Селена Ниршева – Непосвящённая (страница 2)

— Я не против продолжить, если что, — прошептал он прямо мне в губы, и его низкий голос звучал чуть хрипло.

Этот шёпот вернул меня в реальность. Я отпрянула, чувствуя, как по щекам снова разливается огненный румянец. Что я делаю? Я в своём уме?

Словно по заказу в тот же миг раздался щелчок электрической лампочки и стало светло, двери лифта с тихим шипением открылись, выпуская нас в коридор седьмого этажа.

Я стояла не в силах пошевелиться, всё ещё чувствуя тепло его губ на своих губах.

Майк, всё так же улыбаясь, сделал изящный жест рукой. — После вас, Бель. Собрав остатки самообладания, я смущённо заправила выбившуюся прядь волос за ухо и, кивнув, вышла из кабины. Ноги были ватными, а в голове звенело.

— Курилка, я полагаю, всё ещё в планах?

Я обернулась и увидела его взгляд — тёплый, полный ожидания. Не в силах сдержать смущённую улыбку, я ответила. — В планах. Мы курили и разговаривали обо всём и ни о чём: о книгах, жизни, всяких глупостях. Смеялись над абсурдностью ситуации, в которой оказались этой ночью. Мы проболтали несколько часов, даже не заметив, что за окном начало светать.

Когда небо стало почти алым от восходящего солнца, Майк вытащил из кармана телефон.

— Дай мне свой номер, — сказал он с интонацией, звучащей не как просьба, а как нечто само собой разумеющееся, хотя в глазах по-прежнему читалась неуверенность. — Хочу увидеть тебя снова. При других обстоятельствах.

Я, не раздумывая, продиктовала цифры. Риск? Безумие? Возможно. Но в тот момент это казалось единственно верным решением.

Возвращаясь в квартиру, я буквально парила в воздухе. Усталости как не бывало, её сменила странная, окрыляющая лёгкость. Я заперла дверь, прислонилась к ней спиной и позволила глупой, счастливой улыбке озарить лицо. Потом достала телефон и быстрым движением отправила сообщение подруге: «Рут! Срочно нужно встретиться. Перезвони, как только увидишь. У меня случилось НЕЧТО»

Я бросила телефон на кровать, раздеваясь по пути. Глупая, иррациональная мысль не давала покоя: а что, если этот случайный поцелуй в застрявшем лифте... что если это было началом чего-то большего? Возможно ли это? Возможно ли, что я только что встретила свою любовь?

Лежа в постели, я, улыбаясь, смотрела в потолок. Перед глазами стояло лицо с насмешливыми тёмно-синими глазами и дерзкой улыбкой. В голову не приходило ни одной сюжетной линии книги. Впрочем, книга могла и подождать.

Глава 2 Неожиданная встреча

Утро началось с телефонного звонка. Моё сердце спросонья бешено заколотилось — не он ли звонит? Но на экране высвечивалось суровой реальностью имя: «МАМА».

Я глубоко вдохнула и нажала на зелёную кнопку.

— Изабелла, когда ты наконец приедешь? — Голос матери врезался в тишину комнаты. — Отец спрашивает, почему ты уже месяц не была у нас. Ты совсем забыла про семью?

Я закатила глаза, чувствуя, как привычная тяжесть ложится на плечи. Эти «семейные встречи» всегда проходили по одному и тому же сценарию: застолье, неловкие моменты, а затем неизбежный допрос: «Когда замуж?», «Когда дети?», «Тебе уже тридцать, а ты всё с книжками своими возишься!», «Карьера — это хорошо, но женщина должна быть счастливой!». Их определение счастья было таким узким и тесным, что в нём не было места ни для ночных бдений над текстом, ни для персонажей книги, ни для... случайных поцелуев в лифтах с незнакомцами.

Единственным лучом света в этой семейной рутине была моя сестра Лиза. Хоть Лиза на два года младше, она давно выбрала этот путь — замужество, ребёнок, дом. В глазах сестры я всегда видела понимание, а в уголках её губ — лёгкую улыбку. С ней можно было выпить бокал вина и от души посмеяться над мамиными нравоучениями, зная, что сестра на моей стороне.

Только я успела раздражённо положить трубку, как телефон снова завибрировал в ладони. На этот раз на экране высвятилось имя: РУТ.

— Иза, привет, мы сегодня идём в клуб?! — подруга звонко щебетала, полная энергии и ожидания. — У меня на тебя грандиозные планы! И не вздумай отнекиваться! Кстати, что это ты хотела мне вчера срочно рассказать? Я вся в предвкушении!

— Я... — Мой голос прозвучал сипло, я сглотнула, пытаясь собраться с мыслями. — Вчера кое-что случилось. Нечто... интересное.

— ЧТО?! — Визг Рут был таким пронзительным, что я убрала телефон от уха. — Изабелла, немедленно рассказывай!

— Потом, — сдавленно засмеялась я, чувствуя, как смущение снова окрашивает мои щёки в пунцовый цвет. — Все подробности расскажу вечером.

