их разговора. Женщина вернется к себе домой одна, на такси. После такого жестокого нападения это казалось неправдоподобным. Луиза мысленно отметила, что надо бы поинтересоваться эмоциональной и коммуникативной стороной жизни Дюкуинг.
– Хорошо. Но ведь речь может идти, например, о коллеге?
– У меня нет коллег. Я прервала свою профессиональную деятельность восемнадцать месяцев назад. Все эти мертвецы… Я больше не могла, нужно было остановиться.
Луиза внимательно наблюдала за бывшим судмедэкспертом. Та говорила потухшим голосом, и выражение ее лица было бесконечно грустным.
– Я все-таки позволю себе повторить вопрос. Перед своим увольнением вы пять лет работали в IML[4] в Бордо; кто-нибудь из ваших бывших коллег соответствует описанию нападавшего?
Молодая женщина размышляла, кусая губы, потом ответила:
– Нет, не думаю.
– Понятно. Недавно вы сказали, что выходили на прогулку. Вы не видели кого-нибудь, кто вел себя подозрительно? Может быть, шел за вами, наблюдал издали или даже подходил к вам?
– Нет-нет, ничего такого я не видела, – ответила Дюкуинг с видимым усилием напрягая память.
– А в эти последние дни? Вы ничего не заметили?
Жертва погрузилась в воспоминания, молча кусая губы. Прошло немало времени, прежде чем она ответила:
– Простите, но мне ничего не приходит в голову.
– А вам знакома машина цвета «голубой металлик»?
– У того, кто на меня напал, была машина цвета «голубой металлик»?
– Да, это очень вероятно. Антони Лопез заметил такую машину, припаркованную на обочине дороги, ведущей к вашему дому.
– Это не может быть простым совпадением! – убежденно отозвалась молодая женщина. – Никто не ездит по этой дороге, она ведет только к моему дому. – Она замолкла и медленно покачала головой. – Простите, сколько я ни роюсь в памяти, никак не могу вспомнить ничего конкретного о машине цвета «голубой металлик».
– Не страшно. Но запомните эту деталь – нередко случается, что спустя время вдруг всплывает какое-нибудь незначительное обстоятельство.
Женщина кивнула.
– Хорошо. Сейчас я должна задать вам один деликатный вопрос и прошу вас как следует подумать, прежде чем отвечать.
– Слушаю.
– По вашему мнению, кто-то может ненавидеть вас?
– Ненавидеть меня? – повторила Дюкуинг озадаченно.
Она выглядела растерянной. Обняла себя за плечи, как будто охваченная нестерпимым холодом.
– Я правда не знаю, кто может меня ненавидеть. Я ни с кем не общаюсь, так что…
И снова у Луизы мелькнула мысль – как же одинока Валериана Дюкуинг!
Жандарм кивнула и решила задать последний вопрос:
– Что вы можете сказать по поводу граффити, оставленного преступником на плитке вашей ванной?
– Граффити?
– А вы его не видели? Он написал: «НЧС/1».
В глазах Дюкуинг мелькнул страх, и после короткой паузы она произнесла бесцветным голосом:
– Нет, мне это ни о чем не говорит.
Луиза заметила капельки пота на внезапно побелевшем лице жертвы и легкое подергивание век.
– Вы уверены?
– Абсолютно! – отрезала Валериана Дюкуинг.
4. «Слишком много мертвецов» – это ее слова…
Луиза вошла в офис ровно в полдень. Виолена и Тьерри сидели, уткнувшись в свои компьютеры, и в комнате царила полная тишина.
– Слышно, как муха летит! – громко объявила она.
В ответ раздался отрывистый собачий лай, который заставил ее вздрогнуть.
– Да что это…
Встав на задние лапы у стола Виолены, кокер-спаниель Дюкуинг не спускал с Луизы беспокойного взгляда. Прежде чем та успела открыть рот, Виолена поспешила оправдаться:
– А ты на что рассчитывала? Как я могла оставить это бедное животное одно в чужом доме? Оно и так травмировано.
– У бедного животного есть имя – Бальто, представь себе!
Услышав свое имя, кокер затявкал от удовольствия и подошел к Луизе, помахивая хвостом.
– Да, ты мой славный Бальто! – похвалила она его, присев на корточки. – И скоро вернешься домой, понял? Но сейчас дашь нам поработать, договорились?
В ответ пес горячо лизнул ей руку.
– Ах! Я уже забыла, почему предпочитаю кошек! – Потом она погладила его по спине и сказала: – Давай, лежать, Бальто, лежать!
Собака повернулась и села рядом с Виоленой, пока Луиза вешала на крючок свою куртку.
– Вы разговаривали с этим мальчиком, Антони? – спросила она.
– Да, кстати, очень милый парнишка. Он до сих пор в шоке… Его мать сказала нам, что он кричал во сне.
– Ты меня удивляешь: увидеть в ванне живую мумию – такое не каждый выдержит! Не говоря уже о том, что он наверняка потом понял, как дешево отделался!
Луиза сделала несколько шагов и остановилась перед окном.
– В его показаниях есть что-то новое?
– Ничего. Та же самая история, что и вчера.
– А фотографии? Вы их послали Ольгадо?
– Да. Это поможет ему сузить поиск. Мы рассмотрели их под всеми углами, и теперь у нас есть частичный отпечаток обуви нападавшего у входа в дом, – объяснила Виолена, активируя экран компьютера.
Луиза подошла ближе и внимательно рассмотрела фотографию. На плиточном полу был четко виден частичный отпечаток подошвы со следами земли и крови.
– Какой размер?
– 40–43, по словам Ольгадо. Точнее сказать невозможно, отпечаток неполный и без каблука. Чтобы определить размер, нужно установить модель обуви и наложить наш отпечаток на разные размеры этой марки.
– Хм… Похоже на подошву кроссовок.
–
– А это не Антони оставил след?
– Нет. Мы проверили. Сегодня он был в тех же самых кроссовках, что и вчера. Ничего общего с отпечатком.
– А обувь Дюкуинг?
– Тоже не то, она носит «Доктор Мартенс». А что касается ее туристических ботинок, у них совсем другая подошва.