Я оглядела свою квартиру — маленькую, но уютную крепость. Гостиная с забитыми до отказа книжными полками, мягкое кресло у окна, из которого открывается вид на город, кофейный столик, на котором лежит спящий со вчерашнего вечера ноутбук. Спальня — моё убежище, выдержанное в спокойных серых тонах, место, предназначенное только для сна и... для сладких воспоминаний.

Я попыталась работать над новой главой. Уселась в кресло, открыла документ и уставилась на мигающий курсор. Но слова никак не складывались в предложения. Они упрямо уступали место в моих мыслях другим образам: его твёрдая рука на моей талии, тепло его ладони, лёгкое, вопросительное прикосновение его губ... и шёпот, который до сих пор отзывался эхом в моей голове: «Я не против продолжить, если что».

— Чёрт, — прошептала я, откидываясь на спинку кресла.

День прошёл в бесполезных попытках сосредоточиться. Заказ суши из доставки, три чашки крепкого кофе, бесцельное блуждание по квартире и ни одной новой строчки в книге. Мои герои молчали, и я понимала их. Как я могу писать о вымышленных страстях, когда настоящая, живая страсть только что постучалась в мою дверь? Или, точнее, застряла со мной на восьмом этаже.

Собравшись, я вышла из квартиры, подошла к лифту и нажала на кнопку вызова. Когда двери кабины разъехались, я невольно замерла. Тот самый лифт, где всего несколько часов назад перевернулся мой мир. Воздух внутри был заряженным памятью о том моменте.

Рука потянулась к панели с кнопками... Может на седьмой? Нет. Сегодня — только первый этаж. Прямой путь вниз, к новой ночи, к новым приключениям. Поймав своё отражение в зеркальной стене лифта, я не смогла сдержать улыбку.

Я выглядела... отлично. Волосы были собраны в высокий хвост и открывали шею, подчеркивая линию скул. Тушь делала мои голубые глаза больше, а на свету они отливали почти синим. Помада — не яркая, но та самая, что делала губы объемнее, соблазнительнее.

«А что, если...» — пронеслась в голове дерзкая мысль. — «Что, если эта ночь приготовила ещё один сюрприз?».

Я потрясла головой, стараясь прогнать навязчивые мысли о нём. Нет. Сегодня просто клуб. Просто танцы. Просто веселье с лучшей подругой.

Но, спускаясь вниз, я не могла не думать о том, что жизнь — самый непредсказуемый автор. И кто знает, какую следующую главу она приготовила для меня.

***

Громкая музыка, одуряющая и всепоглощающая, била в виски однообразными басами, вытесняя все мысли, все тревоги, все сладкие воспоминания о вчерашнем вечере. Мы с Рут танцевали, как одержимые, сливаясь с толпой, пока моё тело не стало тяжёлым от усталости и коктейлей. В какой-то момент внутри словно что-то щёлкнуло — инстинкт, тревожный звоночек, подсказывающий что я задыхаюсь. Мне нужно было сбежать. Хотя бы минуту послушать тишину.

Я оторвалась от толпы, с трудом протиснулась к бару, заказала очередной яркий коктейль и, сделав всего пару глотков, пошла на ощупь вдоль стены, отыскивая спасительный выход. Холодная ручка двери, щелчок — и я выскользнула на улицу, как преступник, убегающий с места преступления.

Воздух снаружи был влажным и густым, словно пропитанным обещанием грозы. Я прислонилась к прохладной кирпичной стене и глубоко, с наслаждением, вдохнула, пытаясь очистить лёгкие от сладковатой клубной духоты, смешанной с потом и парфюмом. Улица оказалась пустынной и тихой. Куда подевались все люди? Неужели уже так поздно? В ушах звенело эхо громкой музыки.

Словно во сне, я подошла к бордюру и опустилась на него. Холод камня мгновенно пробрался под тонкую ткань платья. Я поставила недопитый бокал на землю и достала сигарету. Пламя зажигалки затрепетало на ветру, осветив мои руки. Я затянулась, закрыла глаза и запрокинула лицо к небу, позволив прохладному ветерку обдувать разгорячённую кожу.

«Как же… хорошо…» — прошептала я про себя, ощущая, как напряжение по капле покидает тело.

Именно в этот миг, между вдохом и выдохом, кожа на моей спине покрылась мурашками. Примитивный животный ужас сдавил горло. Чувство, что на меня смотрят, было абсолютным, неоспоримым. Кто-то стоит прямо за спиной и не сводит с меня глаз.

Я резко, почти машинально, обернулась и замерла.

Она сидела рядом. Слишком близко. Я не слышала ни шагов, ни шороха одежды. Молодая, до жути красивая, но… не от мира сего. В её чёрные, как смоль, волосы были вплетены живые алые розы — я могла поклясться, что на лепестках ещё блестели капли ночной росы. Платье — старинное, кружевное, какие обычно изображены на портретах викторианской эпохи. Может, она идёт с какой-то тематической вечеринки? Но ни один костюм не мог объяснить ее глаз. Глубоких, синих, бездонных. В них не было ни капли света.

— Ты так вкусно пахнешь, девочка… — её голос был шёлковым, обволакивающим. Она медленно, почти по-кошачьи, склонилась и вдохнула воздух у самой моей шеи. — Ммм…